Будьте моей вдовой - Марина Сергеевна Комарова

В какой-то момент мне показалось, что после моих слов он и Акихито обменялись быстрыми взглядами. Что-то замыслили? Или это уже паранойя начинается?

Ладно, об этом подумаю после ритуала. Сейчас есть задачи куда важнее.

Добираться предстояло на машине, которую любезно прислали Ноахи. Такая щедрость насторожит кого угодно, поэтому я садилась в салон с готовностью, что на меня сейчас кто-то прыгнет. Но нет, ничего подобного.

Шофёр не уточнял, кто меня сопровождает, хотя бросил очень выразительный взгляд. Я ничего не сказала, сделав вид, что не вижу этого. Думай что хочешь, парень. Мне куда важнее добраться, а потом убраться от милого гнёздышка Ноахов целой и невредимой.

Акихито всю дорогу молчал, чем заставлял шофёра ёрзать на месте и всё время смотреть в зеркало заднего вида. Я даже немного позавидовала ему, такой взгляд, что может пригвоздить без прикосновений — отличная вещь. Очень помогает по жизни.

Единственное, что не давало покоя, это то, что я буквально кожей чувствовала, что Акихито… пытается все время кого-то увидеть в окно. Подтвердить было нечем, но интуиция подсказывала, что кто-то за нами наблюдает.

Особняк Ноахов встретил нас торжественным молчанием.

Дражайшая свекровь, вся в черном, будто мать всех воронов, воплощала собой статую скорби. В это можно было бы поверить, если бы не зелёные глаза, которые пристально изучили нас с ног до головы.

— Марджари, кто тебя сопровождает? — требовательно спросила она, не разводя церемоний.

— И вам доброго дня, Юдит. Надеюсь, этот тяжелый день мы переживем вместе, поддерживая и давая опору в трудный час, — мягко сказала я, показывая, что являюсь очень почтительной невесткой (нет).

Она вспыхнула, но не стала огрызаться. Вместо этого ещё раз внимательно посмотрела на Акихито.

— Ты постоянно меняешь мужчин, Марджари, я даже не успеваю считать. И что только нашел Алон в такой легкомысленной женщине?

— Это можно спросить у него во время ритуала, — с каменным выражением лица сказал Акихито.

Юдит потеряла дар речи, уставившись на него во все глаза. О как, а детектив за словом в карман не лезет. Или такой характер, или же Юдит Ноах ему не понравилась сразу.

— На этом предлагаю закончить обмен любезностями и перейти к ритуалу, — предложила я. — Разрешите представить вас друг другу: Юдит Ноах — моя любимая свекровь. Акихито Накаяма — мой телохранитель.

При «любимой» Юдит перекосило, словно она откусила пол-лимона. Отлично, хоть что-то приятное при этой встрече.

* * *

/Цветочный переулок. Во время нападения демона на Марджари/

В «Ночной закусочной» господина Исудзу витали такие запахи, что можно было подавиться слюной. Посетителей мало: молоденькая девушка, задумчиво подхватывающая тоненькими хаси лапшу, и сухонький старичок под полкой с цветами. Туда господин Исудзу обычно не садил гостей, но почему-то в этот раз по одному только взгляду понял, что стоит уступить клиенту. Тот заказал рыбу… много рыбы разных видов, словно намеревался провести тут всю ночь.

Девушка была… хорошенькой. Зеленоглазая в шелковом желтом чеонгсаме, расшитом летящими журавлями. Явно или сама из богатой семьи, или же имеет хорошего покровителя, который не только имеет деньги, но и разбирается в приличных вещах. Да и её заколки давали понять: куплены на барахолке за окраиной Шавасаки.

В отличие от небедной красавицы, старичок явно донашивал рубаху, что не может похвастаться новизной. Да и штаны оставляют желать лучшего, вон, как обтрепаны брючины. Седые волосы собраны в пучок, но часть прядей выскользнула и обрамляет пожелтевшее от возраста и солнца лицо, прорезанное глубокими морщинами.

К Исудзу приходили совершенно разные люди, и разницы между ними он никогда не делал. Желание любого клиента — закон. Захочет сидеть у старенького радиоприемничка и играть в гомоку сам с собой — не вопрос. Пожелает разместиться на полу и возлечь, как это делают кочевники в южных пустынях, где ему однажды удалось побывать, — тоже не проблема.

Он заваривал чай для гостей, тем временем, как в закусочную вошёл ещё один посетитель. Некоторое время он молчал, но потом сел возле девушки. Та бросила на него быстрый взгляд.

Мужчине было где-то сорок пять. Крепкий джапонец с правильными чертами лица, в относительно простой одежде, но при этом держится так, будто каждое утро отдает распоряжения минимум целому городу.

— Хозяин, — обратился он. — Пожалуйста, китакату и лепешки с кунжутом.

— Сию минуту, — кивнул Исудзу, наливая прохладную воду в стакан новоприбывшего и потом освежая стакан девушки. Та благодарно кивнула.

Исудзу отвернулся, занявшись готовкой для гостя.

— Кейко, давно ты тут? — спросил мужчина.

— Не очень, — тихо ответила она.

Послышался едва различимый среди шипения бульона на огне щелчок. Исудзу только чуть ухмыльнулся. Накинули полог тишины, скрываясь от чужих ушей. Занятно. Откуда им было знать, что в закусочной господина Исудзу, беглого мага с юга Джапонской империи из маленького городка Товота, пологи… не действуют.

В своё время Масуми Исудзу работал при городском экспериментальном бюро, где велись разработки артефактов и глушилок. Никто не подозревал, что худой и нескладный маг, бывший всего лишь помощником, обладает талантом. Только не глушить, а… наоборот. Он не мог создать что-то, что бы могло препятствовать чарам прослушки, или же рассеять чжу, направленную на создание звуконепроницаемого полога, но вот разрушить все вышеперечисленное…

Талант обнаружился случайно, когда Исудзу сломал очередную разработку бюро. Уже тогда он понимал, что ничего хорошего из этого не выйдет, поэтому по-тихому уволился и переехал в другое место.

Поначалу он очень боялся, что найдут, вернут… заставят работать на правительство, уже по-другому используя свой талант. У Исудзу были старенькие родители, поэтому надавить на молодого специалиста ничего не стоило. Некоторое время он пребывал в полной растерянности что делать и как дальше пытаться жить, пока… в какой-то момент не наткнулся на объявление, что нужен поваренок в уличный ресторанчик, где в основном подавали рамен. Готовить он умел, временами получалось очень недурственно, поэтому рискнул и постучал.

Его приняли сразу, через время в ресторанчик стало ходить все больше и больше людей, чтобы полакомиться закусками молодого мастера. Исудзу открыл в себе любовь к кулинарии, которая давала возможность спокойно жить и не бояться. Именно там, подавая блюда, он встретил Анорико.

Ему практически всё время везло. Мало кто мог заподозрить в прекрасном кулинаре одаренного рассеивателя глушащих пологов и чжу. «Ночная закусочная» была напичкана нужными артефактами, не позволяющими чему-то сказанному пройти мимо ушей Исудзу. С одной стороны, Анорико не одобряла это, считая, что чужие секреты им ни к чему — на то они и чужие. С другой… оба прекрасно понимали,