Мороз и ярость (ЛП) - Принс Лиззи

— Какого хрена? — Престон скулит, его голос немного скрипит, когда стражник уходит.

Я игнорирую его и осматриваю окрестности, мой взгляд останавливается на каменном особняке, приютившемся на склоне холма. Многоэтажный дом построен из серо — голубого и песочного камня с огромными окнами, выходящими на воду на всех трех уровнях. На двух верхних этажах есть балконы по всей длине здания. Крыша из оранжевой черепицы, и она похожа на то, что я однажды видела в старом журнале о путешествиях в библиотеке.

Все одиннадцать чемпионов стоят свободным кругом. Меня охватывает укол вины, когда я думаю о Ченсе, но его быстро прогоняет гнев. Я рада, что у нас не было возможности захватить оружие перед уходом, потому что некоторые участники соревнований выглядят так, словно вот — вот начнут драться.

— Добро пожаловать, добро пожаловать! — кричит женщина из тени балкона.

Я поворачиваюсь обратно к дому, прикрывая глаза от солнца, и замечаю женщину, идущую к нам. Чем ближе она подходит, тем легче разглядеть ее внешность. Она привлекательна по — своему, с острыми скулами и раскосыми бровями. У нее темно — каштановые волосы, коротко подстриженные до плеч. Я бы предположила, что ей где — то под тридцать. На ней свободное платье с открытыми плечами в зелено — белых тонах. Оно выглядит намного более удобным для погоды, чем все наше черное снаряжение.

Она идет по каменной террасе босиком. Она не одна. Я насчитала еще восемь женщин, следовавших за ней. Я моргаю, мои глаза напрягаются от яркого дневного света. Все женщины выглядят одинаково. Почти устрашающе. Их волосы по — разному подстрижены и уложены, и они носят разные стили одежды, но они должны быть сестрами. Их все девять.

Та, что вышла первой, сложила руки вместе и широко улыбается. — Добро пожаловать в Уотерхаус. Мы с сестрами так счастливы, что чемпионы Игр останутся с нами ненадолго.

У нее акцент, который я не могу определить, но английский — не ее родной язык. Ее улыбка выглядит искренней. Я не чувствую лжи в ее словах, но что — то в этой ситуации заставляет кожу у меня между плеч зудеть. Это может быть просто потому, что моя жизнь — сплошная суета, и я по колено в Играх. В эти дни трудно точно определить источник моего беспокойства.

— Я Айанна, и я буду вашей хозяйкой, пока вы остаетесь здесь. Это мои сестры, Лилит, Бетт, Виктория, Клаудия, Хелена, Даниэль, Фелисити и Джозефина. — Когда она произносит их имена, каждая делает шаг вперед. Как будто есть какой — то способ запомнить их имена. Особенно когда они все так похожи.

— Пока вы здесь, мы хотим, чтобы вы воспользовались временем, чтобы отдохнуть перед вашим следующим испытанием. Мы скоро поделимся информацией об этом. До тех пор наш дом открыт для вас, как если бы он был вашим собственным. Ешьте, пейте, купайтесь, отдыхайте; наш дом в вашем распоряжении. — Айянна взмахивает рукой в сторону дома, а затем снова складывает их перед собой.

— Мы с сестрами покажем вам ваши комнаты.

Женщины подходят к нам. Атлас ближе всех ко мне, а одна из сестер стоит перед нами обоими. — Прошу следуете за мной.

Я киваю и секунду смотрю на Атласа, когда женщина отворачивается от нас. Его лицо бесстрастно. Нет ни единого чертова намека на то, что он чувствует. Пока я не замечаю, как он надавливает большим пальцем вниз, чтобы хрустнуть суставом.

Я присматриваю за остальными, но их уводит собственная сестра, не обращая на меня никакого внимания. Мы с Атласом идем плечом к плечу, пока наши ботинки хрустят по каменным ступеням, ведущим с пляжа на веранду. Я не хочу, чтобы он прикрывал мне спину, и, думаю, он чувствует то же самое.

Как только мы ступаем под балкон, становится как минимум на десять градусов прохладнее. Мы проходим через арочный дверной проем и входим в дом. Мои глаза сразу привыкают к более темному интерьеру, и я осматриваю каждый дюйм, который могу видеть. Мы находимся в большой комнате или каком — то общем жилом пространстве. Слева есть диван и несколько кресел. Справа еще один набор стульев, расставленных перед большим камином. Над каминной полкой висит массивная фотография разбивающейся волны. Стены здесь выложены тем же разноцветным камнем, что и снаружи дома. Пол выложен крупной плиткой различных оттенков серого.

Ничто не выглядит потрепанным или грязным, но во всем есть что — то старое и устаревшее. Воздух влажный, и в нем чувствуется легкий землистый аромат. Это не неприятно, но еще одно подтверждение того, что этот дом существует здесь намного дольше, чем я живу.

Остальные, должно быть, вошли в дом через другие входы, потому что здесь только я, Атлас и наша версия Айянны. Еще одно сканирование комнаты, и я насчитываю по меньшей мере четыре камеры. Они расположены под разными углами, чтобы запечатлеть как можно большую часть комнаты. Не похоже, что они пытаются их скрыть. Мы все знаем, что эти Игры транслируются по телевидению. Им нужно каким — то образом добывать видеозапись, и непрактично, чтобы дроны отслеживали нас внутри.

— Прошу вас следовать за мной. — Наш гид жестом указывает нам вперед, улыбаясь Атласу через плечо, как будто хочет съесть его на закуску. Становитесь в очередь, леди.

Его лицо остается все той же бесстрастной маской. Взгляд женщины скользит ко мне, и ее глаза слегка прищуриваются. Ее ноздри раздуваются, как будто она нюхает воздух, но затем она подмигивает мне, как будто мы сообщники. Мой шаг замедляется, и я заставляю свое сердцебиение замедлиться. Это было просто подмигивание. Она не может знать, кто я. Атлас хмуро смотрит на меня, но я игнорирую его.

Она ведет нас к извилистой деревянной лестнице и начинает подниматься по ней, покачивая бедрами. На ней леггинсы с рисунком и полосатый топ. Ее темные волосы почти достигают верхней части ягодиц. Несмотря на другую прическу, она выглядит примерно того же возраста, что и Айанна. Либо эти женщины девятирняшки, либо здесь замешана какая — то фантастическая генетика.

Я не могу почувствовать, есть ли в ком — то божественная кровь, но в этой женщине есть что — то другое, чего я не могу понять. Атлас проводит костяшками пальцев по моей руке. Я вздрагиваю в ответ и проклинаю свою нервозность. Еще мне хочется пнуть себя, потому что женщина уже на полпути к лестнице, а я пялюсь на нее, не обращая внимания. Это хороший способ покончить с собой.

Я украдкой бросаю взгляд на Атласа, чтобы понять, разглядывает ли он задницу, которая очень бросается в глаза. Я полностью ожидаю увидеть, как его глаза следят за ее движениями; черт возьми, я едва могу отвести взгляд. Я удивлена, что его взгляд направлен поверх головы женщины, и на его лице снова появляется то же самое безжизненное выражение.

Наверху лестницы нас ведут по темному коридору с закрытыми дверями по обе стороны. Женщина останавливается на полпути по коридору. Она толкает дверь справа, но не заходит внутрь. Она делает несколько шагов дальше, к следующей двери с той же стороны, и повторяет движения.

— Вот и все. Все необходимое находится в вашей комнате и ванной. Пожалуйста, не стесняйтесь осмотреть Уотерхаус на досуге. Мы просто просим вас прийти на ужин в восемь. Выбирайте яд. — Она указывает на две открытые двери с озорной улыбкой на лице.

С этими словами одна из наших девяти ведущих покидает нас, направляясь по коридору в противоположном направлении, откуда мы пришли. У меня много вопросов. Хотела бы я обратиться к Атласу и узнать обо всем, но он не мое доверенное лицо. Он мой конкурент.

Остальные живут на этом же этаже? У нас есть собственное крыло? Дом огромный, но настолько ли он большой? Я даже не собираюсь беспокоиться о том, где мы сегодня будем ужинать. Я разберусь с этим позже.

— Ты думаешь, она имела в виду это буквально? — Атлас неожиданно выводит меня из суматошных мыслей. Как это продолжает происходить? Каждый раз, когда я нахожусь рядом с ним, мои мысли рассеиваются, и я перестаю обращать внимание на окружающий мир. Это опасно в любое время, но во время этих испытаний это может привести к летальному исходу.