Невеста пепельного принца (СИ) - Светлая Ксения

Сейчас мы находились в небольшом зале, из которого вели несколько дверей и лестница наверх. Так же тут стоял столик с необычными бутонами мятного цвета, и широкий светлый диван, на котором и решил вальяжно устроиться Варден. Хмыкнув своим мыслям, он кивнул мне, чтобы я садилась рядом. Вокруг никого не было, но помещение явно было проходным. Хотя, какая мне разница? Это же не я свои секреты собираюсь открывать.

Нехотя я всё-таки присела на краешек дивана, как можно дальше от мужчины.

Варден прикрыл глаза, блаженно потянулся, и наконец повернул голову в мою сторону.

— Попробую объяснить кратко и доходчиво. Я — Варден эрх Ханн. Принц Империи Пепла. — вот тут мне чуточку поплохело. И даже взглянула я на невольного жениха другими глазами. Принц же — это сын короля? Значит, будущий король. Значит, власть имеет соответствующую статусу. Беги не беги, достанут хоть из-под земли. — Та девушка, которую мы встретили — Элион, сестра Валийны. Они обе — дочери барона, чьё имя тебе вряд ли что-то скажет. Он мой казначей. Ты сорвала очень выгодную помолвку. Но, к твоему счастью, ты обладаешь магией флёр, которая будет для меня очень кстати. Поэтому пока ты помогаешь мне, ты остаёшься в живых и жизнь твоя проходит в по-королевски комфортных условиях. Как только перестаёшь… — почему на этих словах Вар так загадочно улыбается? Неужели ему доставляет удовольствие мысль о том, что он может просто взять и убить кого-то? Это против всех человеческих прав!

— Что это за место? — мне не стало легче от его ответов, только тревога всё сильнее заполняла сердце. Хотелось бежать, но я как никогда хорошо понимала, что теперь это бесполезно. Попробовать то можно, но рисковать жизнью ради крохотного шанса где-нибудь скрыться? Нет уж, спасибо. Я с первого раза до сих пор не пришла в себя.

— Наш дворец. — размеренно протянул Вар.

— Наш?

— Ну ты же моя невеста.

— Спасибо, что не жена. — не знаю зачем я это сказала, но получилось так пренебрежительно и обиженно, что спокойное лицо мужчины дрогнуло в удивлении.

— Это не на долго. — снова эта улыбка… У меня от неё мурашки по всему телу. А он ещё и скалится своими белыми зубами со слишком большим количеством клыков. Надеюсь, кровью жених не питается.

Вспомнив о еде, я почувствовала ноющий голод, вслед за чем последовал ужасно некрасивый звук бурчащего желудка. Принц хмыкнул, и встал с дивана, галантно протянув мне руку. Со смесью тоски и страха, я вложила пальцы в теперь уже горячую ладонь мужчины, отчего ток пробежался от самого запястья и до плеча, свернувшись там колючим комком. Мне стало не по себе. Что ещё за фокусы?

Нечаянно взглянув на лицо Вардена, я заметила, как он нервно сглотнул слюну. Я дёрнулась, но мою руку из захвата он так и не выпустил, сжав непозволительно крепко. Того и гляди переломает пальцы, как прутики. И куда делось его холодное равнодушие?

Дальше последовало что-то невообразимое. Меня беспардонно вздёрнули на ноги, и почти волоком потащили в ближайшую дверь, за которой оказалась небольшая спальная комната. Такая же роскошная, как и весь дворец. Но при этом сравнительно пустая.

— Что ты делаешь!? — крикнула я, падая на кровать от сильного толчка. Стоило принять сидячее положение, как майку на мне рванули с такой силой, что ткань жалобно тренькнула и лоскутами осталась в мощной мужской руке. Он будет меня насиловать!?

Я закричала, и Варден отшатнулся от меня, как от прокажённой, вписавшись спиной в платяной шкаф у стены. Но смотрел жених не на моё искажённое ужасом жертвы лицо, а на оголённое плечо. Спустя секунду и я сообразила глянуть туда, после чего ощутила ещё больший прилив страха и непонимания.

На плече пульсировала отлитая металлом татуировка, спиралью закручиваясь к сердцу, и распуская витиеватые щупальца по руке. В зеркальной поверхности то и дело вспыхивали огненные искры, какие бывают, когда кузнец бьёт молотом по мечу. Всем телом ощутила панику, облившую меня ледяной водой.

— О господи, что это? — губы едва шевелились, язык почти не слушался.

— Метка истинной пары. — а вот голос мужчины звучал громко, чётко, и почти свирепо. Может он и не хотел делиться со мной такой информацией, но сам, кажется, пребывал в не меньшем замешательстве, чем я.

— Что это зна… — договорить я не успела, так как женишок пулей вылетел из комнаты, напоследок так громыхнув дверью, что у меня заложило уши. — …чит. — приехали.

Прекрасно! Просто замечательно!

Не знаю теперь что лучше: если бы он просто хотел меня изнасиловать, или произошедшее. Какое-то шестое чувство подсказывает, что Варден абсолютно и полностью не в восторге от этой «метки». Ещё больше, чем тогда в храме от одобрения каким-то Изначальным. Не изменит ли данный факт его планов на мою комфортную королевскую жизнь при условии сотрудничества, о котором он твердил? Нет, конечно, я не то, чтобы была рада тому варианту, но всяко лучше, чем предложенная альтернатива.

Вот сейчас, в принципе, можно попытаться сбежать. На окнах нет решёток…

А на мне одежды.

Потрясающе!

Да что ж за дела такие творятся? Можно я здесь в подушку порыдаю? Никто же не обидится на невесту принца за то, что она пачкает соплями чужое имущество? Должны же быть и у меня хоть какие-то поблажки в этом чуждом и диком мире.

В итоге я просто легла на кровать, в прострации пялясь в потолок. Красивый, в горельефах, очень высокий. Всё больше ощущаю реальность происходящего, в одиночестве и относительном спокойствии. Интересно, что будет дальше? И что это за флёр, о котором говорит Варден? Помню, как на площади мне запретили смотреть в глаза. Почему же сам принц не опасается моей редкой способности? Она на него не действует? Какая же это всё безнадёга!

Я впилась пальцами в грязные лохматые волосы и тихонечко взвыла. Страх ушёл, осталось лишь сокрушаться о собственной беспомощности и невезучести. И о тяжкой судьбе обычной студентки, которой я была ещё пару часов назад.

Пожалев себя ещё минут двадцать, горестно поскулив и искусав все губы, я наконец собралась с силами. Кажется, мне предстоит так или иначе тут освоиться и запастись терпением. Почему-то слабо верится, что я смогу попасть домой. В таком случае, всё что мне остаётся — адаптироваться, изучить правила игры и местные порядки. Тогда шансы на выживание и хороший исход значительно повысятся. А ещё было бы неплохо разобраться, на что именно способен мой «флёр». Быть может, он станет неплохим подспорьем. Быть чьей-то марионеткой всю жизнь? Нет уж, извольте.

Метка, тем временем, перестала колоться, и простой серебряной краской покрывала плечо и предплечье. На ощупь она была такой же, как кожа. Ничего необычного кроме мерцающих рыжих искр. Выглядит симпатично, хоть и явно не к добру.

Я села на кровати, с сожалением стягивая с себя изуродованные останки майки с длинным рукавом. Она служила мне верой и правдой целых три года. И менять я её пока не собиралась. Будет время — зашью. Хоть какая-то память о родном мире. Не считая нижней части одежды.

Время шло, никто не приходил. Я успела сообразить обмотаться простынёй, как древнегреческой хламидой. Получилось даже ничего так. Постельное бельё здесь было то ли из шёлка, то ли из похожего, но очень дорогого и красочного материала. По итогу вернувшегося наконец Вардена я встречала вся в алом, как раз под цвет мерцаний на татуировке.

Не здороваясь, мужчина кинул в меня какой-то тряпкой и мешком с чем-то тяжёлым. По виду женишок явно был не в духе. Взъерошенный, раздражённый. После чего всё с тем же грохотом вышел вон.

На поверку, тряпка оказалась приличным платьем. Даже лучше моей простыни. Лишь на мгновение, но у меня закралась гаденькая мыслишка в отместку остаться в простыне. Правда, кто даст гарантию, что её с меня не сорвут подобно майке? Платье из плотной ткани уж всяко понадёжнее. Кстати, оно тоже было красным. Не скажу, что я очень люблю этот цвет, но мне он, наверное, к лицу. В своей нормальной жизни я одевалась как придётся, в основном по-спортивному.