Случайности не случайны - Екатерина Котова

молча стала развязывать узел его халата. Он не противился, ему явно хотелось, чтобы я продолжила. Об этом свидетельствовала и возбужденная плоть, и глаза с расширившимися зрачками. Я обошла его, легко касаясь ногтями упругой кожи груди, плечей, спины. Его дыхание стало глубже. Он перехватил инициативу, когда я сделала круг. И просто приблизился, склонился, бережно, касаясь моих губ, нажимая на педаль напора, когда деликатность переходит в почти грубость. Язык проник внутрь, лаская, обводя контур моего. Рука оттянула волосы, заставляя запрокинуть голову. Губы очертили линию шеи, ключицы. Медленным движением спустил халат до пояса, забыв развязать узел. От его касаний учащалось дыхание, даже без начала акта. Просто прилюдия, но какая! Тягучая, желанная, обжигающая взглядом, языком, кончиками пальцев.

В какой-то момент он отстранился, просто рассматривая меня и я осознала себя на кровати.

— Что-то не так? — внезапно разрезала я тишину. И почти испугалась, что он передумал, хотя тело говорило об обратно. Но он смотрел. Просто смотрел синими глазами, которые выворачивали душу наизнанку, заставляя испытывать желание.

— Ты хороша. Он просто слепец. — сказал он и медленно обрисовал рукой мою грудь, поцеловал навершия. Втянул губами сосок. Проложил дорожку из поцелуев вниз, заставив выгнуться.

Единый. Дай мне сил выдержать это испытание. Вэйн оказался красивым, чувственным любовником. Никуда не спешащим. Уверенным, что возьмет свое. Это был секс-наслаждение, секс-забытие. Пожалуй, Кейтлин была права. Одна история чувств и ощущений заменяет другую. Но вот надолго ли?

Глава 2

Деликатный стук странно разрывал пелену абсолютно крепкого сновидения без сна. А затем скрип двери окончательно заставил меня открыть глаза.

— Господин Вэйн…

В комнату вошёл мужчина в строгом костюме в серую клетку и ежедневником в руках. Настрой его был явно деловым, но он хлопнул глазами и открыл рот, осекшись увидев девицу с всклокоченными волосами и быстро закрыл дверь с той стороны. Пробормотав что-то вроде «простите». Спешные шаги я слышала даже за закрытым полотном двери.

Как ни странно любовник не проснулся, а со вселенским умиротворением на лице досматривал очередной сон. Почему-то чувство стыда накатило именно в эту самую секунду, когда я поняла, что он даже не знает моего имени! Мы просто упустили этот важный нюанс и болтали обо всем на свете. Хотя, возможно, он и не думал его узнавать, а сразу понял, что к чему. Зачем знать имя девушки, которую больше никогда не встретишь?

Я аккуратно освободилась от рук мужчины и, забрав одежду, вышла в общую гостиную огромного номера. А когда споткнулась глазами о часы, то запрыгнула в узкое платье с немыслимой скоростью. Бирку оторвала по дороге и только скача по коридору, я поняла, что сжимаю в руке ценник, на котором значилась трехзначная сумма и эмблема модного дома Леман. Я было открыла рот, чтобы разразиться бранной тирадой, но, увидев время еще раз, запихнула в сумочку шокофакт и поскакала в сторону офиса, ловя первого попавшегося извозчика. Я опаздывала!!!

— Господи, господи, господи. — в сердцах повторяла я и ахала от осознания свершившегося произвола с моей стороны.

— Вам плохо? — неожиданно спросил усатый извозчик, решив, что дамочка бьется в припадке и уже изволит обращаться ко Всевышнему.

— Мне. Хорошо. — остановила я наконец свои душевные терзания и перестала бормотать, что все это не так аморально, как могло бы показаться со стороны. Просто случайный секс. Ну с кем не бывает? К тому же КАКОЙ! От этой мысли щеки почему-то предательски заалели и в старинный особняк «Смит и сыновья» я входила с щедрым румянцем.

— Привет, Рия! Вот твои документы! И у меня только внесенные правки! Еще мне нужны твои подписи! — дружелюбно поздоровалась Линет — главный секретарь фирмы, передавая мне бумаги, и зацокала каблуками в унисон со мной. — Сегодня все стоят на ушах. Хорошо, что господин Хант и мистер Грин опаздывают. — прошептала она мне, когда мимо пронеслись клерки с кипой отчетов. Госпожа Фитс всегда гоняла подчиненных, когда приезжала проверка или важные партнеры мистера Смита.

Мы быстро шли по коридору, я спешно читала внесенные правки Линет в так называемую «повестку дня». Что ж развлекать их буду недолго, пробегала глазами список мероприятий. И сверилась со своим ежедневником, отмечая, куда должна внести коррективы.

Хорошо, что делегация приехала всего на пару дней. Нашу компанию давно хочет поглотить огромная корпорация «Хант глобал». Одно из направлений у них просело и они ищут нового исполнителя, который будет им таскать мешки с золотом в господскую казну.

— Надеюсь, что мы отстоим собственную честь. — шепнула мне Линет, когда я подписала на лету несколько бумаг. — Платье — отпад. — сделала она комплимент и, пожелав удачи, зацокала по коридору на свой пост.

Толкнув дверь, я очутилась в переговорной, где уже сидел мой начальник — Алистер Смит и его старший сын Говард Смит, юрист, бухгалтер и старший специалист по магическим животным Эванс. Мы с ним хорошо ладили, он был легкий и проходил ту же академию, что и я с поправкой на ветеринарию, а я с упором на менеджмент.

— Решили вылететь с работы, Рия? — зацепил меня младший Смит.

— И вам, доброе утро, мистер Говард. — вежливо улыбнулась я, здороваясь со всеми и, усаживаясь рядом с Алистером. К слову, я опоздала на пять минут. Но даже сам мистер Смит не опускается до такой мелочи, чтобы отчитывать меня за триста секунд. А вот его сын мог. Иногда мне казалось, что Говард цепляется ко мне по любому поводу. Даже когда его нет. Хорошо, что по факту меня нанимал его отец, и работаю я напрямую с ним.

— Рия, вы подготовили отчеты по общей стратегии? — сразу заговорил о деле мистер Алистер.

— Конечно, я сделала четыре копии. — одну его сыну, одну главе и две мистеру Ханту и его коллеге.

— Предусмотрительно. — одобрил Алистер и пробежался глазами по таблице, что я вынесла на первую страницу.

Дверь открылась и мы дружно встали, встречая гостей. Но когда я наткнулась глазами на утреннего типа, что вломился в спальню, я чуть было ни села. Мужчина в клетчатом костюме и очках был тот же самый! И меня закололо предчувствие неминуемой беды в ту же секунду.