Без права выбора (СИ) - Олешкевич Надежда "AlicKa"

— Ты не передумала? — спросил мужчина спустя пару минут молчания.

— Вы о чем? — распахнула я глаза, ощутив, как он провел костяшками пальцев по моей руке, и отстранилась.

«Только не задавай вопрос о замужестве!» — взмолилась я. Очень опасалась его. Ждала, что он скоро прозвучит, и загодя придумывала разные отговорки. Видела, как ластится ко мне пес, тем самым демонстрируя отношение хозяина, но старалась отгонять неуместные мысли. Мне нельзя! И ему тоже…

Я остерегалась графа, боялась его напора, которому не смогла бы противостоять. Сторонилась, не давала прикасаться к себе, держала его на расстоянии. Мысленно уговаривала себя, что так правильно. Еще винила Агфара в случившихся недавно бедах, но сердцем давно забыла об обиде. Хотела податься навстречу. Останавливала себя. Уже много раз проглатывала оправдания за свое поведение, которое задевало мужчину, хоть он и пытался это скрыть. Я попросту не могла его выбрать. Мне уготована другая судьба! И дать хоть малейшую надежду — сродни предательству. Нам не быть вместе!

— О твоем желании отправиться в храм Айны, — сжал граф руку в кулак и отвернулся, устремив взор в никуда.

— Нет, — поспешно ответила я.

— Если ты передумала, — нахмурился мужчина, не желая принимать мой ответ, — мы можем обратиться к Богине, чтобы она приняла твое решение и освободила от некогда данного обещания.

— Нет, мое намерение неизменно, — постаралась произнести я твердо и закусила губу, сдерживаясь, чтобы не рассказать правду о Безгласых.

Меня тянуло доверить Агфару эту тайну. Я нуждалась в том, чтобы раскрыться перед ним. Но зачем? Чтобы он посмотрел на меня, как на прокаженную? Это ведь Безгласые! Все, связанное с ними, будет воспринято негативно, с опаской, возможно, с презрением или отвращением. Особенно графом, почитающим Айну. Ложь зачастую слаще правды. Я не хотела все испортить.

— Лисая, — недовольно покачал головой Агфар. Снова сжал кулаки. Перевел взгляд на небо. — Зачем отдавать жизнь во служение Богини, которой не поклоняешься? Обратного пути не будет. Ты ведь пожалеешь. Как только поймешь, насколько опрометчиво твое решение, уже не сможешь все изменить. Одумайся сейчас, мышка.

Он резко развернул меня к себе. Всмотрелся в глаза и подался вперед. Я внутренне сжалась. Понимала, что сейчас произойдет, отчетливо помня, как легко ломаются все преграды под напором Агфара. Граф остановился на полпути. Нахмурился. Скорее всего, из-за моей реакции медленно разжал пальцы и поднялся, тут же добавив:

— Извини, этого больше не повторится.

Какая же я идиотка! Все стало бы намного проще, если бы открылась ему, рассказала о поступке Найриты и о своих опасениях на его счет. Я всегда считала, что умные люди разговаривают друг с другом. Тогда ведь проще жить. Без недомолвок, во взаимопонимании, с распахнутыми створками души. Но иногда страхи сильнее нас. И потому мне сейчас приходилось молча смотреть, как дорогой сердцу мужчина уходил в дом, оставив вместо себя собаку из эши.

— Все правильно, — уговаривала я себя, проводя ладонью по шерсти пса. — Пусть твой хозяин будет лучшего обо мне мнения. Так ведь?

Глава 24

Жизнь вправду состояла из ярких моментов. И сложилось впечатление, что Агфар задался целью наполнить мои дни только светлыми событиями. Словно хотел переубедить меня. Планировал повлиять на решение отречься от прошлого. Потому часто забегал в будущее. Будто невзначай говорил, что в следующем году мы могли бы поехать на какой-нибудь турнир или отправиться в Шорс посмотреть на экзотических животных. А я слушала, но не забывала о приближающемся дне совершеннолетия.

Вскоре граф выполнил обещание. Он отвез меня к отцу и, чтобы не мешать нам, уехал по неотложным делам. Ох, сколько же радости принесла встреча с близкими! Я расспрашивала папу о его успехах в работе, долго играла с Тэни, уговаривала ее рассказать что-нибудь интересное из прошедших в мое отсутствие недель. Насторожилась, узнав, что она очень соскучилась по маме. Как оказалось, Найрита давно покинула этот дом.

— Папа, а куда пропала твоя жена? — поинтересовалась я за обедом.

Все сразу навострили уши. Повариха в соседней комнате стала тише греметь посудой. Младшие братья вдруг усерднее стали жевать листья капусты. Тэни так и вовсе отложила вилку в ожидании ответа.

— Найрита очень соскучилась по своей кузине и захотела у нее погостить, — отозвался отец, продолжая нарезать мясо.

— Так что же случилось с Найритой? — повторно спросила я, когда после обеда мы с ним переместились в библиотеку.

— Ничего, дочка.

— Если мне не изменяет память, ее кузина живет не в Аспале. И Найрита не из тех, кто оставит своих детей на няню. Что произошло, отец?

Он в задумчивости потер бороду. Посмотрел на меня и печально улыбнулся.

— Я как-то говорил, что мне удалось узнать нечто интересное, — отстраненно начал он и устремил взгляд на книги, ровным рядом выставленные на полках. — Ты тогда еще не дослушала. Поговаривают, если усердно служить Айне в ее главном храме, то она может даже взрослому человеку даровать эши.

— Нет, — вырвалось у меня. — Ты ведь не заставил ее… Нет, отец!

— За свои поступки нужно платить. Если Найрита готова отдать жизнь за своих детей, так пусть отдает свою, а не твою.

— Ты не настолько жесток, чтобы сказать ей такое, — поразилась я, прижав руки к груди.

— Осталось надеяться, что Айна будет благосклонна, — вздохнул он и дальше не захотел развивать эту тему.

А я не знала, как реагировать. То ли радоваться призрачному шансу получить будущее. То ли расстроиться, ведь мне не нравилось, что кому-то придется жертвовать своей жизнью ради меня. Да, Найрита поступила подло, но у нее много детей, которые любят свою маму и скучают по ней. Было бы неправильно променять ее на двадцатилетнюю девушку, у которой вообще ничего за плечами нет.

И лишь по приезду Агфара я поняла, что не рассказала папе о поступке Илинаи. Весь день опасалась возможного приступа головокружения. Старалась улыбаться, быть бодрой и радостной. Новые тайны. Очередная недосказанность. Я словно ступила в болото лжи, которое начало медленно меня засасывать. Да, следовало поделиться произошедшим. Это важное событие, о котором желательно не умалчивать. Но!.. Как отреагирует отец? Что сделает, едва узнает о моем недавнем состоянии? Ответ был очевиден, а последствия предсказуемы. Потому я предпочла смолчать, чтобы между ним и Агфаром не разразилась нешуточная война, и попрощалась с папой, крепко обняв его напоследок.

Дни превратились в незабываемую череду событий. Граф не разрешал мне подниматься с постели вплоть до обеда. Следил, чтобы я много пила воды. Баловал своим вниманием. Дарил довольно простые, но красивые украшения, ленты для волос, заколки. Один раз предложил купить мне платье, но услышал категорический отказ и больше не касался этой темы.

Он ни на секунду не оставлял меня одну, а уж тем более наедине со служанками. Сторожил сам или с помощью пса из эши. Последнего же боялись абсолютно все. Собака рычала, скалилась, полыхала огнем своих красных глаз, отчего девушки были на редкость расторопными.

— Сегодня мы поедем на прогулку, — через день после поездки к отцу озадачил меня граф.

Странное дело, что мужчина вместо своей жены уделял все свободное время лифаре. Кто знает, какие между ними отношения. По словам Агфара, эши объединяло, но вот в случае с Илинаей происходило обратное. И это наводило на определенные выводы. Или связи между ними нет и они врали всем вокруг, или привязанность графа ко мне стала сильнее, чем к ней, или мужчина не смог мириться с поступками своей жены, потому предпочел не видеть ее некоторое время. Впрочем, это не моя забота, и личная жизнь Агфара не должна меня волновать. Потому я решила не задаваться этими вопросами и не забивать свою голову чепухой.

Потому что скоро все закончится.

Скоро я уеду в Чернолесье.

Скоро придется преклониться перед Безгласыми и забыть о самом значении слова «жизнь», ведь от этих существ не скрыться, с ними не договориться, а уплаченную цену в виде меня не заменить. Я понимала это, потому ни на что не надеялась. И от одной мысли, что вот-вот отдам себя во служение монстрам, холодная дрожь бежала по коже.