Изменчивая судьба (ЛП) - Блэквелл Тэмми

— Сегодня пятница.

— Мы закрыты.

Мужчина чуть сильнее оперся на стол, хотя я не могла сказать, делалось ли это в знак неповиновения, или же ему просто нужна опора.

— Этих двоих ты тоже выгоняешь?

— Мы все уходим, — сказала она, ковыляя мимо него и не оборачиваясь. — Утечка газа. Оставайся, если хочешь. Уверена, Рэнди порадуется, наконец-то получив наследство.

Старик пробормотал несколько крепких словечек про капризных библиотекарей и неблагодарных детей, но последовал за нами из здания к гигантской роскошной машине Рейчел, которая наверняка стоила примерно столько же, сколько дом моих родителей.

— Вы открываете Архивы для публики? — спросил Лиам с пассажирского сидения, как только Рейчел благополучно выехала на дорогу. И под «благополучно» я имею в виду «поверить не могу, что эта фура не врезалась в нас и не протаранила насмерть».

— Мы открыты дважды в неделю. Вся важная информация держится за закрытой дверью, но безвредные вещи доступны любому, кто заведет читательский билет. Так проще работать. Никто не присматривается к крохотной библиотеке с особенными коллекциями, а мы получаем деньги налогоплательщиков.

— Так это место — какая-то библиотека для оборотней? — это объясняло все те сумасшедшие книги по мифологии оборотней. Но не объясняло, почему там целая полка отведена под книги Стефани Майер.

Пока мы неслись по улице, Рейчел и Лиам рассказали мне, как устроены Архивы. Это не одна библиотека, а целая библиотечная система, имеющая отделение на каждом континенте, кроме Антарктики. Главное предназначение Архивов — это сохранить записи по истории Провидцев и Шифтеров (хотя я сомневалась, что там сохранилась информация об убийстве девочек-оборотней), а также все книги, научные публикации, статьи в журналах, которые можно как-то связать с Провидцами и Шифтерами, в том числе и все те сексуальные паранормальные романы, которые я так любила.

Меня реально заинтересовала роль Рейчел в Архивах. Будучи Библиотекарем, она больше не занимала место в обычной социальной иерархии оборотней и Провидцев. Ее работа требовала от нее быть беспристрастной стороной, собирающей информацию и делающей записи без предвзятости. Рейчел сказала, что это делается для того, чтобы информация всегда была точной и полной, вне зависимости от нынешних Альф. Лиам предложил не быть такими наивными и заявил, что Библиотекари — это пешки Альф, особенно учитывая тот факт, что они когда-то сами были в очереди на место Альф.

Да. Именно так. Милая старенькая тетушка Рейчел могла стать Королевой Зла. Неудивительно, что Лиам до сих пор выглядел готовым броситься наутек при первых признаках засады.

Примерно через пятнадцать минут езды в Машине Погибели мы припарковались позади большого дома в южном стиле с крыльцом и верандами и все такое. Пусть он и выглядел неуместно посреди Миннесоты, это заставило меня почувствовать себя как дома в Кентукки.

— Это убежище? — я определенно почувствую себя здесь в безопасности. В безопасности и очень комфортно.

— Да, здесь я растила дочь, но когда она уехала, этот дом оказался слишком большим для одной женщины. Я переехала в квартиру в городе и оставила это место доступным для любого оборотня или Провидицы, нуждающихся в убежище, — сказала Рейчел, открывая дверцу машины. Я быстро схватила ходунки и бросилась к ней. Она улыбнулась и приняла мою помощь. — Ты такая милая девочка, Скаут. Я почти испытываю искушение оставить тебя себе.

— Эмммм… Спасибо? — зная, что она была потенциальной Альфой, меня беспокоило, что могло подразумевать это «оставить себе». Наверное, цепи. И хлысты. И, может, собачий ошейник.

И теперь мне придется жить со страшными образами тетушки Рейчел в стиле «Пятидесяти оттенков серого».

Рейчел потребовалось немало времени, чтобы подняться по ступеням. Все это время я чувствовала попурри запахов различных оборотней, оставшихся в древесине крыльца и доносившихся из открытых окон. Ни один из запахов не был свежим, но некоторые были достаточно недавними, оставленными за последние два-три месяца. Другие были легким отголосками, давними и слабыми.

— Скольких оборотней вы пускали сюда? — я не могла различить все запахи по отдельности, но их было много.

— Не так много, как я ожидала, — сказала она, распахивая дверь. У меня тут же выступили слюнки от запахов чеснока и итальянских специй. — Но все равно слишком много. Никто не должен жить в страхе или лишаться знакомого и безопасного.

Она была такой искренней, что это почти ранило.

— Из вас вышла бы замечательная Альфа, — сказала я ей.

— О нет, дорогая, у меня слишком мягкое сердце для такой работы, и поэтому я здесь, а не в Румынии с остальными Матронами.

Ступени, ведущие в сам дом, были крутыми и узкими. Когда стало очевидно, что Рейчел сама по ним не поднимется, Лиам подхватил ее на руки и перенес через порог.

— О божечки! — Рейчел вцепилась в его плечи, и ее ямочки на щеках снова стали видны. — Никто не делал со мной такого с моего медового месяца.

Я даже не догадывалась, что можно покраснеть так ярко, как это сделал Лиам.

— Простите. Мне надо было сначала спросить разрешения.

— Все совершенно изумительно, — она бросила на меня виноватый взгляд, когда он поставил ее на пол. — Хотя, полагаю, надо было спросить у тебя, не возражаешь ли ты. Я знаю, какими бывают пары в начале. Прикосновения к другим людям могут привести к ссорам, даже если это престарелая тетушка.

— Она не моя пара, — Лиам опередил меня с этим заявлением.

Рейчел прищелкнула языком.

— Не глупи. Естественно же, что вы пара.

Теперь уже мое лицо покраснело так, что соперничало с лицом Лиама.

— Да не особенно. Никаких клятв. Никаких церемоний. Мы даже не… — мы были близки. Очень, очень, очень близки, но когда дело стало принимать серьезный оборот, Лиам удрал. В одно мгновение он был рядом, осыпал ласками губ, рук, языка, а в следующее скрылся за дверью. Когда я наконец-то пришла в себя и натянула одежду, я вышла на улицу и пошла его искать. Вместо этого я нашла волка. С тех пор мы не разговаривали о том случае, хотя судя по выражению на лице Лиама, сейчас мы оба думали об этом.

Рейчел милостиво проигнорировала выражение стыда на наших лицах.

— Клятвы и церемонии — это бюрократический бред, основанный на человеческих обычаях. Образование пары — это нечто более примитивное и магическое, — она прищурилась и положила руки на наши щеки. Я ощутила силу ее Видения, пронесшуюся по моему телу. — Да, я таки права, — ее лицо озарилось, когда она похлопала нас по щекам. — Вы выбрали друг друга. Дело сделано. Вы пара.

Пока я стояла там в ошарашенном шоке, две девочки вышли из-за угла, откуда доносился божественный запах.

— Нам показалось, что мы слышали голоса, — сказала одна из них, с буйными кудряшками. — Привет, бабушка, — она повернулась к Лиаму и мне. — Привет, высокий страшный чувак. Привет, девочка, чье лицо я откуда-то знаю, но не помню, откуда, — сказала она нам.

— Привет, девочка в футболке с Человеком-Пауком и кардигане, — поздоровалась я в ответ.

Другая девочка, которая была почти идентичной с первой, но решительно казалось более взрослой и усмирила волосы в хвост, протянула руку.

— Я Мишель, — сказала она. — Пожалуйста, игнорируйте Мари. Никто не потрудился научить ее манерам.

— Скаут, — представилась я, не понимая руки. — Прости, но я не жму руку Провидицам, чьей силы я не знаю, — к слову о Провидицах с незнакомой силой, мне очень надо узнать, чем владела Рейчел. Я надеялась, что она могла читать верные ответы к кроссвордам в газете или собирать компьютеры. Что угодно, только не возможность различать пары.

— Не волнуйся на ее счет, — сказала Рейчел. — Способности Мишель скрыты.

— А я Вижу нужду, и для этого не требуется контакт, — Мари склонила голову набок и поджала губы. — Скаут… Скаут… — ее брови взлетели вверх. — Внучка сенатора! Я же знала, что откуда-то тебя знаю!

И почему я забыла про роль давно потерянной внучки сенатора? Почему именно роль давно потерянной внучки сенатора? Ну то есть, я знаю, что мне предстояло бросить вызов Альфа-Самке, и я полгода выживала в канадской глуши. Но как можно забыть, что я являюсь самой разыскиваемой из всех пропавших детей в стране?