Спрятанная - Кристин Каст

— Я уже сделала! — ответил незнакомый голос. Ленобия, вгляделась сквозь дым и пламя, и увидела бегущую к ней недолетку, которая вела за собой крайне испуганную гнедую кобылу.

— Все хорошо, Дива, — Ленобия, автоматически начала успокаивать лошадь, забирая у девочки уздечку. Кобыла успокоилась, почувствовав ее прикосновение, и Ленобия отцепила поводья, ободряя ее пуститься галопом сквозь ближайший дверной проем, вслед другим спасающимся лошадям. Она подтолкнула девушку следом за ней, подальше от нарастающего жара, спрашивая:

— Как много еще лошадей… — слова Ленобии оборвались, как только она увидела, что полумесяц на девичьем лбу был красный.

— Я думаю, почти никого. — Рука красной недолетки дрожала, вытирая пот и сажу с лица, когда она, задыхаясь, проговорила: — Я-я схватила Диву, потому что она всегда мне нравилась и подумала, что она могла бы меня вспомнить. Но она была напугана. Очень напугана.

И тогда Ленобия узнала ее — это была Николь. У нее была способность к верховой езде и естественная посадка, до того как она умерла, а затем воскресла и присоединилась к банде Далласа. Но на расспросы не было времени. Не было времени ни на что другое, кроме как на то, чтобы убедиться что лошади и Тревис в безопасности.

— Ты отлично справилась, Николь. Сможешь вернуться обратно?

— Да, — Николь нервно кивнула. — Не хочу, чтобы они сгорели. Я сделаю все, что вы мне скажете.

Ленобия положила руку на плечо девушки.

— Мне нужно, чтобы ты просто открывала стойла и отбегала в сторону. Я проведу их в безопасное место.

— О’кей, хорошо. Я справлюсь, — кивнула Николь. Ее голос звучал напугано, казалось, что ей не хватает воздуха, но девушка без колебаний последовала за Ленобией, и они вбежали в горячий водоворот конюшни.

— Тревис! — Ленобия закашлялась, пытаясь разглядеть его сквозь уплотняющуюся завесу дыма. — Вы слышите меня?

Сквозь треск пламени, был слышен его крик:

— Да! Я вернулся сюда. Придерживаю стойла.

— Откройте их! — Ленобия не давала панике овладеть ею. — Откройте их все! Я призову лошадей к себе, в безопасное место. Я могу вывести их отсюда. Следуйте за ними. Я могу всех вас вывести отсюда!

— Открыл! — минуту спустя прокричал Тревис сквозь завесу дыма и жара.

— Эти тоже все открыты! — прокричала Николь уже гораздо ближе.

— Теперь следуйте за лошадьми и выходите из конюшен! Вы оба! — прокричала Ленобия перед тем, как направиться подальше от огня к двойным входным дверям, которые она оставила широко раскрытыми. Стоя в проходе, она подняла руки, направив ладони к огню, представляя, что берет энергию из Потустороннего мира и волшебной обители Никс. Ленобия раскрыла свое сердце, свою душу и дар, данный ей Богиней, и прокричала:

— Идите мои прекрасные дочери и сыновья! Следуйте за моим голосом, моей любовью и жизнью!

Казалось, что лошади появились из пламени и чернильного дыма. Их страх был настолько осязаемым, что для Ленобии он стал практически живым существом. Она понимала этот ужас пламени, пожара и смерти, и передавала лошадям, проносившемся мимо нее к школьным лужайкам, силу и спокойствие через свой дар -

Красная недолетка, пошатывая и кашляя, шла за ними.

— Вот и все. Это все лошади, — сказала она, падая на траву.

Ленобия быстро кивнула Николь. Ее эмоции были сконцентрированы на возбужденном табуне за ее спиной, а ее взгляд был направлен в густой дым и пламя, из которого так и не вышел Тревис.

— Тревис! — закричала она.

Ответа не последовало.

— Огонь быстро распространяется, — сказала все еще кашляющая недолетка. — Он, скорее всего, мертв.

— Нет, — твердо ответила Ленобия. — Не в этот раз. — Она повернулась, посмотрев на табун, и громко позвала любимую черную кобылу: — Муджаджи!

Лошадь громко заржала и побежала к ней навстречу. Ленобия подняла руку, останавливая ее:

— Тише, успокойся, любимая. Присмотри за остальными. Поделись с ними своими силами и спокойствием, а также моей любовью.

Неохотно, но послушно, кобыла начала двигаться вокруг испуганных лошадей, удерживая их вместе. Удовлетворенная Ленобия отвернулась, сделала два глубоких вдоха, и устремилась к входу горящей конюшни.

Жара была невыносимая. Дым был таким плотным, как если бы ты вдохнул кипящую жидкость. На мгновение, Ленобии будто вернулась в ту страшную ночь в Новом Орлеане, в такой же горящий амбар. Толстые шрамы, бороздящие ее спину, вспыхнули от той давно прошедшей боли, что осталась только в памяти, и на мгновенье паника взяла верх, возвращая ее в прошлое.

Вдруг она услышала кашель, и встрепенувшаяся надежда, подавила панику, позволив собрать свою силу и волю в кулак и преодолеть страх.

— Тревис! Я не вижу вас! — закричала она, наспех отрывая низ от подола своей ночной сорочки, и окуная лоскут ткани в воду в ближайшем корыте.

— Уходите… отсюда… — ответил он, заходясь кашлем

— Черта с два! Однажды, я уже видела, как из-за меня человек погиб в огне. Мне это не понравилось, — Ленобия накинула смоченный кусок ткани на себя как капюшон и двинулась дальше в дым и жар, ориентируясь по кашлю Тревиса.

Она нашла его рядом с открытым стойлом. Видимо он упал и пытался подняться, но смог только встать на колени, согнувшись от удушающего приступа кашля. Ленобия не колебалась. Она вошла в стойло и снова окунула оторванную ткань в поилку.

— Какого…? — сказал Трэвис перед очередным приступом кашля — Нет! Выбирайтесь отсю…

— Нет времени на споры. Просто ложись. — Он начал медленно вставать, поэтому она ударила по его коленям. Ворча, Тревис упал на спину, и она провела мокрой тканью по его лицу и груди. — Да, вот так. Хорошо, — контролировала Ленобия, снова подходя к поилке и сбрызгивая водой свое лицо и волосы. Затем, прежде чем он мог успеть возразить или помешать, она схватила ноги Тревиса и потянула.

Должен ли он быть таким большим и тяжелым? Сознание Ленобии затуманивалось. Пламя ревело вокруг нее, и она была почти уверена, что чувствует запах горящих волос. Что ж, Мартин был большим, даже слишком… Потом ее разум отключился. Это было так, словно ее тело двигалось автоматически, никем не управляемым, кроме примитивной потребности продолжать оттаскивать этого человека от опасности.

— Это она! Это Ленобия! — Она почувствовала сильные руки, которые пытались забрать ее ношу. Ленобия сражалась. “Смерть не возьмет верх на этот раз! Не в этот раз!”

— Профессор Ленобия, все в порядке. Вы справились.

Она заметила, что воздух вокруг стал прохладен, и ее разум смог осознать что произошло. Она судорожно вздохнула, вдыхая чистый воздух и откашливая жар и дым, пока мягкие руки усаживали ее на траву и одевали кислородную маску, закрывая ее нос и рот, через которые, еще более сладостный, воздух заструился в ее легкие. Она втягивала кислород, окончательно приходя в сознание.