Огонь, пепел и ветер - Северина Мар

— Да, так было во сне.

— Это странно, к чему же были тогда кольца в сумке госпожи Миры…

— Кольца? — Агата уже давно и думать забыла про них. — При чем тут кольца?

Вместо ответа Кир Аверин огляделся, осматривая далекие темные своды пещеры.

— Кажется, очень маловероятно, что нас тут найдут, — сказал он. — Как бы то ни было, думаю, что мы можем теперь говорить с вами начистоту. Все равно, все сказанное навечно останется между нами.

Ей его выводы не понравились, но она смолчала, лишь настойчиво повторила свой вопрос:

— При чем тут кольца Миры, генерал?

— Я полагаю, что она доставила на Лунный остров кольца, способные управлять драконом-императором, как рухом.

— Но подождите, такие кольца были, но ведь Севир Трехглазый их уничтожил. К тому же, я видела во сне, что те кольца были с золотыми камнями, а кольца, управляющие Иренеусом с белыми — скорее всего такого цвета была скорлупа у яиц из которых они вылупились.

— У рухов оттенок скорлупы обычно совпадает по оттенку с их оперением, — кивнул Кир Аверин.

— Я видела кольца в мешке Миры, все они с черными камнями. Я бы даже сказала темно-синими.

Агата вдруг замолчала, вспомнив кое-что, что когда-то обнаружила, пытаясь найти выход из других подземелий.

— Знаете, на предыдущем испытании, мы решили сократить путь и пошли через шахты, где раньше добывали вещательные кристаллы. Там мы обнаружили странную пещеру, всю расписанную фресками, изображавшими трех людей и трех драконов. Один был очень светлым, второй красноволосым, а третья… третья девушка была с темными, отдававшими синевой волосами. Она же, наверно, была изображена в виде дракона с длинной шеей и лапами, как у морских черепах…

Она замолчала, страшась своего открытия.

— Госпожа Лилиана тоже упоминала эту пещеру, — задумчиво протянул Кир Аверин. — Я все хотел сам туда наведаться, но не мог позволить себе отлучиться на несколько дней, пока идет Отбор. К тому же, эту пещеру было бы крайне трудно найти. Я слышал, что эти шахты строили рабы, согнанные Капуцерами со всей Империи. Быть может, они то и расписали эту пещеру. Значит, есть и другие драконы, по крайней мере были, и кольца госпожи Миры, могут управлять одним из них.

Они снова замолчали, каждый был в плену своих темных мыслей. Было трагически и нелепо узнать, страшную правду, и оказаться не в силах уже ничего изменить, ни с кем поделиться.

Достав флягу, Кир Аверин сделал из нее глоток, а затем вновь повернулся к Агате.

— Так как вы оказались здесь? Вы так и не сказали.

— Меня столкнула Исора.

— Госпожа Исора? Вы же с ней подруги.

— Да, подруги… были ими.

— Как странно. И о чем она только думала? Может, это произошло случайно?

— Нет, она разбудила меня ночью, и пока все спали, попросила сопроводить ее в отхожее место. Я отвернулась, чтобы ей не мешать, отошла в сторону, встала возле провала. Она подошла ко мне, сказала «прости» и толкнула в спину.

— Очень странно, — повторил Кир Аверин. — Это ведь такой риск.

— Да, тем более его величество сказал, что казнит любую, кто решит навредить остальным.

— Удивительно разумно с его стороны, но, похоже, что у госпожи Исоры все получилось. Насколько я понял, никто ее не заподозрил ни в чем.

— Не понимаю, зачем она так поступила со мной — прошептала Агата. — Знаете, ведь однажды она спасла мне жизнь. Когда его величество сказал невестам драться за кольца на первом испытании, Анджела едва меня не придушила, а Исора подскочила и так ловко ее ударила!

— Действительно, зачем, — пробормотал Кир Аверин. — Вы одна из первых претенденток на победу в Отборе, и все же, если вас убрать, то остаются еще княжна Лидия, Елена, госпожа Магда, и любая из них ближе к тому, чтобы стать императрицей, чем госпожа Исора.

Агата не удержалась и шмыгнула носом. Ей было больно думать об Исоре и вспоминать, как та предала ее. Она решила сменить тему.

— А как вы попали сюда? — спросила она у Кира Аверина. — Брат Фрол сказал, что вы больны.

— Он так сказал? Неудивительно.

— Так что же на самом деле с вами случилось?

— Скажем так, у нас с братом Фролом произошли некоторые разногласия, и он решил запереть меня и объявить безумцем, чтобы потом сместить с поста гласа дракона-императора. Мне удалось сбежать, я шел по подземельям к бухте, чтобы призвать оттуда руха, но началось землетрясение. Я не удержался на ногах и упал в провал.

— Что же вы натворили, чтобы так разозлить брата Фрола? — выдохнула Агата.

— С чего вы взяли, что это я был не прав?

— Я видела, как ночью, когда исчезла Пинна, над Приютом Цицелии пролетал рух, — вспомнила Агата. — Неужели…

Она вскочила на ноги, пораженная своим открытием и отбежала в сторону, слишком напуганная, чтобы оставаться рядом с ним.

— Неужели вы причастны к смерти Пинны?! — воскликнула она.

В ее голове проносились мысли — одна страшней другой. Что если Пинна и Кир Аверин были любовниками? Она решила раскрыть их связь и он ее убил? А может быть, она отказала ему, он впал в ярость и… А затем скинул ее тело в ручей.

— Госпожа Агата, будьте осторожны, глядите под ноги, — предостерег ее Кир Аверин. — Пожалуй, в сложившихся обстоятельствах, я могу быть с вами откровенен — госпожа Пинна жива. Впрочем, на самом деле, она никакая не Пинна, а настоящая Мира Арде, дочь князя, которую он когда-то отослал, чтобы взять на воспитание Иву Хайро и укрыть ее в своем доме, под именем своей дочери. Она же — Черная Жемчужина, прославленная воровка. О том, что она скрывается на Отборе выяснили в Тайной страже — и решили арестовать ее. Мне пришлось им помочь, ведь не может же воровка и преступница стать нашей императрицей? Про это прознал Фрол Зерион и нашел в этом оправдание, чтобы избавиться от меня.

— Выходит, что Пинна жива, — выдохнула Агата с облегчением.

— Да, с ней все в порядке. По крайней мере было, когда я видел ее в последний раз. Постойте, а то, что она настоящая Мира Арде,