Вампирша по прозвищу "Эльфа" - Ника Карпова

   На этаже все окна были задернуты тяжелыми шторами, создавая темноту. Цветов здесь не было, но и пустыми коридоры не являлись. То тут, то там стояли предметы (скорее всего какие-нибудь раритеты), висели картины.

   Четвертая дверь налево оказалась почти в самом конце коридора. Из-за двери доносилось женское хихиканье и топанье, а еще слышен был шелест крыльев вампира. Тихонько постучавшись (у вампиров же очень хороший слух, услышит), я вошла. Полуголая девица бегала по комнате и гнусно хихикала, а над ней кружился кровожадный вампир в трусах с сердечками и тянул к своей жертве руки, при этом скалясь во все клыки.

   - А вас не учили, не играться с едой? - вопрос сам слетел с губ, привлекая ко мне внимание.

   Игры кончались. Полуголая девица завизжала, вампир спустился с потолка к своей не получившейся жертве и получил от нее звонкую пощечину.

   - Ты сказал, что я твоя единственная еда!

   - Но, зайчик, золотце...

   - Не оправдывайся, Максел, я вижу, кто она, - даже не пытаясь прикрыться, девица вылетела из комнаты и с грохотом захлопнула дверь.

   - Вот это темперамент! - восхитилась я. На моей памяти никто не говорил со мной так. Обычно все боялись.

   - И не говори. Зато кровь вкусная. А ты собственно кто? - князь пришел в себя после устроенной сцены и теперь с интересом разглядывал меня.

   Заметив мои ушки, князь улыбнулся мне такой "ласковой" улыбкой, что я почувствовала себя уже почти понадкушенной.

   - Я по личному вопросу. Ваш секретарь не смог внятно мне сказать, когда и где вы сможете меня принять. Пришлось самой...

   - Так ты не на завтрак, - расстроился князь.

   - Поверьте, вы не захотите мной позавтракать, - как ни странно, но вампиры не пьют кровь своей расы. Для них она отвратительна на вкус.

   - Хорошо, раз ты уже здесь, только можно я приведу себя в должный вид?

   - У вас десять минут, - похоже, я начинаю наглеть в этом царстве вампиров. И с чего это во мне пробудилась тяга к приказам?

   Князь рассмеялся, показывая свои клыки, но они на меня особого впечатления не произвели. Да и князя я не могла после увиденного воспринимать всерьез.

   - А ты мне начинаешь нравиться, девочка. Так и быть, не стану я пока тобой завтракать.

   Вампир вышел в другую комнату и через восемь (надо же, уложился!) минут вернулся обратно. В вошедшем представителе власти трудно было опознать того мужчину в трусах с сердечками. Строгий черный костюм с серебряной вышивкой подчеркивал мускулистое тело вампира. Убранные в длинный хвост черные же волосы открывали серьезное лицо с высокими скулами, волевым подбородком и красными глазами, которые, казалось, видели меня насквозь. Вот теперь передо мной стоял именно князь Максел, которому хотелось подчиняться, и который вселял если и не страх, то уважение.

   - Так что у вас за личное дело ко мне, девочка? - князь прошел к креслу и расположился на нем, положив ногу на ногу. Мне же указали на небольшой пуфик, стоящий возле ног князя. Подумав, я решила остаться стоять на ногах. Князь при этом многозначительно хмыкнул.

   - Я ищу своего отца, - после того как решила подойти к князю поближе, сказала я.

   - И? Ты думаешь, что я знаю всех приезжих эльфов?

   - Причем здесь эльфы? Мой отец - вампир! - князь недоверчиво посмотрел на меня, вновь ненавязчиво показывая мне клыки.

   - А с чего ты взяла, деточка, что твой отец - вампир? Мамочка наплела, чтоб ты больше не интересовалась, кто твой сбежавший папаша?

   - Я не знаю свою мамочку, как вы выразились.

   - Так откуда тогда уверенность, что твой папочка - вампир?

   Что ж, у меня есть этому доказательство. Раскрыв свои крылья, мирно лежащие до этого на мне плащом и улыбнувшись, я подлетела к потолку, чтоб Князь не подумал, что я его разыгрываю с крыльями.

   - Такие доказательства вас устроят? - вампир сглотнул, но уже не от предвкушения трапезы, а от невозможности увиденного. Понимаю. У Тирона тоже была реакция интересной.

   - Теперь мне и самому интересно узнать, кто твой отец, деточка, - охрипшим голосом выговорил вампир и встал с кресла.

   Я опустилась на пол и протянула руку вампиру. Тот осторожно прокусил мне запястье и поморщился, как от лимона.

   - Да, я тобой точно не захочу позавтракать, - сказал вампир и начал к чему-то прислушиваться.

   Я стояла, не дыша около минуты, когда вампир перевел задумчивый взгляд с моего запястья, кровь на котором уже не текла, а от ранки не осталось и следа, на мои глаза.

   - Ты так похожа на свою мать... - начал было он, протянув к моему лицу руку, но видя, как расширились мои глаза, он ее одернул и отошел от меня обратно к креслу. Наверное, подумал, что я его испугалась.

   - Вы знали мою мать? А отец, кто он? - не вынося больше тишины, спросила я.

   - Твой отец - я. Как зовут тебя, дочь моя?

   - Лексис, - на автомате произнесла я. Дочь? Я его дочь? - Вы мой отец? - еще не веря сказанному, переспросила я.

   - Понимаю, что это для тебя ужасно, знать, что твой отец - вампир...

   - Да почему же? Я и не надеялась вообще встретить хоть кого-то из вас.

   - Лексис. Твоей маме нравилось это имя.

   - Так почему она меня бросила? Почему оставила в приюте?

   - Бросила? Ты... Она.... Как...

   - А тебе она ничего не говорила? Так? Родить дочь и бросить ее! И после этого говорят, что вампиры самая жестокая раса?

   - Я не понимаю, почему она так поступила. Она так хотела иметь ребенка...

   - Да кто она? Может, ты мне все-таки расскажешь что было? - от волнения и от переполнявшего меня гнева, я не заметила, как перешла на ты.

   - Это было давно. Около тридцати лет назад. Я тогда прибыл к демонам на прием. Не помню, по какому поводу был прием, но это не важно. В тот день прибыла делегация эльфов в Академию по обменному курсу. Твоя мама была их куратором. Прибывшие так же были обязаны быть на приеме у Властелина. Он лично знакомился со всеми, кто приезжал надолго в его царство, чтобы потом следить за ними. Не в том смысле, что искал повсюду шпионов, нет. Властелин считал себя ответственным за их жизни. Он делал все, чтоб ни один ученик по обмену не пострадал за год обучения. Так вот на том приеме я и встретил твою маму. Она была как Синяя луна. Так же льющая мягкий свет вокруг себя, в синем шелковом платье, как море. Я влюбился. Как мальчишка влюбился. Мне впервые в жизни не захотелось пробовать ее на вкус. А это чего-то стоит?

   Целый год я ухаживал за ней, оказывал ей знаки внимания, даже пустил на самотек свою страну. Но она стоила того. Наша единственная ночь до сих пор греет мою душу воспоминанием. Но она потом призналась, что замужем. Ее срок кураторства закончился и она уехала. Больше я ее не видел, и она никогда не писала и не отвечала на мои письма.