Психологическая помощь для неуравновешенных драконов - Дана Яр

Сколько была в отключке, я не знаю, но придя в себя, поняла, что лежу на ледяном полу в храме. Открыв глаза, посмотрела на статую драконобогов. Сквозь трещину в куполе, пробивался мертвенно-бледный свет драконьей луны, разгоняя мрак внутри храма. Я с трудом села, голова была тяжёлой, в глаза будто песка насыпали, а во рту поселилась пустыня. Что случилось? Я потерла лоб. Император! Брачный ритуал! Огляделась. Ни дракона, ни свечей, ни дурацкого неподъемного наряда. Я тупо смотрела на свои коленки, обтянутые темной тканью. Подняла взгляд выше. На мне платье «разведенки». Прикрыла глаза. Думать пока не получалось, в голове была каша, и я никак не могла собрать мысли в кучу.

Сидеть на полу было холодно, я с горем по полам встала на четвереньки и заметила у подножия статуи стопку древних фолиантов. Кряхтя, поднялась и осторожно присела на книги. Упёрлась локтями в колени, так как смена положения, вызвала приступ тошноты и головокружения. Потерла пальцами виски.

Что произошло? Где император? Почему темно? Щекам стало щекотно, я провела по ним пальцами. Слезы?

— Адаран-Эр? — сиплый стон эхом прокатился по залу.

Следом послышался вздох и меня обдало волной теплого воздуха. Я с трудом приподняла голову. Никого.

— Это все было сном? — тихо прошептала я, меня начало трясти от чудовищного осознания.

— Нет. Мы выполняли твое требование, — противный голос ударил по барабанным перепонкам.

— Какое требование? — простонала я.

— Которое ты выдвинула. Ты дракон, мы не можем тебе отказать, но чтобы выполнить его, пришлось срочно исполнять и все остальные, а это знаешь ли очень сложно, — обиженно сказал вредный голос.

— Нельзя просто влезть в древнюю память, — мягко прошелестел второй, — На то она и древняя, что едина для всех, а при наличии невыполненных требований, что-то поменять в принципе невозможно.

— Но мы сделали все в лучшем виде, — радостно сообщил третий голос, — Когда мы только начинали, наделали много ошибок, теперь все исправили. Идеально.

— Ты думаешь? — обрадовался второй.

— Что там идеального, теперь бардак начнется, попомни мое слово. Они совсем размножаться перестанут, — ворчал первый.

— Глупости. Они и раньше плохо размножались. Драконы в неволе не размножаются, это ещё двенадцать тысяч лет назад понятно было, если бы мы тебя не слушали, — раздражённо сказал третий голос.

— Если бы вы меня не слушали, они бы пожрали всех людей и размножаться было бы не с кем, — буркнул первый.

— Давайте не будем ссориться, — миролюбиво сказал второй, — в то время меры были вынужденными, сейчас другое дело. Надо взять за правило каждые десять тысяч лет пересматривать условия, чтобы не было больше таких промахов. Сейчас мы обошлись малой кровью и жертвами. Все отлично.

— Что отлично⁈ — заорала я, — Что вы сделали? Я… Я… Где мой золотой мальчик? — едва слышно прошептала я.

— Там где и был, сидит в замке занимается глупостями, — едко сказал первый, — Ты же сама хотела от него избавиться, вот радуйся теперь. Метки нет, и он тебя не помнит, сейчас уж точно, а то с этим правом первого, все нервы вымотали. Надо запретить обращаться с требованиями чаще, чем раз в тысячу лет. Замучили со своими бабами. Мотаемся по чужим мирам, будто здесь дел нет.

— Не ворчи. Не так уж и часто в чужие миры ходить приходится. Троих всего за двадцать тысяч лет и тех за раз, — возмутился третий, — к тому же не ты ходил.

— Мне за тебя всю работу одному делать приходилось, — снова заворчал первый, — Пока ты там прохлаждался!

— Ну как же одному? А я? — обиделся второй, — Ты только древнюю память чистил, а мне пришлось реальность держать. Знаешь сколько сил ушло?

— Да такую реальность! Тьфу! Ты из драконов сделал каких-то… Бабочек! Всех люблю, со всеми дружу, — заорал первый.

— Вы не боги, вы чудовища, — прошептала я. Меня трясло. Пока драконобоги выясняли отношения, я сидела, опустив голову, и пыталась удержать свой рассудок. Весь ужас произошедшего обрушился на меня многотонной плитой, раздавил, размазал, погреб под собой все робкие мечты о счастье.

— Я не понимаю, чем ты недовольна? — воскликнул первый, — Стараешься для них… Неблагодарные!

Спорить я не стала. На это нужны силы, а у меня их нет. Подобрав свой саквояж, который валялся тут же, возле статуи, я поплелась к приоткрытой двери. На улице была глубокая тихая зимняя ночь. Звёзды терялись на фоне огрызка драконьего месяца. Медленно переставляя ноги, я спустилась по лестнице и чуть не рассмеялась. У статуи дракона был открыт портал в мою комнату. В носу снова защипало, ноги подкосились, и я рухнула в снег, громко рыдая. Я била кулаками по замёрзшей земле, кричала, захлебываясь рыданиями. В этот момент я ненавидела этот мир с его ущербными недобогами, ненавидела себя за глупость, ненавидела драконов за их идиотское упрямство. Всех ненавидела. У меня было ощущение, что мне сердце вырвали, потоптались по нему и неаккуратно запихнули обратно.

Я лежала в снегу медленно коченея от холода, но мне уже было все равно. Меня нет. Это не моя жизнь. Не мой мир. Не мой дракон. Все, что случилось со мной, лишь насмешка бездушных тварей. Я была пешкой в чужой игре, правила которой мне неизвестны.

Вдруг меня обдало теплым воздухом. Он окружил меня коконом, не позволяя морозу проникнуть внутрь.

— Прости. Это моя вина, — вдруг прошелестел тихий голос, — Я увлекся создавая идеальную реальность, но кроме тебя об этом никто не знает. Ой! Прости. Хочешь я тебе память сотру?

— Себя сотри, ящерица, — еле ворочая языком, выплюнула ядовито.

— Мне правда очень стыдно, я не привык все делать один, немного перестарался. Надо мной все время смеются, я хотел доказать, что могу и один справиться. Что мне сделать, чтобы ты меня простила⁈ — взмолился голос.

— Иди выпей яду.

— Я серьезно, — обиделся голос.

— Я тоже.

— Хочешь я тебя благословением одарю? — заискивающе прошептал голос.

— Что тебе от меня надо? Дай спокойно сдохнуть!

— Не могу. Ты дракон, просто так тебе никто сдохнуть не даст. Мы следим, чтобы популяция по возможности не снижалась, а ты девушка, ты будешь рожать драконов.

На это заявление я только вздохнула. Сами рожайте своих драконов. Меня нет.

— Ну прости-и, — ныл голос.

— Зачем тебе мое прощение? Ты высшая сущность, вам вообще на всех плевать, — скривилась я.

— Не правда! — с жаром возразил голос, — Просто раньше требования всегда озвучивали самцы и чтобы они сильно