Вторая попытка для попаданки - Дарья Верескова

Я на верила что Люсиль разберёт артефакт — скорее всего она боялась даже прикоснуться к нему, как и я в прошлом, не желая испортить.

Предыдущие элементы моего усилителя я отправила в металлическую мусорную корзину для испорченных деталей. Я услышала, как камни и руны, на которые я потратила столько времени, с грохотом и звоном упали на гору других испорченных деталей оставленных другими студентами. Мне было жалко расставаться с качественными материалами, но выбора не было.

Закрыв ящик, я почувствовала удовлетворение от проделанной работы. Твой ход, Люсиль.

* * *

На следующий день, навестив профессора Диксона, я обнаружила, что в его кабинете находится ещё один человек. Ранее я лично встречалась с профессором Аленом Лазарусом только дважды — при поступлении и во время экзаменов второго года, хотя я, конечно, множество раз видела его на мероприятиях для всех студентов. Профессор Лазарус был главой факультета артефакторики, но я знала, что скоро он покинет академию, и даже страну, на несколько лет.

Как раз после моего диплома.

Профессор Лазарус имел лицензию независимого артефактора, как и профессор Диксон. Однако, в отличие от моего куратора, посвятившего большую часть своей жизни исследованиям и студентам, Лазарус работал консультантом в крупнейших компаниях по всему миру, даже за пределами Астурии, и его имя стояло на сотнях патентов.

— Мисс Браун, простите, что отнимаю время вашего куратора. Мы обсуждали будущих выпускников нашей академии, и профессор Диксон сообщил мне, что считает вас одним из самых талантливых артефакторов нашего времени, — начал профессор Лазарус после того, как мы пожали друг другу руки.

Я подняла брови в удивлении. В прошлом всего этого не происходило. Что могло измениться? Что могло заставить его появиться здесь?

— Мне очень приятно получить подробную характеристику от профессора Диксона, — улыбнулась я без ложной скромности. Я тоже знала, что мой усилитель станет одним из самых значимых артефактов нашего времени.

Мой ответ вызвал удивленный взгляд куратора, привыкшего к моей стеснительности.

А я тем временем думала: мог ли профессор Лазарус быть тем, кто помогал Люсиль? Трудно представить, чтобы такой могущественный человек ждал её раз в неделю по ночам в коридоре. Но он был единственным, кто исчез и покинул страну после моего диплома.

Если это он помогал Люсиль, у меня могут быть серьёзные проблемы.

— Профессор Диксон поделился своими мыслями о тех схемах и комбинациях, которые вы с ним обсуждали, и я, честно признаться, впечатлён. Скажите, вы ожидаете, что трансформация и отдача потока без потери энергии возможны?

Как ловко он задаёт вопросы, обходя тему моей дипломной работы, чтобы я не нарушила соглашений и не получила откат за нарушение договора. Но я всё равно не собиралась отвечать.

Могло ли быть, что Люсиль заметила небольшие изменения в артефакте и теперь профессор Лазарус, если он действительно помогает моей «подруге», пытается узнать больше? Это объяснило бы его неожиданное появление здесь.

— По контракту я не могу обсуждать свою дипломную работу, — спокойно ответила я профессору Лазарусу, не спуская с него подозрительного взгляда.

Он внезапно жестко усмехнулся, но кивнул.

Я не успела узнать, что ещё он собирался сказать, как в комнату постучались и вошёл мастер Мэдлин.

— Извините, профессор Лазарус, профессор Диксон. Я должен забрать студентку, срочное назначение.

Мастер Мэдлин отвёл меня сразу к портальной комнате, а не в ту, где обычно проходило совещание перед полевым выездом. Вся ситуация была неожиданной, нам редко назначали более одного выезда в две недели.

Ещё больше я удивилась, когда в портальной комнате кроме меня и Себастьяна Торна никого не оказалось.

— Чрезвычайная ситуация, разрыв на границе с Моранарой, — коротко проинформировал меня командир, а я мысленно присвистнула.

Моранара являлась одним из районов Ардона, практически городом в городе, где проживали аристократы и просто очень богатые люди. Там жили и Фуллагары, и Ашвеллы, и даже профессор Лазарус в будущем, после возвращения, приобрёл дом на самой границе Моранары.

Но одновременно с этим Моранара являлась одним из самых защищённых регионов, с множеством «куполов». Там также обитали высокоуровневые маги и аристократы, многие из которых были стихийниками и сами умели уничтожать тени, пройдя обязательный курс по безопасности.

— А где все? — спросила я командира, не понимая, почему мы отправляемся туда вдвоём.

— Код оранжевый. Все вопросы потом, Айви, — пронзительно взглянул на меня Себастьян Торн, и я сразу же по-деловому кивнула и начала собираться, хотя сердце тревожно забилось.

«Код оранжевый» означал, что это не учения. Это значило, что у ликвидаторов, находившихся там, возникли серьёзные проблемы, и они вынуждены были искать дополнительную помощь у тех отрядов, которые были на отдыхе. По какой-то причине они не смогли найти артефактора, кроме меня.

Оранжевый код также означал, что я должна подчиняться приказам и не задавать вопросов, пока ситуация не улучшится.

Я сильно волновалась — что бы сейчас ни происходило, это сильно отличалось от наших почти тренировочных выездов, где мы работали над куполами в присутствии большого количества других артефакторов и стихийников. Теперь я шла одна, заменяя настоящего, профессионального ликвидатора.

Когда мы вышли из портала, я сразу поняла серьёзность ситуации. Моранара, вытянувшаяся вдоль линии побережья, была охвачена хаосом: повсюду раздавались крики, и множество домов было в огне.

Часть Моранары, отрезанная огнём, была небольшой, скрывая за собой всего несколько особняков. С другой, восточной стороны, мелькали зелёные и синие плащи, но я не знала, находился ли кто-нибудь из ликвидаторов за стеной огня, отделённой от нас. Артефакторы заряжали купола, а рядом с ними стихийники уничтожали тени, которых оказалось неожиданно много.

Некоторые тени прорвались сквозь купола и оказались недалеко от особняков на востоке района. Я слышала хаотичные крики людей и видела метания зелёных плащей. Ситуация сильно отличалась от привычной, когда всё было под контролем: обычно мы уничтожали только те тени, которые уже были пойманы куполами, а гражданские наблюдали за нами в спокойной обстановке.

Я попыталась вспомнить, что тогда произошло в Моранаре, но ничего значимого в памяти не всплывало. В то время я готовилась к диплому, не обращая внимания на аристократов и не читая газет. Даже если здесь были пострадавшие, их было недостаточно, чтобы это запомнилось.

— Себастьян, Бета-пять, с прибытием. Западная часть поселка отрезана, концентрация теней на восточной стороне слишком высокая, купола почти пустые. Ситуация на