Моя воля (СИ) - Нэльте Нидейла

— Я дико устал. Идём спать, — Лунар отпустил её, забросил руку на плечо. Только когда он, наскоро скинув верхнюю одежду, упал в кровать, предводительница сообразила, куда её привёл. Поразмыслила, решила сполоснуться перед сном. Вернувшись, обнаружила, что воин уже спит глубоким сном. Лицо расслабилось, появилась даже какая-то безмятежность. Девушка вдруг подумала, что, наверное, он тоже скучал по дому.

Некоторое время колебалась, после залезла под одеяло. Неизвестно, когда он вернётся, что за это время случится. Сафира вздохнула, пристраивая голову на плече прижавшего её во сне мужчины.

Разбудил предводительницу едва слышный скрип. Не сообразив спросонья, где находится, Сафира села в кровати, огляделась. Звук исходил от окна — специальные полосы поворачивались, закрывая яркое солнце. Лунара рядом не было, но в ванной шумела вода, а на столике стоял завтрак.

Девушка встряхнула головой, накинула приглянувшуюся рубаху. Хотела было встать, однако взгляд скользнул по постели. Сердце тоскливо сжалось: чёрная и серебряная волосины красовались поперёк подушки, словно разложенные придирчивым художником.

Стиснув зубы, Сафира поспешила выбросить их в специальное отверстие для мусора. Подошла к зеркалу.

Волосы уже успокоились, вернулись к привычным цветам, сроднились с золотой энергией. Предводительница тоскливо подумала о расчёске, однако сейчас, когда Лунар собирался, напоминать о ней казалось неуместным.

— Нравится? — улыбнулся воин, заметив её. Сафира не решила, про волосы ли он, или вообще про отражение. Почти смутилась.

— Уже уходишь?

— Пора. Рюкзак соберу, и в дорогу. Ещё инструктаж, выдача очередных доспехов, всё такое. Не хотел тебя будить… чтобы не прощаться.

— Надолго вы?

— По прогнозам дня на два-три, но сама понимаешь…

Сафира кивнула. Как тут спрогнозируешь, если неизвестных слишком много.

— И потом ты мне всё расскажешь?

— Всё — это такое абстрактное понятие, — хмыкнул Лунар. Предводительница еле удержалась, чтобы не вздохнуть. Почему постоянно хочется забыть, что у каждого свои цели, и никто не планирует посвящать в них её? Сила сегодня утром напомнила, что у предводительницы тоже свои цели…

Девушка провела рукой по браслету, повернулась к Лунару. Тот вопросительно взглянул, словно почувствовав.

— Есть какие-то правила… что-то, что я должна знать… ограничения?

— У нас есть условности, если ты об этом, но никто не требует, чтобы ты их знала. Со временем разберёшься. Или о чём?

— Ну, в том мире роль твоей невесты как минимум обязывала меня быть тебе верной — я такую гневную тираду выслушала от Китильи.

Лицо Лунара помрачнело, он приблизился, на секунду предводительнице показалось, сейчас схватит.

— А ты собралась мне изменять? — обманчиво-спокойный взгляд вовсе не успокоил.

— Не “собралась”, но если… сила укажет мне отца ребёнка… не хотелось бы, чтобы твой браслет помешал.

Воин несколько секунд смотрел на неё, после отвернулся:

— Сафира, делай что хочешь.

— Лунар…

— Я же сказал: делай, что хочешь. Если решишь снять браслет, будь добра положить его сюда, — он подошёл к письменному столу, выдвинул и тут же задвинул обратно небольшой ящичек. — Только ты сможешь его открыть.

— Почему?

— Потому что на тебе мой свадебный браслет. Мне пора.

Лунар схватил заплечную сумку, называемую рюкзаком, меч и направился к двери. Сафира вышла следом, смотрела, как удаляется по коридору широкоплечая фигура, почти хотелось, чтобы он обернулся. Почти хотелось позвать. Но воин молча уходил, и предводительнице почему-то казалось, что возвращаться не собирается.

— Лунар! — неожиданно для себя девушка сорвалась с места, догнала. Наставник по сражениям говорил, нельзя уходить в бой в плохом настроении, когда за спиной остаются неотданные долги и нерешённые вопросы.

Воин сделал ещё несколько шагов, она снова позвала. Остановился.

— У меня есть ответственность перед народом, — пробормотала, догнав. — Но ты можешь идти спокойно. Я не стану очернять твою репутацию перед твоими знакомыми.

— Спасибо и на том, — хмыкнул Лунар. Сафира растерялась: что его снова не устраивает?

Так хотелось поцеловать на прощание, но воин продолжил путь. Какая-то мысль кружилась в голове — ассоциация со словом “счёт”. Которого она не знала, но он был как-то связан с “деньгами”…

— Лунар! — снова окликнула. Воин опять остановился. — Мои деньги того мира… наверное… ничего не стоят в этом?

— Ты о чём? — он развернулся. — Всё, что тебе понадобится, можешь заказать через браслет, я сделал полный доступ. А те деньги здесь не в ходу, да и вообще, с перевозом драгоценностей между мирами большая волокита, запрещено: только по специальным разрешениям.

— Нет, — качнула она головой. — Я просто… Китилья сказала, из-за… если они мне уже не понадобятся, может, отдать тем… кто пострадал из-за меня?

Лунар как-то странно улыбнулся, Сафире почудился отголосок вздоха.

— Отдадим, не переживай. Китилья распорядилась забрать всё ценное. Эээ… идём, я тебя до двери доведу. А то… — воин легко взял предводительницу за локоть. — Думай потом, дошла ли ты, или по дороге во что-нибудь влипла.

Девушка сердито промолчала: он что же, считает, она не способна нескольких шагов по коридору сделать?

Лунар привёл её обратно, посмотрел, как открывает. Сафира обернулась. Нужно было сказать что-то такое… но как обычно, слов не нашлось.

— Не бойся, ты справишься, — произнёс Лунар. Привычные бархатистые нотки — и снова не видно, о чём он думает, что чувствует. Сафира улыбнулась, скользнула ладонью по выбритой щеке, неожиданно остро осознавая, насколько ей повезло встретить его.

— Возвращайся поскорее, — тихо проговорила. Лунар кивнул, повернулся. Предводительница зашла внутрь, закрыла дверь. Не удержалась, включила специальный экранчик, показывающий, кто находится с той стороны. Видела, как воин поднёс руку к щеке. Смотрела, пока не вышел из ракурса обзора. На всякий случай передала марагу приказ подчиняться Лунару. Почти услышала в ответ привычные ругательства.

Прошлась по помещениям, вспоминая, что ещё воин показывал. Полюбовалась невероятной перспективой, открывающейся из окна. Днём появилось столько деталей, летало столько машин, внизу сновали люди… Голова кружилась, а ноги невольно подкашивались от ощущения огромности этого мира. Она никогда не видела столько человек одновременно!

Порассматривала книги, пытаясь понять, о чём они. Читать было сложно, словно опять включились те стереотипы, о которых однажды говорил Лунар. Сафира уже не сомневалась, что язык этого мира и язык заклинаний произошли от одного и того же.

Сама не заметила, как задремала. Сердце желало видеть воина с золотыми искрами в волосах, и поначалу Сафире снились они с Китильей, ещё какие-то люди, непонятные разговоры… Почти реально осязаемый портал. Трое парней и девушка отправились туда же.

До чего же хотелось к ним! Похоже, выбрались в каком-то из соседствующих со столицей селений. Приобрели лошадей. Что-то мешало смотреть — пока Сафира не осознала: иллюзия. Наверное, наложенная на внешность. Ищут гнарана приборами…

Ещё какое-то время предводительнице снились зелёные луга, холодные ветра “фантомного” мира. Там снова накрапывал мелкий дождь, в котором отсыревали одежда и доспехи. Она даже подумала сквозь сон, что согласна спать все три дня, лишь бы знать, что происходит.

Однако видение неожиданно смялось, отдалилось, её словно потянуло в другую сторону. На миг сердце радостно заколотилось, узнав приближающиеся родные скалы Рубинового Рога. И в следующий сжалось от ужаса. Она была в зеркальном зале, видела наставника Нима — но с обратной стороны, из зеркала, как если бы оказалась в Хранилище. Наставник что-то спрашивал, однако предводительница не слышала. Смотрел на неё, не узнавая, и продолжал удерживать формулой призыва.

“Это же я, Сафира!” — закричала девушка, но изо рта почему-то зазвучал пугающий двойственный голос.