Северная королева (СИ) - Верещагина Анна Верещагина

Внезапно охнула, потому что сумрак, заполняющий коридор вдруг рассеялся, выпуская из своих объятий призрака. Это была молодая девушка, скорее всего такая же невеста — белое платье, бант на талии, увядший букет в руках. Она стояла по самой середине, загораживая мой путь, взгляд чуть укоризненный, но в тоже время жалобный и испуганный.

— Пропусти, — нахмурив брови, потребовала я.

Призрак качнул головой, и ко мне долетел тяжкий вдох, выражающий всю глубину страдания несчастной. Почему-то сомнений не возникло — я сразу поняла, кого вижу. Лихорадочно попыталась припомнить имя самоубийцы, но не преуспела, а бывшая жена Алэра начала раскачиваться из стороны в сторону, словно тонкое деревце на ледяном ветру. Что-то звякнуло в глубине коридора, и я раздраженно повела плечами, а затем позвала:

— Дух, это твои шутки? Если нет, то прошу, помоги мне!

Зашипели огоньки свечей, заметались тени под потолком, заколыхалась призрачная девушка и пропала, а вместо нее показался огромный белый кот. Я не двигалась, мы с Духом изучали друг друга на расстоянии, пока он не приблизился. Коснулся подола, точно и впрямь был пушистым зверем, потянулся и побежал к лестнице, словно указывал мне дорогу. Я, не раздумывая, отправилась за ним по пятам, встречаться с многочисленными привидениями замка не было ни сил, ни желания, а этот, вроде, меня принял! Какая-то мысль мелькнула и… нет, пролетела, как вольный сокол над весенним лугом, и я решительно толкнула дверь, ведущую в новую жизнь. Дух, оставшийся в полумраке на лестнице, пристально смотрел вслед.

Денек на дворе стоял, как в сказке, солнечный, радостный, жизнеутверждающий. На секунду золотой свет ослепил, вынуждая прикрыть веки, а когда распахнула их, увидела Гурдина. Старец не сводил с меня внимательного взора, заставляя замедлить, и без того, неспешное шествие. Подошел:

— Королева, ты позволишь умудренному жизненным опытом старику проводить тебя до храма? Понимаю, я слабая замена твоим родным и близким, потому милостиво прошу исполнить эту прихоть.

Кивнула и опустила руку на его локоть. Медленными шагами мы двинулись через двор, заполненный гостями, к храму. Мне кланялись, исподволь рассматривая, изучая будущую жену лорда. Ворота в крепость сегодня будут открыты всю ночь — намечается грандиозное празднество! Хмельные напитки дожидаются своего часа в бочках и бутылях, вынутых из погреба, а из кладовых достали копчености, рыбу, всевозможные колбасы, сушеные фрукты, повара же еще со вчерашнего вечера с ног сбились, готовя угощения. Сверху за всей суетой наблюдало солнце, ему безразличны и мои душевные метания, и то, что со мной случится дальше. Уйдет себе за горизонт, позволив тьме опуститься на землю, а завтра также равнодушно вновь осветит наш мир.

Гурдин чуть придержал меня и тихо сказал, отчего я едва удивленно не вскрикнула, ведь он, как будто, прочитал мои мысли:

— Девушка, ты думаешь о солнце, а вот мне кажется, что луна гораздо более интересна… — хитровато блеснул глазами.

— Почему? — в горле пересохло, но я смогла выговорить хотя бы это слово.

— Солнце… его свет настолько ярок, что на земле ничего нельзя спрятать! Вот и поглядывает солнце равнодушно, свысока на копошащихся внизу букашек. Какое ему дело до нашей суеты? Луна, та еще проказница и озорница! Ей достается тайная, ночная жизнь, скрытая тьмой, наполненная самыми различными загадками и неожиданными разгадками. Небесная шалунья не упустит ничего, выведает, узнает, раскроет все секреты!

И как ответ Гурдину, особенно яркий луч высветил дорогу к храму. Словно сам Хелиос отозвался на эти дерзкие речи своего создания и мимоходом указал мне правильный путь. Я улыбнулась солнцу — пока есть его свет — существует Мейлиэра, и пока вижу этот свет — живу я сама, а пока живу — буду бороться, чтобы сделать этот мир лучше!

Храм выглядел красивым и запоминающимся — светло-серый камень с золотистыми прожилками играл на солнечном свету, а к высоким воротам вела широкая лестница без перил, у основания которой стоял Алэрин и щурился на солнце. Увидев меня, он улыбнулся, только эта улыбка оставила меня безучастной, хотя она так походила на ту, что возникала на губах Алэра. Удивительное явление! Почему только жених способен разбудить во мне страсть? Неужели это действует загадочная связь? Эх, было бы у меня времени побольше…

— Приветствую вас, эрра Ниавель, — Алэрин склонился в поклоне, — вы сегодня ослепительны, боюсь, мой близнец пострадает, — преувеличенно тяжело вздохнул и протянул руку. — Позволите вас проводить?

— Да, — я поблагодарила Гурдина и подала свою ладонь другому демону, не сумев скрыть дрожь от его изучающего взора, и теперь меня одарили ободряющей улыбкой.

Просторный зал наполнял запах трав и полевых цветов, в изобилии стоящих в вазах у стен, солнечные лучи струились сквозь узкие окошки храма, у алтаря горело множество свечей, а за ними… у меня сбилось дыхание, потому поспешила отвернуться. Пламя и дневной свет отражались в многочисленных драгоценностях, осыпавших дорогие одежды гостей. Весьма непривычно было видеть рыцарей, одетых по случаю не в доспехи, а в бархат и шелк.

Алэрин, поддерживая меня, уверенно вел вперед, а я смотрела куда угодно только не на его брата, чувствуя, что Алэр не отводит от меня своего взора. И опять как в омут с головой, подняла глаза и взглянула на будущего мужа.

Он стоял перед алтарем, казалось бы, в расслабленной позе, но в ней чувствовалась затаенная сила. Что-то новое, непривычное было сегодня в его облике. Может, одежда? Наряжен жених согласно традиции Нордуэлла — в темно-синий нижний камзол из дорогого шелка и в верхний из серого бархата. Широкий серебряный пояс с сапфирами опоясывает талию, а с него свисает кинжал с крупным камнем в основании рукояти. Нет! Дело в другом — сегодня на лице лорда не было темной, жесткой щетины, делающей его старше. Сейчас он казался более юным и уязвимым. И я с удивлением вспомнила, что Алэру всего двадцать три года!

Будущий супруг неотрывно наблюдал за моим приближением, а когда дошла, взял за руку и прикоснулся к ладони жарким, дразнящим поцелуем. Из полумрака арки за алтарем вышли жрецы — мужчина и женщина. Он служил Хелиосу, она — Люблине, и обряд начался.

Когда меня спросили, готова ли я исполнить волю Хранителей и принять Алэра Рейневена эрт Шерана в качестве мужа, я, не колеблясь ни минуты, ответила:

— Да!

Алэр тоже не мешкал, и вот уже слышится громкое оповещение жрецов:

— Да будет долгим и плодотворным ваш союз, да подарит он миру множество светлых дел и прекрасных детей! Обменяйтесь кольцами, покажите всему миру, что с этого момента принадлежите друг другу и душой, и телом!

Нам подали кольца, лежащие на большом серебряном подносе, потерявшиеся на его узорчатой поверхности. Алэр первым взял тонкий ободок колечка, усыпанный мелкими алмазами, похожими на крохотные звездочки и, не спеша, украсил им мой безымянный палец. Я последовала за ним, поднимая с подноса перстень с ограненным сапфиром, и с трепетом одела его на крепкий палец лорда-демона.

— С этого дня и навечно вы супруги! — прозвучал глас под древними сводами, и Алэр, не сдерживаясь, накрыл мои губы своими, доказывая всему миру, что теперь владеет мной.

Как устояла перед соблазном, не поддалась его сладостному дурману, одним Хранителям ведомо! Только дрожали пальчики, когда супруг уверенно опустил их на свой крепкий локоть и потянул меня к выходу из храма.

Я шла покорно, будто в тумане, путаясь в собственных мыслях и сильнее стискивая локоть мужа. Мужа! Все случится сегодня! О, Хранители, как мало осталось времени! А ведь я до сих пор ничего толком не выяснила — где находится потайной выход за пределы замка, кто является наблюдателем Беккит, как осуществить задуманное!

— Все будет хорошо! — Алэр посмотрел на меня, словно ощутил, как скачут мои мысли.

Нервно кивнула, никого не замечая вокруг, только его взгляд, ласковый и влекущий, помогающий забыться, окунувшись в таинственную глубину этих загадочных глаз.