Одинокая волчица - Олеся Зайцева

Я с первых слов дал понять, что предложение Аро меня не интересует. Джейн даже не стала скрывать, как глубоко ей на это наплевать. Пренеприятная особа.

В тот момент, когда я увидел Вольтури так близко, меня пробил озноб. Я мысленно поблагодарил Карлайла, что он настоял на многолюдной встрече.

Не знаю, как остальным, а меня эти три пары красных глаз пригвоздили к месту.

Что я испытал?

Сложно сказать. Не страх, нет, бояться я никогда ничего не боялся, такова уж наша сущность. Тогда что за чувство сковало сердце так, что я забыл, как дышать?

Карлайл как раз хотел произнести ответную речь, когда что-то вдруг произошло.

Что-то незримое поменялось вдруг в самом воздухе комнаты.

Напряглись все, разве что Вольтури по-прежнему напоминали ужасные изваяния из самых страшных кошмаров. Меня их мертвая красота не трогала. Не пугала, не привлекала, не вызывала никаких эмоций, разве что явное неприятие.

Первым пришел в движение Джейкоб. Парень перемахнул через диван и бросился к огромному окну. Еще секунду, и в воздух взметнулся громадный рыжий волк.

Звон разбиваемого стекла отрезвил Каленов, а Джейка поглотила темнота.

Я вздрогнул вместе со всеми.

Нутром чувствовал, что происходит что-то ужасное. Но ничего не понимал, от этого становилось еще хуже.

Куда так рванул Джейкоб?

Что происходит!?

Эдвард зарычал, сжимая кулаки.

— Держите их!

Прокричал он.

Братья поняли его без слов.

Эммет встал за Феликсом, Джаспер подпер плечом Деметрия, а Белла тут же схватила за руку Джейн. Та зашипела, но ее способности вряд ли пригодятся.

— Эдвард, что случилось? — Карлайл занял положение у разбитого окна, преграждая им выход.

— Что с Джейком? Куда он? — Белла смотрела на мужа, надеясь хоть что-то понять. Безупречное лицо дернулось от волнения.

Я понимал еще меньше.

Все стояли и говорили, когда вдруг Джейкоб вскинул голову. Единственное, что мы уловили, это далекий волчий вой. Но никто бы и не заметил, если бы не оборотень среди нас. Очевидно, он понял то, то нам было не доступно. А еще понял Эдвард, прочитавший мысли волка до того, как тот выскочил с ночь.

— Наша дочь, Ренесми, только что напали на домик! — прорычал Эдвард, кидаясь на улицу.

Всеобщее шипение заглушил вполне человеческий вскрик Беллы.

— Ренесми!

Розали молча метнулась на улицу вслед за братом.

Мне показалось, что у самого закончился в комнате воздух. Его словно выбили из меня одним ударом.

Домик, Лиа!

— Там Лиа! — я тоже подался вперед.

Мне было все равно, что будет с Вольтури. Я должен был узнать, что там происходит! Только там, куда я сам ее отправил!

— Мы теряем время!

Белла была уже у окна.

Она тащила за собой Джейн, как куклу, которая, не смотря на сопротивление, не могла справиться с силой новорожденного вампира.

— Только попытайся мне помешать, в порошок сотру. — угрожающе зашипела Белла.

— Будет лучше, если вы пойдете с нами. — Карлайл сам едва сдерживался.

Три фигуры в темных плащах безропотно последовали в темноту.

Эдвард летел через лес.

За ним легко читался запах сестры, Розали почти от него не отставала.

Я бежал так, как никогда в своей жизни. Темнота не была помехой, деревья, разве что, то и дело грозили свалить на землю, протягивая свои ветви. Их я отбрасывал с таким остервенением, что наверняка оторвал несколько и побросал на ходу в сторону.

За все многие годы моей жалкой бестолковой жизни у меня не было такого дикого животного страха. Но не за себя. За нее!

Шорохи, улавливаемые вампирским слухом, подтверждали, что оборотни тоже были поблизости.

Кто-то был очень далеко, и только спешил вперед, пытаясь понять, что происходит. Кто-то нагонял меня слева.

Я ворвался в дом минутой позже Эдварда.

Это было опрометчиво с моей стороны.

Запах крови с такой силой ударил в нос, что пришлось схватиться за косяк и задержать дыхание. Я прислонился головой к деревянной балке, не зная, как восстановить сбившееся дыхание.

Входить, или нет?

Во мне боролись две мои сущности, два злейших врага. Запах так и манил меня, напоминая, что я вампир. Другая половина твердила, что только последнее чудовище сейчас может думать о жажде. Я колебался секунду, пока не понял, запах чей крови сейчас чувствую!

Лиа!

Я задержал дыхание и кинулся внутрь, едва не сбив с ног стоящего Эдварда.

Никогда тут прежде не бывал.

Но думаю, он тоже с трудом узнавал некогда милый домик своей семьи. Эдвард схватился за голову. Вся мебель, что стояла в большой комнате превратилась в руины. Пол устлан темной кровью, и в довершении всего огромный серый волк лежал на полу у дальней стены.

Сет в человеческом облике сидел рядом на коленях. С новой силой мне в нос ударил запах крови, но я твердо решил, что если станет совсем не под силу терпеть выбегу на улицу. У меня тряслись руки от напряжения и страха, пока я стоял как истукан.

Это Лиа.

Моя Лиа!

Больше ни о чем не думая, я бросился к ней.

— Сет, она жива? — спешно проговорил я, боясь сделать что-то не так.

Серая шерсть превратилась в липкую кровавую массу. Мне никогда не доводилось видеть столько крови. Но что самое странное, в эту минуту запах крови хоть и вызвал во мне жажду, я перестал ее чувствовать. Будто чувства притупились, и осталось только одно: страх за ее жизнь. Жажда вспыхнула в горле, словно в нее вогнали железный раскаленный кол, но голова осталась трезвой.

Теперь я знал, что одержал над ней победу, раз и навсегда.

Пусть меня разорвет на части от той боли, которая сжала горло и легкие. Но я не выпущу чудовище на волю.

— Науэль, тут столько крови! — Сет беспомощно развел руками.

На меня смотрели покрасневшие глаза совсем молодого парнишки, повзрослевшего слишком быстро. Волчья шкура не могла обеспечить и сердцу ту же непроницаемость. Он был в отчаянии, к которому был близок я сам.

— Надо попытаться привести ее в чувство. — говорил я машинально, сам пока не представляя, как это сделать.

Передо мной лежал огромный волк, не подающий никаких признаков жизни.

Как привести ее в сознание, если она вообще еще жива.

Скорее слухом, чем глазом я уловил какое-то движение справа. Заставил себя повернуть голову.

Доктор Каллен засучивал рукава.

— Науэль, давай помоги мне. Надо ее приподнять и перевернуть на бок. Мне не видно, откуда столько крови.

Втроем мы перевернули огромное тело. Оказывается оборотни, действительно не слабого десятка. Во всяком случае, весил волк гораздо больше, чем я себе представлял.