Таракашка (СИ) - "Липа-малина"

Варя не стала брать рюкзак, сунула мобильник в карман и проверила несколько раз, что застегнула его. Погода стояла отличная, хотя солнце уже приближалось к скорому закату. Ночью землю присыпало снегом и он красиво поблёскивал, отражая розовые лучи. Позвякивая десятью рублями в кармане, Варя направилась в магазин. Не считая ларьков, он был чуть ли не единственным на весь посёлок. Там продавалось самое вкусное печенье, которое называлось просто и логично: «К кофе».

— Гении маркетинга, — шепнула Варя сама себе и улыбнулась. Эту фразу обычно говорит папа, когда видит забавные названия продуктов.

Идти было далеко, приходилось петлять между домиками, но Шиляева хорошо помнила дорогу. Она ходила в этот магазин только один раз, но неплохая память позволила запечатлеть путь до мелочей.

«‎Направо сейчас за табачкой»

Воспоминания вчерашнего вечера заставили Варю остановиться. За ларьком с большой вывеской «‎Табак» были гаражи. Она ясно это помнила — вот сейчас пара шагов и увидит… При дневном свете смелости оказалось больше. Рыженькая преодолела эти пару метров и заглянула за угол. Вот он — стройный парад трухлявых железных коробок. Коричневый, серый, зеленый…

— А где… — Варя произнесла вопрос беззвучно, лишь шевеля губами, — Где чёрный?

Девочка в непонятках прошла вдоль ряда жестяных дверей, внимательно их рассматривая. Вот на этом месте вчера стоял чёрный гараж, который поселил беспокойство у неё в груди. Варя топталась на месте, пытаясь понять. Нет даже следов, его не снесли за утро, его просто здесь и не было! Шиляевой это очень не понравилось. Накаляющее чувство волнения вновь стало возрастать внутри, словно растекаясь по венам. Она рассматривала снег под ногами, надеясь найти доказательство того, что гараж просто разобрали за это короткое время.

«В темноте что угодно могло померещиться…» — попыталась убедить себя Варя, хотя воспоминания были очень чёткими.

Тут справа что-то громко хрустнуло. Варя дрогнула и шагнула назад, судорожно оглядываясь. Она знала, что за гаражами могут прятаться бомжи или маньяки. Раздался ещё один хруст. А за ним — кто-то словно кулаком со всей силы ударил по железной пластине. Раздался металлический грохот и Варя рванула назад. Мимо, как в быстрой перемотке, проносились квадратные кирпичи гаражей.

— Ай! — Шиляева споткнулась обо что-то твёрдое. Потеряв равновесие, девочка упала, сильно ударившись коленкой. Внезапно возникший из ниоткуда силуэт навис над Варей, схватил за капюшон и оторвал её от земли.

— Как ты ёбу дала, ха-ха-ха! — голос похожий на скрежет заставил девочку сморщиться, — Видела бы свой перекошенный ебальник!

Бабурин грубо поставил Шиляеву на ноги и толкнул за ближайший гараж подальше от любопытных глаз. Девочка огляделась — пути отступления не было, два гаража, за которыми она оказалась, плотно подпирали бетонный забор позади.

— Чего тебе? — Варя не сдвинулась с места, она хмурилась, сверля Семёна холодным взглядом серых глаз.

— Отобрала у меня новую вещицу, — жирдяй сделал шаг вперёд, — Ещё и при пацанах, — и ещё один шаг. Прыщи на его безобразном лице стали будто набухать от злобы.

— Да на кой черт тебе сдался мой шарф?

— Что упало, то пропало, уясни уже, тупица! — Бабурин остановился в десятке сантиметров и Варя едва сдержалась, чтобы не отступить назад. Нельзя — или Семён почует страх, как дикое животное, — Но ты права, нахуя мне бабское дерьмо? Чё у тебя в карманах? Выворачивай давай, мандавошка! Или вздёрну тебя на твоём же ссаном шарфе.

Варя замерла. От страха всё тело парализовало. А Семён упивался этой картиной, наслаждался каждой секундой напряжения в лице девочки.

— Не тупи!

В карманах десять рублей и мобильник. Если Бабурин узнает про второе, то обязательно отберёт. Варя выдохнула и расстегнула куртку, делая вид, что шарится в поисках внутренних карманов.

— Повезло тебе, Бабурин. С такой рожей отжимать вещи у таракашек легко, правда?

Семёна перекосило от гнева, а Варя продолжала медленно изучать свою куртку.

— Мне папа как раз двести рублей дал, — Варя заметила, как хулиган внимательно прислушался, — Кто сильнее — тому и деньги, да? Грубить необязательно, я сама всё отдам.

Девочка почувствовала, как Семён замешкался. Наверное, жертвы с ним так нежно ещё не разговаривали. Ещё несколько затянутых секунд… И Варя молниеносным рывком нырнула под руку Семёна и бросилась к щели между гаражами, чтобы вырваться на свободу! Но не успела.

Бабурину хватило секунды, чтобы просто протянуть лапищу и схватить беглянку за капюшон. Вновь оторвав девочку от земли, он поднял её близко-близко к своей прыщавой морде:

— Ах ты рыжая мелкая сука! — Семён загоготал, наблюдая за беспомощным барахтаньем Вари, — Думала самая умная? Не захотела по-хорошему, будет по-плохому.

Сжимая Варю одной рукой, Бабурин поднял с земли камень. Он занёс ладонь-лопату с булыжником над головой девочки.

«‎Дать в глаз! Дать в глаз!» — куда там, даже не дотянуться. Из последних сил девочка замахнулась, готовясь получить ответный удар. И в момент, когда её кулак устремился прямиком в пятак Семёна, всё резко переменилось.

Семён упал, выпустив Варю. Девочка шлёпнулась на снег и не сильно ударилась затылком о железный бок ближайшего гаража.

— На бабу замахнулся, гнида! — Ромка вытолкнул Бабурина из-за гаражей на улицу. Бяша уже стоял наготове. Поймав Семёна за ворот, узкоглазый потащил тушу двумя руками по земле. Девочка успела заметить наливающийся кровью фингал под глазом жирдяя.

— Как паскуда, на!

— Да я… Я… — залепетал Бабурин, подняв растерянные глаза на Рому, когда, когда тот подошёл вплотную.

— Я-я! — перекривлял его Бяша, — Язык в глотку запал! Вытаскивай, отвецять будешь за проёб, на!

— Вам что, таракана жалко?! — взвыл Семён.

— Говнистый ты, Сёма, — Рома присел на корточки перед провинившимся, — Девок бить — дрянное дело. Беги к бабке своей, пусть полюбуется, — мальчик ткнул пальцем в зреющий фингал на морде хулигана.

Бяша отпустил Бабурина и тот подскочил, отряхивая зад от снега.

— Ещё раз оступишься — почки отобьём. Заебал херню творить.

Бяша пнул слякоть и обдал штанины жирдяя грязью. Натянув свалившуюся ушанку на толстый затылок, Семён сунул руки в карманы и вперился злыми глазёнками на Варю, которая всё ещё сидела в проёме меж гаражей, не решаясь вмешаться. Как только девочка обрела свободу, первой мыслью стало бежать и не оглядываться. Но теперь, когда она разобралась в происходящем, убегать было низко.

— Цё врос? Двигай кеглями, на! — Бяша лягнул Бабурина грязным ботинком в спину.

Семён нехотя развернулся и вскоре тучная фигура скрылась за табачным ларьком. Тогда Ромка повернулся к Варе:

— Вылазь, таракашка.

Девочка поднялась, отряхнулась и подошла к ребятам:

— Спасибо, — тихо произнесла она, пытаясь дрожащими пальцами застегнуть куртку. Руки не слушались, но Шиляева очень старалась сохранять спокойствие.

— Ты зачем к гаражам полезла? Мама с папой не учили их за три мили обходить? — Ромка ловким движением пальцев закинул в рот сигарету и щёлкнул зажигалкой.

— Я просто… Там, вроде, стоял один, — у Вари не было сил на объяснения, — Да неважно.

Пока Ромка курил, Бяша сверлил девочку взглядом из-под капюшона. Он будто долго о чём-то размышлял в молчании и по итоге выдал:

— Не суйся к гаразам, на.

— Да уж теперь не буду.

— Если ещё раз Сёма… Я его отмудохаю, Бяша, клянусь. Руки выверну и в жопу вставлю.

— Как вы оказались рядом? — Шиляева отлично понимала свою удачу. Скорее всего, её тушка лежала бы сейчас без сознания. И никто бы не хватился. Отец, наверное, сейчас вовсю трудится в студии. А у мамы связь слабо ловит, она звонит редко и на домашний.

— Хотели на речку втроём сходить. Уток отстреливать.

— Уток? — не поняла Варя.

— Ага, они там зимуют. Как разбудис — носятся и орут, а мы их из рогаток, на, — Бяша широко улыбнулся, обнажая беззубые дёсна.