Список моих грехов (СИ) - Герас Татьяна

Мало того, что этот шарик оказался весьма далек от транспортных артерий — прыгать, подобно эдейским кораблям, пока никому не удавалось — так ещё и климат на его единственном суперконтиненте оставлял желать лучшего. По сути, пригодным для жизни планету можно было классифицировать весьма условно. Большую часть поверхности покрывал океан, глубокий и с весьма агрессивной фауной, способной схарчить любую случайно оказавшуюся в воде белковую составляющую за пару секунд. А почти всё прочее пространство было заполнено льдами, покрывавшими шапками чуть ли не половину планеты. Разве что атмосфера вполне подходила для дыхания, но…

Оставалась лишь узкая полоска земли, что находилась примерно на экваторе. Она могла бы, чисто теоретически, принять некую колонию поселенцев землян, пожелавших бы рискнуть истребить под корень реликтовый, состоящий в основном из папоротников, лес, с его не менее дружелюбными, чем в той же воде, обитателями, чтобы заняться, например, земледелием, осваивая достаточно плодородную почву. Но, вот незадача, вся эта «роскошь» с перспективами на щедрый урожай, никому не сдалась с такими трудностями, особенно с учетом, что ближайшие врата, доставшиеся от предтеч, весьма и весьма далеки, а прыгать самостоятельно, повторюсь, никто не умеет.

Наверное, именно эти обстоятельства и сыграли решительную роль в выборе места под базу эдейскими бунтарями. Не скажу, что «Парадиз» один такой во вселенной — подобных планеток раскидано тысячами по галактикам — но именно эта, каким-то волшебным образом потерялась во всех известных каталогах, как землян, так и эдейцев. И записи о ней, не иначе как чудом, сохранились в архивах рода Варель. А может были специально придержаны кем-то из мудрых предков славного антрида. Но, так или иначе, благодаря им, мы сейчас и летели к разросшейся за эти пять с лишним лет базе, построенной мятежниками, и превратившейся во вполне жилой комплекс — уж эдейские технологии, в отличие от земных, позволяли справиться со многими проблемами, непреодолимыми для других колонистов.

В общем, нас везли не в палаточный лагерь, а в военное, но вполне пригодное для жизни поселение, в котором жило посменно, и постоянно уже изрядное количество народа. И это не считая ремонтных доков, что болтались на орбите.

Всю эту архиважную информацию, с лицом страдальца, выдал мне антрид Таир Варель. И не по доброте душевной, как я понимаю, а приказу начальственному следуя! В чем сам признался, пока сопровождал нас в этой миссии.

«Агилл» мне, скрепя сердце, пришлось оставить в трюме «Айтера», потому что на моё предложение спуститься вниз на нём, было объявлено, что светить личностью таине Малик, как и Родиона, лишний раз перед остальным личным составом, что не был задействован в операции по нашему спасению, крайне неразумно.

На моё достаточно быстрое согласие оставить свой глайдер, антрид пробормотал:

— Ну, хвала Великой матери Вселенной, хоть у одной есть мозги…

— Я всё слышала, — прошипела Кери.

— Поздравляю, — огрызнулся Таир, — хотя бы хорошим слухом кое-кого не обделили!

Я уже готова была к очередной перепалке, собираясь встать грудью между этой парочкой великовозрастных детей, но тут с репликой влез Родька:

— Дядя Таир, а мне мама говорила, что нельзя обсуждать кого-то в его присутствии, вы не знали?

Керая расплылась в улыбке, бросив на Таира взгляд победительницы. Она склонилась к Родиону и буквально пропела:

— Ну что ты, дорогой, наш уважаемый дядя Таир, — она стрельнула в антрида глазами, — Вырос в такой глуши, где хорошим манерам не обучали, знаешь ли!

— Правда? — искренне удивился ребенок, и задрал подбородок, внимательно разглядывая Таира, словно пытаясь определить, где же находится такая дыра, что этакий огромный дядька не знает элементарных вещей. А после произнес сочувственно, — Ничего, не расстраивайтесь, тетя Кери вас всему научит! Вы её только слушайтесь! Ведь даже у меня получается, — серьезно заверил малыш. И тут же повернулся к своей обожаемой няне, явно ожидая поддержки проявленного им порыва.

Видеть лица обоих — и Тая и Кер — бесценно! А сдержать смех — вообще подвиг. Но я стойкая, почти кремень! Иначе подруга бы мне такого не простила.

Надо отдать должное Таиру, он сделал над собой неимоверное усилие и проговорил осипшим голосом.

— Спасибо, дружок, даже не представляю, как раньше справлялся… — он одарил рыжую очередной порцией взгляда «Мы не закончили!», и схватил наши вещи, попросту сбегая.

Ну, а оказавшись внутри шатла, пилотом которого был молодой долговязый эдеец, который явно боялся сказать при антриде даже лишнее слово, Таир попросил меня сесть рядом с ним, чтобы как раз рассказать, куда мы, собственно, летим. Хотя, я подозреваю, что грозный командир штурмовиков просто побоялся, что окажется возле рыжей фурии. Не напрасные опасения, надо отдать ему должное.

Транспортник действительно был невелик, а ещё крайне нетороплив. Так что за время полета меня успели просветить в некоторые выше приведенные подробности, объяснив также, что Данрод пока остается на орбите — «Айтер» реально пострадал в стычке с «Мадео», так что кораблю требуется помощь. Но рид, разумеется, прибудет на планету позже.

Родька с Кери сидели вместе позади нас, отделенные небольшой переборкой, так что мы не мешали друг другу. Керая решила не терять времени и читала что-то вместе с мальчиком с вирта. На самом деле мой ребенок любит учиться — этим он пошел в меня — и капризничал скорее, чтобы привлечь внимание. Обычное дело, помятуя, что маму он видел крайне редко, особенно в последнее время, когда я постоянно возвращалась из конторы поздней ночью…

— Таине, я хотел поговорить с вами, — Варель сцепил пальцы рук. Похоже, даже этот громадный воин умеет нервничать. Но настроен он явно решительно.

Мысленно пожелала себе терпения, потому что была уверена, что ничего приятного этот мужчина мне сейчас не скажет. Но, собственно, я такого и не ждала.

— Слушаю вас, антрид, — посмотрела на мужчину прямо, — Говорите без обиняков. Я ведь вижу, что вы не в восторге от нашего здесь появления, — произнесла спокойно, без вызова или горечи. Просто обозначив понимание.

— Вы даже не представляете насколько, — хмыкнул он.

— Отчего же? Очень даже представляю. Раз вы знаете имя моего сына, стало быть рид Лейни вам доверяет абсолютно. Не думайте, что мне самой хотелось, чтобы всё именно так сложилось, — я старалась говорить ровно, но пальцы рук предательски сжимались в кулаки. — У меня были совсем иные планы. И поверьте, если б была другая возможность, я не стала бы тревожить Данрода. У вас ведь и своих проблем по горло, не так ли? — я посмотрела на Таира прямо.

— Я правильно понял, таине, что вы понятия не имели об…хм… особенностях Дана?

— Вы даже не представляете, какой это был сюрприз, — покачала я головой, глядя вперед.

— Просто полный, гребаный … — Таир опомнился, резко замолчав, и покосившись назад, — Простите, таине, — он поморщился, — Служба с моими парнями не способствует соблюдению чистоты речи, а отсутствие дам на кораблях — тем более, — он запустил здоровенную пятерню в копну своих голос, даже не замечая, что распускает хвост, в который были собраны длинные, так редко встречающиеся у эдейцев, волосы. Варель помолчал, то ли формулируя мысль, то ли пытаясь успокоиться, но после произнес довольно тихо, — Таине Александра, я боюсь, что вы на самом деле даже близко не представляете всей картины и сложности, в которой очутились. Я не вправе судить вас за то, как вы поступили. В конце концов, сын для эдейца — это радость и честь. Тем более, когда на неё и не рассчитываешь. Но тут-то случай иной — само ваше появление здесь с ребенком от Данрода — огромная, можно сказать глобальная проблема! Которую ему ещё предстоит решать. Причины, полагаю, он расскажет сам. Хотя о чем-то, как я думаю, вы уже догадываетесь. Не так ли? Хотя бы о том, что его раса вне закона на Эдее… — Таир посмотрел на меня в упор, и в его глазах был совсем недобрый огонек. — Но, одно могу сказать, Дан не оставит сына, как бы не сложилось. И вас, скорее всего… — Он на миг опустил глаза, а потом посмотрел четко в мои, — Вот только я прошу отнестись к моим словам правильно и принять их за аксиому, уважаемая таине Малик. Если Данрод вас отпустит — бегите, и больше никогда не попадайтесь на пути любого эдейца. Но если решите остаться… То просто учтите, — он смотрел на меня без агрессии, но я уже знала, что услышу. — Дан не сможет, а я с легкостью и без сожаления сверну вам шею, Александра, если предадите его. И не потому, что зол на вас лично, а потому что любому надо дать шанс. Но один. А вы уже предали его, пусть даже так не считаете.