Мой магический год: зима и выпечка - Татьяна Терновская

Оказавшись дома, я не смогла скрыть своего хорошего настроения. На все вопросы коротко ответила, что Ричард пригласил меня прогуляться по ярмарке. Слова «свидание» я не произносила, но глядя на моё счастливое лицо, родные и так всё поняли.

— Ну он же старый! — фыркнул Генри.

— Возьмите меня с собой! — тут же стал проситься Сэм.

— Дубина, на такие прогулки взрослые ходят вдвоём, — сказал Генри со знанием дела, хотя и продолжал всем своим видом демонстрировать, насколько ему противна мысль о моём свидании.

— Хорошо, идите вдвоём и меня тоже возьмите! — радостно воскликнул Сэм, не увидев в своём предложении никакого противоречия.

— Ну ты даёшь! — хохотнул Генри, — если ты пойдёшь с ними, то вас будет уже не двое, а трое!

Лицо Сэма вытянулось от удивления, а затем он стал загибать пальчики, считая. Один, два, три. Посмотрев на три загнутых пальчика, Сэм загрустил.

— Хорошо, тогда идите вдвоём, — сказал он.

Я улыбнулась.

— Не расстраивайся! Ярмарка закроется только в понедельник, мы ещё успеем сходить туда вместе, — сказала я и добавила, — и я обязательно принесу тебе какой-нибудь гостинец с прогулки.

Генри посмотрел на меня. На его лице читался немой вопрос: гостинец только для Сэма? Я засмеялась.

— Конечно же, всем троим достанутся гостинцы, — пообещала я.

После этого новость о моей прогулке с Ричардом перестала казаться братьям такой уж противной. Они успокоились и убежали играть на второй этаж. Папа пошёл в сарай за дровами, а мама осталась сидеть на диване с вязанием. Я же покрутилась перед зеркалом, мысленно выбирая наряд для прогулки. Мама, нахмурившись, наблюдала, как я порхаю по дому.

— Значит, идёшь на ярмарку с этим столичным франтом? — спросила она. В её версии наше с Ричардом свидание теряло даже намёк на романтику.

— С королевским юристом, — поправила я, — ну и ещё он мой арендодатель.

Мама перестала постукивать спицами и посмотрела на меня.

— И он сам тебя пригласил? — с подозрением спросила она.

Я замерла и обернулась.

— Да, а что тут такого? — я пожала плечами.

В ответ мама покачала головой, словно только что услышала невероятную глупость.

— Нельзя быть такой наивной, Мирабель, — сказала она.

С каждой секундой мне всё меньше нравился наш разговор.

— Почему ты так говоришь? — спросила я.

Мама нахмурилась.

— Только не надо обижаться, — предупредила она.

— А я и не обижаюсь, просто хочу понять, что ты имеешь в виду, — сказала я.

Мама вздохнула.

— Такие люди, как этот аристократ, смотрят на жизнь иначе, чем мы. Я просто хочу, чтобы ты была осторожна и не слишком увлекалась своими мечтаниями, — сказала мама.

Но её ответ меня не устроил. Мне надоели намёки и хотелось, чтобы она высказалась прямо.

— По-моему, ты с предубеждением относишься к Ричарду, хотя толком его не знаешь, — я скрестила руки на груди.

— Он уже Ричард? — Мама внимательно на меня посмотрела.

Вот чёрт, она меня подловила.

— Я хотела сказать, мистер Миллер, — поправилась я, — он хороший человек. И я не вижу ничего плохого в том, чтобы пойти с ним на встречу.

Я намеренно избегала слова "свидание".

— Ага, хороший, — фыркнула мама, — думаешь, только перед тобой он распушает перья? Этот твой Ричард — богатый аристократ из столицы, такие не связывают свою жизнь с девушками вроде тебя. Им нужна спутница с таким же статусом. А с наивными дурочками они просто развлекаются. Ты вообще уверена, что единственная, кого он приглашает на прогулки?

После этих слов в моё сердце словно вонзились холодные осколки льда.

— Ричард не такой! — воскликнула я, хотя мой бездоказательный протест выглядел по-детски.

Мама снова хмыкнула.

— Как знаешь, моё дело предупредить, — она снова взяла в руки спицы.

Настроение было испорчено. В голове тут же возник рой мрачных мыслей, который безостановочно гудел, не давая сосредоточиться. Чтобы немного проветрить голову, я решила прогуляться по городу.

В нынешнем положении все деньги шли в счёт долга, поэтому я не могла позволить себе купить обновку к свиданию. Но это не означало запрета полюбоваться витринами. Конечно, Колдсленд — далеко не столица. Модные новинки попадают к нам уже после того, как их перестают носить в больших городах.

Я остановилась у ярко освещённой витрины магазина женской одежды. Внутри с помощью магии левитации парило голубое вечернее платье, расшитое бисером. Казалось, словно на нём искрится свежий снег. Красиво. Но Ричард наверняка уже не раз видел девушек в подобных нарядах. Он ведь служит при королевском дворе, ходит на разные балы и приёмы. Вряд ли в Колдсленде нашёлся бы хоть один наряд, способный его удивить. Если не считать, конечно, безумных одеяний нашего режиссёра, но мне совершенно не хотелось шокировать Ричарда в таком смысле.

Я улыбнулась своим мыслям и пошла дальше.

Изменит ли пятничное свидание хоть что-то в наших отношениях? Ведь скоро Ричард должен вернуться в столицу. Смогу ли я убедить его передумать? Или это слишком эгоистично? А может, мама права и в отношении Ричарда ко мне нет ничего особенного? Я вспомнила, что с Джеральдиной Мор он тоже был приветлив. Конечно, Ричард потом объяснил мне, что это была всего лишь вежливость, но могу ли я верить его словам?

На секунду на душе стало так тоскливо, что казалось, свет витрин померк, и все вокруг словно покрасили в серый. Но уже в следующий миг я одёрнула себя. У меня нет никаких оснований сомневаться в словах Ричарда. Разве он когда-нибудь меня обманывал? Нет. Он честный человек и не стал бы поступать со мной так жестоко.

Немного приободрившись, я зашагала дальше.

Зимним вечером на улицах Колдсленда было немноголюдно. Горожане предпочитали сидеть в тёплых, освещённых домах или в кафе. Практически в одиночестве я медленно брела по улицам, разглядывая витрины. С неба падали большие неуклюжие снежинки и с тихим шёпотом ложились на асфальт. Мне нравилась такая погода и спокойное безмолвие родного города.

Я засмотрелась на красивое пальто мятного цвета в витрине, украшенной звездами и еловыми ветвями, и вздрогнула, когда совсем рядом с грохотом открылась дверь. На улицу вывалилась недовольная девушка. Я сразу узнала её по силуэту и длинным рыжим волосам. Джеральдина Мор. Следом за ней вышли её родители. В тот же миг я зачем-то нырнула в подворотню. Мне нет нужды прятаться от них, я же не сделала ничего плохого, но какое-то внутреннее чутьё заставило меня притаиться. Может, и правильно, мне совершенно не хотелось участвовать в очередных разборках.

Сквозь плотную пелену снега до меня донеслись приглушённые голоса.

— Ну почему мне нельзя купить ту шубку? — заныла Джеральдина Мор.

— Она слишком