Единственная во вселенной - Елена Литова

незабываемыми. Тогда что не так?

- Значит, ты не поверила мне, когда я сказал, что ты моя женщина, Аэлита? - пророкотал

голос Кристона, заставляя меня поежиться от противных мурашек по коже. - И не поверила

тогда, когда я назвал тебя своей второй половинкой? Моей айлинэ?

- Я не знаю, что такое "айлинэ", - зачем-то пискнула я.

- И ты наверняка не поверила мне, - продолжил гнуть свое разозленный капитан, - когда

я пообещал забрать тебя в наш дом.

Он наклонил голову, смотря на меня исподлобья, и явно ожидал ответа. Его вид пугал:

взгляд безумный, как тогда, с Вустом, плечи напряжены, руки вытянуты по швам, а пальцы

плотно сжаты в кулаки. Я смогла лишь отрицательно покачать головой. Притом врать не

стала, ответила правду.

Кажется, Джар совсем не ожидал такого исхода, потому что его лицо стало меняться на

глазах. Жесткие черты смягчились, сложившись в выражение непонимания, даже волнения.

Капитан был в растерянности.

- Почему? - уже мягче спросил меня, сокращая дистанцию между нами. - Почему, Лита?

Его огромные ладони легли на мои щеки, и он коснулся своим лбом моего, окончательно

вторгаясь в личное пространство. Ладно, хватит лицемерить самой себе. Мне нравится,

когда он так делает. Когда крадет мой воздух, и мы дышим в унисон. Когда он так близко,

что сердце замирает, а сознание погружается в приятное забытьё. И, бездна поглоти, да! Да,

хочу, чтобы все, что он озвучил, было правдой. Хочу, чтобы он забрал меня с собой, и я стала

для него единственной женщиной. Бездна, я даже готова рвануть за ним на край Вселенной.

Потому что... хочу любить. Безгранично. Безоглядно. Безумно. Хочу не просто доверить, а

полностью отдать этому мужчине свое сердце, душу, тело. Только ему... всю себя, без

остатка. Но... Боюсь. Очень боюсь вновь споткнуться, упасть и беспомощной сломанной

куклой лежать в грязи.

- Боюсь, - шепотом вторила я, чувствуя, как одинокая слеза катится по щеке.

Джар приподнял мое лицо и очень нежно коснулся губами соленой капельки.

- Ты боишься меня?

Это даже больше звучало как утверждение, чем вопрос. И столько горечи было в его

голосе, что мое сердце защемило от дикой печали. Он абсолютно неверно расценил мои

слова, наверняка подумав о своей внешности.

- Нет, - уверенно ответила я.

- Да ладно, Лита, это же очевидно, - голос Раджара мгновенно похолодел, а лицо

превратилось в непроницаемую маску. Я понимала, что он делает. Пытается закрыться,

отдалиться. Но не смогла ему позволить сделать это. Вопреки собственным сомнениям

несмело подняла ладонь и очень осторожно прикоснулась к обезображенной стороне лица.

Провела кончиком пальца ото лба, вдоль виска, спустилась на щеку и остановилась на уголке

губ. Он не шевелился все это время, пристально всматриваясь в мое лицо. Если он думал

увидеть там отвращение, то очень ошибся.

- Я боюсь не тебя, - твердо повторила, глядя в красные глаза.

- Тогда чего? - тяжело выдохнул он, будто понять меня дано лишь высшему интеллекту.

- Скорее, себя, - попыталась объяснить. - Я знаю, что в наше время стабильные

отношения между мужчиной и женщиной – большая редкость. Пары разбегаются всего через

несколько лет, а о верности вообще не стоит зарекаться. Но я так не могу. Все мое естество

кричит, что так неправильно. Я хочу... - почему-то стало стыдно озвучивать свои глупые

принципы такому властному мужчине, как Джар. Мне казалось, он сейчас рассмеется мне в

лицо и посчитает ненормальной. Но он потребовал продолжить, и я рискнула поделиться

своими тревогами и переживаниями.

- Хочу, чтобы меня любили всегда, всю жизнь. И лишь меня одну. Никаких других

женщин на стороне, никаких измен. И сама готова отдавать всю себя. Знаю, это звучит

нереально. Но у моих бабушки с дедушкой было именно так. Они всегда были для меня

примером идеальной семьи. А вот мои родители за двадцать лет разбегались шесть раз, и это

вовсе не делало меня счастливой. Может быть, это и наивно, но я мечтаю встретить

мужчину, который стал бы мне надежной опорой и защитой. Чтобы прожить с ним

счастливую жизнь, родить ему детей, любить его в болезни и здравии до самой старости, а

потом умереть в один день.

С каждым моим словом на лице Раджара расплывалась улыбка, а на последних словах он

и вовсе рассмеялся. Ну вот... Так и знала, что не поймет.

- Куда? - все еще смеясь, воскликнул он, когда я попыталась выскользнуть из кольца его

рук. - Прости, сладкая, но теперь я точно тебя не отпущу.

Я мгновенно перестала вырываться. Ладно, допустим, он привлек мое внимание этим

своим "сладкая". Но все же...

- Что значит – не отпустишь, Джар? Что вообще значат все твои слова и обещания?

Он изогнул губы в той кривоватой ухмылке, которая заставляет мое сердце биться чаще,

и, нежно поглаживая мои плечи, ответил:

- Проблема в том, что ты ищешь в моих словах скрытый подтекст. Но его там нет: я

говорю лишь то, что действительно собираюсь делать. Я никогда не врал тебе и не хочу

строить наши отношения на лжи. Я хочу твоего полного доверия, когда говорю, что ты лишь

моя. Почему это так сложно для тебя?

Я была переполнена чувствами. Очень разноречивыми, сбивающими с толку чувствами.

Сама не знаю, как убедить себя переступить через собственные страхи, нарушить свои же

правила... Взять и поверить.

- Бездна, мы знакомы всего два дня, Джар! Два!

- И? - беззаботно пожал плечами он. - Я понял, что мы будем вместе, в ту самую секунду,

когда увидел твои прекрасные глаза. Целых два дня я мучаюсь от неразделенной любви. Ты

отдаешь себе отчет, что нарушаешь душевное равновесие своего капитана?

Я сжала губы, чтобы не улыбнуться, потому что не хотела терять нить серьезности этого

разговора. Но через секунду мне вообще не пришлось больше думать. Видимо, капитану

срочно было необходимо возобновить душевное равновесие, как еще объяснить его

внезапный порыв меня поцеловать? Наверное, это стало последней каплей, переполнившей

сосуд. Каплей, которая заставила все чувства, которые я так усердно прятала внутри,

необратимо вырваться наружу.

Не могу сказать точно, в какой именно момент я окончательно сдалась в поединке с

собой. Было ли это от его признания, либо же я просто поняла, что хочу целовать эти губы

всегда... Но когда Джар отстранился, и наши глаза вновь встретились, уже не могла отрицать

очевидное: я влюбилась в капитана. Только в этот раз было такое чувство, что если он