Родные души - Лана Добродар

— Это он притащил дракона. — раздражённо выплюнул Ал — Нам пришлось обратиться к Солашесу за помощью. Сами выйти с этим ящером на связь мы не смогли. Он закрылся ото всех в своём замке и собирался там по-тихому сдохнуть. — эти слова больно резанули по сердцу. Сколько раз мне не давала покоя мысль о том, что Дин умрёт без меня, но слышать это от кого-то другого, оказалось больно. — Если бы не ты с малышами… пусть бы там и сгнил… — каждое его слово сочилось ненавистью и ядом, а мне от этого становилось тяжелей, ведь я понимала, что именно я стала между ними камнем преткновения, и теперь так будет постоянно.

— Я кушать хочу. — поспешила я перевести тему. Да и кушать я действительно захотела. Пока меня мучал токсикоз, я вообще есть практически не могла. А сейчас чувствую готова проглотить слона.

В столовую спускалась с опаской, боялась там столкнуться с Дином, но кроме Гунтара мы никого не встретили. Ни дракона, ни Солашеса, ни Тоббариса.

— О, Оля! — воскликнул крёстный, заметив нас — Как ты девочка наша? Ты нас изрядно напугала.

— Всё хорошо. Теперь всё хорошо. — ответила я с улыбкой. — А где все?

— Лер Тоббарис отправился в участок, а лер Солашес в саду. — дракона он, по-моему, намеренно проигнорировал.

После того как я с превеликим удовольствием смолотила почти всё что мне предложили, я решила сходить в сад к Солашесу, а то даже поздороваться с ним тогда не успела, да и поблагодарить его было бы не плохо Он уже второй раз спасает меня бестолковую. Алан, проводив меня и сдав с рук на руки змею (одну он меня, наверное, теперь вообще не оставит, чтобы не дай бог не пересеклась с драконом), ушёл в свою лабораторию.

Когда мы подошли, Солашес сидел в беседке, как всегда хмурый и отрешённый. Нас он встретил с таким выражением лица, будто у него в голове в этот момент крутился только один вопрос — «ну и что ещё вам от меня нужно людишки?» Как то, даже стушевалась под этим взглядом.

— Здравствуйте Солашес. — выдавила из себя, приветливо улыбнувшись. Сейчас быстренько поблагодарю и свалю в закат, не буду докучать ему своим присутствием.

Змей молча кивнул на моё приветствие и стал убирать с прохода в беседку свою огромную конечность, что бы я могла пройти. А я залипла на то, как медленно раскручиваются мощные кольца его хвоста в чёрной чешуе, как на солнце она бликует зеленью, жадно провожала его глазами, что не укрылось от взгляда Солашеса.

— Вы боитесь его? Вам не приятно? — спросил он скривив раздражённую гримасу, сделав совершенно неверные выводы.

— Напротив. Извините, что так бесцеремонно разглядывала. Просто ваш хвост вызывает во мне живой интерес, я бы даже сказала детское любопытство. Поверьте, я через силу себя сдерживаю, чтобы не начать его рассматривать его со всех сторон, потрогать, понюхать, попробовать на зубок. — поспешила я оправдаться. На что сначала змей недоверчиво на меня уставился, а от последней фразы сдержанно хрюкнул в кулак.

— Попробовать на зубок? — переспросил он, по-настоящему, живо и открыто улыбаясь, показывая ровный ряд зубов с двумя немного выделяющимися клыками, не такими, конечно, как у вампиров, чуть меньше, но они придавали его улыбке определённый шарм. Теперь я залипла на его улыбке, очень красивой хочу вам сказать улыбке. Которую я, кстати, вижу в первые.

— Я это так… образно. Что бы, так сказать, обозначить степень своего любопытства. Не беспокойтесь кусать я вас не собираюсь. Просто в мире, в котором я жила, нагов нет, есть отдельно люди и отдельно змеи, а так чтобы два в одном…

— А змей вы не боитесь?

— Как вам сказать… Умом то я вроде понимаю, что многие змеи смертельно опасны, но вот моё природное любопытство, как правило перекрывает инстинкт самосохранения и, как и тог, я однажды не задумываясь о последствиях попыталась поймать небольшую змейку, которую мы с подругой встретили в горах. И что это была за змея я понятия не имела, ядовитая она или нет… Спасло меня тогда, пожалуй, только то, что подруга с дикими воплями, буквально силком, утащила меня с этого склона. А однажды мы с братом, на даче, нашли здоровенного павука, мы были уверены, что это очень ядовитый тарантул, но невзирая на эту уверенность, мы его поймали, посадили в банку и притащили домой. Получили знатных люлей от мамы и нашего новоиспечённого питомца пришлось отпустить. Потом выяснили, что это сибирский тарантул и он не так уж и ядовит, его укус не опаснее укуса обычной осы. Видимо это у нас семейное, любопытство и бесстрашие граничащие с безрассудством и безуминкой.

Как-то так незаметно завязалась живая и очень интересная беседа, я делилась с Солашесом своими безумствами и приключениями, которые по большей части проворачивала с братьями, и он на удивление разоткровенничался. Он рассказал, как в детстве шалил и влипал в разные истории, получал нагоняй от отца. Оказывается, он тоже когда-то был обычным шаловливым ребёнком. А у меня уже, грешным делом, сложилось впечатление, то он всегда был таким хмурым и нелюдимым. Что же интересно случилось с ним потом, что он стал «изгоем» как он выразился? Сейчас же пока мы с ним болтали и вспоминали былое, я видела, как он буквально оживает, а в его взгляде плескалась ностальгическая грусть.

— Но это же опасно! — воскликнул он на очередную мою историю.

— Я везунчик по жизни. И со мной бы ничего не случилось. — довольно самоуверенно парировала я. — мои друзья говорили, что везение — это моя суперспособность, мне везло всегда и во всём. Когда я попала в этот мир, я думала, что моё везение кончилось, но потом поняла, что невзирая на все злоключения, мне всё равно продолжает везти. Мне повезло встретить здесь Тоббариса и Алана, даже когда меня пытался убить Удбад, это оказалось для меня везением, ведь благодаря этому, я вырвалась из лап дракона, потом мне снова повезло, когда ты меня нашёл (да, да, постепенно мы перешли на ты).

— Ты считаешь встречу со мной везением? — иронично