Цена мира, или Леди для варвара (СИ) - Мия Вереск

Таур Керт не отрывал от неё потемневших глаз.

- Вот и хорошо, - ровно сказал он. – Ты моя, Илис. Я никому тебя не отдам.

Она негодующе вскрикнула, когда он властно поцеловал её, оттеснив к простенку между окнами. Рванул платье с плеч девушки, освобождая груди, поцеловал сосок, но тут же выпрямился, словно показывая, что обычных ласк сегодня не будет. Руки мужчины легли на её груди, сжав их так крепко, что на нежной коже проступили красные пятна. Он смотрел ей в глаза, сминая её плоть, но Илис не отводила взгляда, хотя на её скулах горел лихорадочный румянец. Она лишь чуть вздрогнула, когда он потянул вверх подол её платья, оголяя бёдра, жадно сжал лобок девушки, свободной рукой высвобождая набрякшую плоть.

Член влажно мазнул между её ног. Задохнувшись, Таур Керт подхватил Илис под ягодицы, высоко приподнял и медленно опустил, насаживая на себя.

Не выдержав, Илис закрыла глаза.

Он видел, что она снова прикусила губу, как от боли, но Таур Керт уже не мог остановиться.

…Аромат цветов, перенесённых в их спальню, горчил.

Илис лежала на кровати, отвернув голову к окну. Весеннее солнце светило ей в лицо, но она не замечала этого.

Варвар перенёс её сюда сразу после того, как кончил и, выскользнув из неё, осторожно опустил Илис на пол. Подол её платья поехал вниз, укрывая голые бёдра.

- Прости, - глухо попросил мужчина, ткнувшись подбородком в её макушку.

Девушка молчала, и тогда он подхватил её на руки и отнёс на кровать.

Илис не пошевелилась. Сейчас ей было всё равно, овладеет ли он ею ещё раз, или уйдёт. И желания встать и обмыться тоже не было, хотя липкое семя обильно стекало под ягодицы, и платье сзади наверняка вымокло.

Таур Керт угрюмо молчал. Он аккуратно одёрнул подол её платья, прикрыл простынёй голую грудь Илис. Тут уже ничего нельзя было сделать – лиф разорванного платья просто распался на две половинки.

- Я быстро, - пообещал он. – Только принесу тебе платье.

У порога он обернулся на Илис. Она так и лежала, словно сломанная кукла, только отвернула голову к окну. Карун! Что он натворил!

Внизу ему встретилась встревоженная мать, но сейчас он не мог говорить, и только мотнул головой на её незаданный вопрос. Сам прошёл в кладовку, выбрал чистое платье из тех, что носили служанки. Белья здесь не было, значит, всё же придётся просить у Сейлы.

Он вышел из кладовки с платьем в руке, и мать, следующая за ним по пятам, покачала головой.

- Нет, сынок, - сказала она мягко. – Дай-ка сюда это платье. Этим ты её ещё больше обидишь. Лучше я дам ей что-нибудь из своего.

Таур Керт не стал спорить. Женщина лучше поймёт, что нужно Илис. Он даже и не подумал о том, что платье служанки подчеркнёт место девушки в его доме. Главное, что это платье было целым и чистым.

Когда он вернулся в спальню, ничего не изменилось. Таур Керт положил одежду, подошёл к кровати от окна, загородив яркое солнце, которое било прямо в широко раскрытые глаза Илис.

- Хочешь – ударь меня? – предложил варвар. – Или обругай...Илис…Что ты молчишь?

Даже когда она была образцово послушной, называла его господином и была почёркнуто готовой исполнить любое желание, было не так плохо, как сейчас.

- Илис, - снова позвал он. – Я понимаю, что ты сейчас не хочешь меня видеть.

Он и сам был себе противен. Выместить на девчонке свою злость на Габа… Взять её почти силой, так, что она все губы искусала от боли! И что теперь делать?

Варвар косо усмехнулся. Ещё недавно он считал, что её горе можно развеять новыми платьями и блестящими безделушками.

- Завтра я снова уеду, - негромко сказал он, присев перед кроватью и добившись, чтобы она смотрела на него. – Меня не будет около двух недель.

Мужчина осторожно взял её руку, пересчитал губами казанки тонких пальцев. Сжал её маленькую кисть в своих ладонях. Почему-то остро вспомнилась та, первая ночь после ритуала, когда измученная Илис уснула, завернувшись в покрывало так, что наружу торчали только ступни, а он смотрел на неё, спящую и думал, что у неё такие маленькие ноги, что обе поместятся на одной его ладони.

Нечего было и думать о том, как было бы хорошо сейчас согреть её ступни своими руками, поцеловать розовые пальчики.

- Я так скучал по тебе, Илис, - тихо признался он. – Мечтал, как мы встретимся. И так обидел тебя… Прости меня, родная.

Она пошевелила губами, как будто пыталась что-то сказать, и Таур Керт склонился ниже.

- Что, Илис?

- У-хо-ди, - раздельно и еле слышно произнесла она.

Мужчина поднялся, выпрямился – чёрный силуэт на фоне солнечного окна.

Нужно было остаться, успокоить её, вымолить прощение…но она чётко сказала, чего хочет. Впервые за всё это время не промолчала, позволяя ему думать, что всё и так наладится, надо только дать ей время остыть.

- Хорошо, Илис, - сказал варвар ровно. – Я уйду и не потревожу тебя до утра. Сейчас Агора принесёт воды, чтобы ты могла помыться. Вот чистое платье.

Он помедлил, но она молчала, и варвар тихо вышел.

Прошёл мимо Сейлы, приостановился, когда из столовой вышла Агора.

- Отнесёшь госпоже тёплой воды, - приказал мужчина и вышел из дома.

Сейла смотрела вслед, но не побежала за ним. И то хорошо, он никого не хотел сейчас видеть.

Таур Керт пошёл на конюшню, вывел верного Гука, вскочил на коня, не седлая. До вечера нужно было успеть очень много – морское путешествие – дело серьёзное. Хорошо хоть корабль, на котором они вернулись из Реана, был в полном порядке, запастись свежим продовольствием и пресной водой они смогут с утра, а надёжные люди все жили неподалёку, и уже заскучали в мирной Рине.

Правда, капитаном поневоле снова будет Тар, времени искать нового просто нет. Таур чувствовал, что протяни он – и Илис окончательно уйдёт в себя, и тогда дороги назад не будет.

Гордая гритка была способна на всё.

Он запретил себе думать о том, что девушка может сбежать из дома или шагнуть со скалы.

Прочь злые мысли! Всё будет хорошо! Но для этого нужно было привезти сестёр Илис как можно