Куратор Тёмного факультета - Екатерина Стрелецкая

и вырубили их.– Что бы ни случилось, установивший их решит, что сами пришли в негодность вследствие моего появления в башне. Тем более, что устанавливал артефакты-приманки Светлый. Давайте быстренько осмотрим башню, уберём труп в подвал и отправимся, наконец-то спать.– Не возражаю.Всё оказалось не так плохо, как я думала. Да, большая часть помещений была завалена различным хламом, но главное, что стены, полы, крыша и лесницы были в полном порядке. Остальное – ерунда.Поселив в подвал нашего "тихого жильца", Гленарван запер башню и снова наложил защитные заклинания. На всякий случай, мы оба оставили по периметру сигнальные маячки, чтобы избежать новых сюрпризов.Несмотря на все мои уговоры и заверения, что до преподавательского корпуса доберусь самостоятельно, Гленарван проводил до самых дверей и только дождавшись, когда Фесса выглянет в коридор после условного стука, попрощался, пожелав темнейшей ночи, и ушёл. Как раздевалась, честно говоря, уже не помню. Как заставила себя вылезти из остывающей ванны – тоже. Шмыгая по направлению к спальне, я заметила Фессу, сидящую на корточках и с умилением смотрящую в какую-то коробку, стоящую в углу гостиной. Решив посмотреть, что же там так привлекло её внимание, подошла поближе.– О, никак подарочек от "дружного женского коллектива"?

Глава 36. Шеойл

Фесса кивнула:– Их сегодня много было. И всё под вечер. Салванейскую гадюку и Ферраутскую кобру я отнесла за пределы леса. Ханзайского скорпиона отправила на кухню  последней гостиницы, в которой мы останавливались. Там  как раз их умеют готовить. А вот... Рука не поднялась. Такой милашка. И так на наших похож...Несмотря на то, что Фесса довольно-таки давно являлась духом, и по идее многие вещи уже не должны были её интересовать, я знала, что по родным краям она сильно скучает. Особенно по различным гадам и тварям, коими кишат наши тëмные леса и горы.– Терфоранский ядовитый древесный паук... Действительно миленько. Интересно, какая кафедра разорилась на такой щедрый "подарок"? Гадюку, думаю, "пожертвовали" травники, кобра больше характерна для террариумов целителей. Скорпион... Неужели алхимики "расщедрились"? Дорогое, однако, подношение.Иссиня-чëрный мохнатый "терфоранец" возмущëнно заскрипел, активно шевеля хелицерами, как бы говоря, что самый дорогой и вообще несравненный из всех озвученных даров он сам. Единственный и неповторимый.– Прелесть же! Не правда ли?! Пушистенький... – лицо Фессы озарила счастливая улыбка, когда паук, размером с цветок спелого подсолнуха, шурша сеном, подполз к её ладони и ткнулся передней парой лапок.– Ладно, оставляем. Но его место будет тут. Я – спать. Будить только когда моя кровать загорится. Все остальные причины считать несущественными!Служанка радостно закивала и,  вытащив нового домашнего питомца из коробки, прижала к груди. Судя по поведению членистоногого, насчëт происходящего он не имел ничего против. Терфоранские пауки вообще считаются чуть ли не единственными человекоориентированными среди своих собратьев. Этакие восьминогие "собачки", способные одной порцией своего яда свалить замертво взрослого девяностокиллограммового мужчину. Естественно, из числа Светлых.***Как вы думаете, кого я утром обнаружила безмятежно спящим на моей груди? Правильно! Того самого "паучочка", которого разрешила Фессе оставить. Приоткрыв правый глаз, посмотрела на распластавшиеся на мне лапки и ряд чëрных блестящих глаз-бусинок.– Уйди. Твоë место в гостиной.Паук недовольно зашуршукал в ответ, но стал сползать.Я с удовольствием потянулась и перевернулась набок. Как раз, чтобы увидеть нахала, вольготно растянувшегося на краю подушки.–Уш-ш-ш-ш-шë-о-ол! Твоë место там! А это моя кровать! И подушки тоже мои! Все!Паук радостно зашевелился и, шустро перебирая лапками, снова заполз на меня, двигаясь к шее.– Ты решил, что тебе подходит это имя?В ответ он царапнул меня обоими коготками хелицер в наключичной ямке, как бы помечая.Я вздохнула:– Что-то тебе, Эми, не везёт в последнее время с посылами: Олли "отправляла-отправляла" –  возвращается. Паука шуганула, а он в итоге посчитал хозяйкой, давшей имя. Мало приключений в Академии, так ещё питомца получи и распишись! Отказные письма не принимаются! Хорошо, что Мар не в курсе, а то он надо мной вечно подтрунивает, что в каждой своей поездке постоянно что-нибудь приобретаю: то друзей, то приключения, то редкие артефакты. На этот раз я побила все рекорды, вляпавшись в Академии во всë, что только можно. Давненько мне так не "везло".Я села на кровати, подставив обе ладони, чтобы паук не шлëпнулся мне на колени. Погладила подушечкой пальца мохнатое брюшко. Никогда не думала, что увижу млеющее членистоногое. Да и вообще, что они могут хоть как-то обозначать свои эмоции.– Раз обстоятельства складываются таким образом, лучше дам тебе нормальное имя. Шеойл.Паук замер, а затем, обхватил крепко своими лапками мои руки на манер рукопожатия._ Вот и прекрасно. А теперь, Шеойл, кыш отсюда! Мне пора привести себя в порядок. Вот Фесса освободится и можешь продолжить её очаровывать.***После того, как служанка помогла одеться и решить вопрос с причёской, я попросила её разузнать, где находятся комнаты профессора Хаттер.  Пока ждала возвращения Фессы, Шеойл самозабвенно копался в моей шкатулке с драгоценностями, уделяя особое внимание почему-то морскому жемчугу. В итоге замотался в многоярусные бусы так, что пришлось его освобождать из перламутрового плена. Но это небольшое фиаско не остановило паука – оказавшись на свободе, он снова полез в мою "миниатюрную сокровищницу", как окрестил когда-то  шкатулку Лекс. Махнув рукой на неугомонного Шеойла, я вытащила на столик все украшения с жемчугом. Едва последнее кольцо упало на импровизированную горку, паук рванул со всех ног к ней и взгромоздился сверху. Его довольный вид напомнил мне одно из старинных изображений дикого дракона, возлежащего на своих золотых запасах. Когда в наш мир проникли леханнаресы, гигантские ящеры пали первыми. Потом сущности переключились на двуипостасных: магов-драконов, магов-саламандр. Что-то этих тварей привлекало в чешуйчатых. Много чего произошло потом. В конце концов, древние предки приняли решение расколоть мир на несколько частей, чтобы снизить частоту прорывов леханнаресов, уберечь двуипостасных. Единственные, кто оказался способным противостоять напасти, оказались Тëмные. Часть наших магов ушла в дальнюю часть мира, была создана Завеса в месте самого большого прорыва леханнаресов в наш мир. Какое-то время ещё удавалось поддерживать связь с остальными частями, но постепенно она прервалась. Интересно, существуют ли до сих пор двуипостасные и потомки наших магов? К сожалению, ответа на этот вопрос нет. В нашей части мира все Тëмные ушли в заброшенные земли возле Завесы, чтобы поддерживать её целостность. С тех пор там и обитаем. Жаль, что Светлые забыли истинные причины Исхода и периодически пытаются "мутить воду". Вернувшись, Фесса доложила, что та уже не только встала, но и полностью готова к выходу, а сейчас пьëт свой утренний кофе и