Хранительница дверей (СИ) - Елена Княжинская

— Нет, — я покачала головой. — Нет, этого не может быть. Он не мог уйти, не мог оставить меня одну.

— Касси…

— Нет!

Я резко встала. Не думая, не разбирая дороги, шла, пока не оказалась на берегу моря. Сняла обувь, вошла в воду. Погружалась все глубже, пока не нырнула с головой. Только почувствовав во рту вкус соли, очнулась и поплыла обратно.

Моя жизнь потеряла всякий смысл, но и в смерти его не обрести. Даже если верить в бессмертие души, никто не даст гарантии, что однажды мы с Риком встретимся вновь. Он спас меня. Я не имела права подвести его.

***

Город медленно возвращался к жизни. Простился с погибшими, восславил героев, залечивал раны. В честь освобождения Штрудельбурга от демонов мэр устроил праздник. Я закрыла ставни и двери, чтобы не слышать криков радости. Чувствовала себя лишней здесь.

Мик первые несколько дней пытался отвлечь меня, а после махнул крылом. Он тоже скучал по Рику, но держался лучше меня. Мой маленький единственный друг.

Несколько раз приходил Элл, приносил еду, рассказывал последние новости. Я слушала его из вежливости, а после относила продукты нуждающимся. Мне хватало несколько стаканов воды и фруктов. Остальное просто не лезло в горло, либо пища надолго не задерживалась в желудке.

Я плохо спала, мучилась кошмарами, начала принимать снотворные капли. От них становилась рассеянной и все чаще поручала лавку Мику и Матиасу. Мальчик неплохо справлялся, а самое главное не голодал.

Нельзя так привязываться к человеку. Я знала это, убеждала себя, но что толку, если засыпала и просыпалась с мыслями о Рике?

— Не нравишься ты мне, — пробурчал Мик, вновь пытаясь накормить меня. — Скоро станешь тоньше моего крыла. Поешь хоть немного.

— Поешь, тетя Кассия!

Матиаса долго отучала и теперь он, наконец, перестал называть меня госпожой. Я тоже уступила: положила в тарелку салат, взяла кусочек хлеба.

Мышонок только покачал головой. Он не терял аппетит в самых сложных ситуациях. Мне бы такую способность.

Под пристальным взглядом двух пар глаз я съела все до крошки. Вымыла посуду, чтобы хоть чем-то занять себя, и осталась сидеть на кухне. Неважно, где коротать время, если все в доме напоминало о Рике — не спрятаться, не скрыться.

Нет, пора брать себя в руки, иначе просто сойду с ума, а о Матиасе и Мике больше некому позаботиться. Его тетка вышла замуж и теперь едва ли вспоминала о племяннике.

Вооружившись ведром с водой и тряпкой, я занялась уборкой. Смахнула пыль и паутину, помыла полы. Бытовая магия мне никак не давалась, зато дел хватило до вечера.

Переоделась, потуже затянув пояс. За эту неделю похудела так сильно, что скоро придется менять гардероб. Спустилась в подвал.

На пне, о котором я давно забыла, появились первые грибы. Нужно было полить его, чтобы не пересох.

Все бы желания сбывались, как это.

Надеялась ли я на чудо? Да, и эта надежда медленно убивала меня.

— Тетя Кассия, тетя Кассия, скорее!

Забыв обо всем, поспешила наверх. Матиас никогда просто так не звал меня и старался обходиться своими силами.

— Что случилось? Тебя кто-то обидел?

— Вот еще! Я могу за себя постоять! — ответил он. Гордец, каких поискать. — Дядька мой пришел, хочет с тобой поговорить.

Только этого не хватало. Я уже приготовила гневную речь, чтобы проводить нового мужа Ризы, но так не произнесла ни слова. На пороге худой, избитый, но такой родной, стоял Рик.

Глава 48

Можно ли сойти с ума от счастья? Оказалось, да. Именно так, безумно счастливой, я чувствовала себя, когда увидела Рика. Обняла за шею, целовала лоб, щеки, губы, все еще не веря, что он жив, что вернулся ко мне. Снова плакала. Слишком чувствительной стала в последнее время.

— Тиши, тише, Сия, — простонал он, впрочем, не пытаясь высвободиться из моих объятий. — Не плачь. Все позади.

Я кивнула, отпустила его и снова поцеловала. Никак не могла поверить, что он вернулся. Жаждала подробностей, сама многое могла рассказать, но сдержала порывы. В первую очередь нужно было позаботиться о Рике, остальное потом.

Вдруг вспомнила о дяде Матиаса, с которым так и не поговорила. Теперь, когда я не одна, будет проще, но, если он захочет забрать ребенка, я вряд ли смогу что-то сделать.

— Твой дядя, — спросила ребенка. — Где он? Не вижу.

Матиас улыбнулся, прищурился и указал пальцем на Рика.

— Проказник! Сколько раз я говорил, что нельзя показывать на людей пальцем? — пожурил его Рик, обнял одной рукой, поцеловал в макушку. — Вы очень-очень много должны мне рассказать.

— Обязательно, но сначала мыться, лечится и… есть, — закончила я под дружный смех Мика и Матиаса.

— Пойдем в кафе, закажем вкусняшек, заодно разнесем заказы, — предложил мышонок. — Никуда твой дядька не денется. Кассия теперь ни за что его не отпустит.

— Спасибо! — прошептала ему. Мой маленький друг был удивительно тактичен. Людям следовало поучиться у него.

Проводила обоих взглядом. В голове не укладывалось, что тот, кого мы так отчаянно искали, все это время был рядом. В мире множество таких же смуглых темноволосых мальчишек. Многие из них рано взрослеют, понимая, что только сами смогут защитить себя. И все же они с Риком были похожи сине-зеленым цветом глаз, чертами лица, хитрым прищуром и даже характером. Оба были теми еще гордецами и никогда не бежали от ответственности.

— Идем!

— Куда? — уточнил Рик, но без промедления последовал за мной. Нравится ему мучить меня. Но ничего, вылечу, а потом отомщу, вообще из дома не выпущу, чтобы не потерять.

— Я больше никуда не уйду, — шепнул Рик, догнал меня, прижал к двери. — Никуда и никогда.

Я хотела его и не видела смысла скрывать это, но возмутилась, услышав его слова.

— Хватит считывать мои эмоции!

— Они слишком яркие, — облизнулся Рик, став похожим на кота, — и совершенно бесстыжие. Именно то, что мне нравится.

— Сначала искупайся, герой-любовник, — пошутила в ответ.

Рик разделся, влез в купальню. Я наполнила ее водой, добавила несколько капель эфирного масла розмарина. Вдоволь надышуть этим ароматом, когда буду целовать любимого.

Так, что-то мои мысли опять свернули не в ту сторону. Вид обнаженного мужчины никак не давал сосредоточиться на делах. Надо бы подумать о важных вещах, хотя что может быть важнее любви?

Я намылила губку, медленно водила ею по спине, рукам, груди Рика. Смывала пыль и пепел другого мира. После обрабатывала раны и ссадины, потеряв им счет.

— Расскажи, — попросила