На краю пропасти - Мисс Найт

Он подошел к двери, а там побежал вперёд, даже не поехав на машине.

Мы остались, молча сидеть на диване, даже не утруждая себя разобрать сумки. Ветер с силой бил в окна, и каждый раз после очередного удара я дергалась и нервно вздыхала, ломая пальцы и кусая губу.

Потрясение, шок, испуг и непреодолимое желание вернуться за Майклом испытывала я, нервно накручивая на палец локон своих волос.

Зачем Роберт его оставил? Хотя, наверно, он ни при чем, ведь это Майкл, судя по всему, сказал бросить его в лесу, но зачем? Что может он, против стаи разъяренных волков?

Молчание длилось ужасно долго, и позже простое потрясение переросло в панический страх. Каждый шорох и каждый скрип, непроизвольный всхлип или даже самое безобидное движение, словно специально стали намного громче, и назло намного чаще происходить.

Прошло минут двадцать, а мы даже не переглянулись. Сидели оба как вкопанные и раздумывали каждый о своём, вот только думаю, что этот случай заставил нас думать об одном и том же…

Когда я всё — таки решила, что лучше разговаривать, чем молчать, моё сердце нервно заколотилось. Я боялась даже пошевелиться, словно меня заметят! Медленно и очень плавно я поворачивала голову в сторону брата, и смогла успокоиться только, когда моё лицо было прямо напротив его профиля.

— Браин, — тихо прошептала я хриплым голосом.

Он никак не отреагировал.

— Браин, — чуть громче повторила я, и взяла его за руку.

Наконец, он повернул на меня своё искаженное от страха и шока лицо. Его глаза были таким пустыми, что казалось, Браин смотрит не на меня, а куда- то вдаль.

— Ты как? — неуверенно спросила я, наблюдая за физиономией брата.

— Я в замешательстве, — тихо объяснил он.

От его объяснение мне ничуть легче не стало, но зато теперь я знала, что он может говорить.

— Знаешь, — неожиданно начал он, — что бы это не было, оно ни к чему хорошему нас не приведет, — пессимистически прошептал он.

Неожиданно громкий удар в дверь, заставил нас подпрыгнуть и испугаться, так что мурашки по коже пробежали.

Я нервно схватила Браина за руку и сжала её как можно сильней.

В дверь опять кто- то стукнул, только, похоже, что это был звук не от руки человека, а от ноги, или удара головой.

— Так, Роберт ведь ничего не сказал по поводу впускать кого- то или нет, — равномерно дыша вспомнила я, — думаю, надо посмотреть кто это…

— Ты что? — недовольно вскрикнул Браин, — тебе жить надоело? — истерично спросил он.

Но я уже медленно поднялась с дивана и маленькими решительными шажками подходила к двери.

— Ты сумасшедшая! — тихо и грозно прошептал брат.

Я медленно и очень осторожно повернула дверную ручку и робко потянула на себя деревянную дверь.

На пороге стоял Роберт, а на его окровавленных руках лежал белый волк, огромных размеров.

Волк был весь в крови, и глаза закрыты, словно он спал.

Роберт быстро прошел в дом, и положил волка на пол, чтобы не испачкать мебель.

— Зачем ты принёс волка? — истерично спросила я, исследуя окровавленное тело волка.

— Сама скоро узнаешь, — впопыхах сказал Роберт, — принеси мокрую тряпку, — скомандовал он.

Я посмотрела на Браина, и подмигнула ему.

Тот неохотно встал и пошёл на кухню.

— Может, объяснишь, что происходит? — настояла я.

Роберт ничего не ответил.

Присев рядом с ним, я посмотрела на загадочного волка. Его тело постепенно поднималось и опускалось от глубоких вдохов и выдохов.

— Он жив, — уверенно сказала я, — и очень похож на волка из моего сна, — неожиданно выпалила я.

— Их твоего сна? — удивленно усмехнулся Роберт.

Я смущенно опустила глаза в пол и слегка покраснела. Надо же было рассказать про это?

— Ну, в общем да, — робко подтвердила я, — сегодня ночью мне…

Я запнулась, увидев, как шерсть только что белого волка начинает менять цвет! Она очень медленно становилась темнее, пока и вовсе не стала серой.

— Но…, — я заикнулась, — но как? — ошарашено спросила я.

Роберт угрюмо нахмурился.

— Дела плохи, — настороженно пробурчал он.

— Что? — не понимая, спросила я.

Неожиданно в комнату вошёл Браин и с особой неохотой кинул мне тряпку.

Вдруг он остановился и удивленно посмотрел на волка.

— Он же только что был белым? — недоумевая, спросил он.

Роберт проигнорировал и его вопрос.

— Он больше не вожак, — грустно сказал он.

Я встрепенулась.

— Роберт? Что за бред ты несешь? — разъяренно прорычала я.

Неожиданно тело волка изогнулось. Его спина неуклюже выгнулась назад, и потом резко вернулась в прежнее положение. Волк весь засветился, словно солнце, и мне пришлось закрыть глаза руками, впрочем, как и всем в этой комнате.

Через пальцы проникал яркий свет, и глаза неприятно жгли. Я зажмурилась настолько сильно, что на глазах проявились слёзы!

— Черт! Что происходит? — зло взвыл Браин.

Неожиданно свет потух, но я не решалась убрать руки с лица, боясь ощутить открытыми глазами такой невыносимый блеск. Убедившись, что свет потух, я тяжело вздохнула.

Медленно убрав руки от глаз, я ещё секунду не раскрывала их, но когда я решилась и приоткрыла глаза, то увидела перед собой окровавленного Майкла. Он еле дышал. Его грудная клетка тяжело поднималась вверх и так же тяжело опускалась, и он испускал тихий стон.

Я испуганно отодвинулась назад широко раскрыв свои глаза.

Когда Браин упал на диван, я не заметила. Моё тело словно приросло к месту, и я внимательно рассматривала тело человека, лежащего передо мной.

— Роберт, — запнулась я, — что это было? — испуганно прошептала я.

— Полнолуния, — загадочно прошептал он.

— Что? — истерично спросила я, смотря на него, как на слабоумного.

— Во всём виновата она. Именно в полнолунию новички могут превратиться первый раз в волка, и именно в полнолунию он может свергнуть вожака стаи и занять его место…

Глава четырнадцатая

Сила воли

— Что? — разъяренно выкрикнула я и зло посмотрела на Роберта.

К Майклу я боялась даже приблизиться. Его окровавленное тело было таким вялым и безжизненным. Роберт аккуратно протирал его лицо и руки, потом стянул с него рубашку, протер спину и живот, которые были полностью в глубоких порезах. Из них просто лилась кровь, и даже когда Роберт с силой прикладывал тряпку, она неистово сильно проступала сквозь ткань и лилась на линолеум.

— Что с ним? — испуганно спросила я.

— Он проиграл, — с горечью в голосе сказал Роберт.