Сияние ангела - Ли Уэзерли

К счастью, его спальня была пуста. Себ упал на кровать и лежал, глядя в потолок. Неделю назад у него был день рождения, ему исполнилось восемнадцать. Себ понял это только на следующий день. Он думал лишь о девочке-полуангеле. Сейчас она была так близко, он мог даже почувствовать ее, хотя в каком-то смысле она была еще дальше, чем когда-либо. Мукой было знать, что она где-то рядом, в этом городе, в нескольких милях от него, но не знать, где именно.

Прямоугольная фотография в рамке лежала в кармане джинсов. Себу не нужно было вытаскивать ее, чтобы вспомнить образ. Он знал его наизусть. Ее душа была с Себом уже много лет. С тех пор как он коснулся ее рубашки, которая источала ее энергию, это чувство усилилось: едва намеченный эскиз превратился в полнокровный образ. Себ посмотрел на темную штукатурку на потолке и зачесал волосы назад. Боже, он любил девушку, с которой ни разу не разговаривал. Но он знал ее от и до.

Чувствовала ли она его также сильно? Любила ли она нее эти годы его тень?

Снаружи заиграла музыка. Себ беспокойно вздохнул, слез с кровати и подошел к балконной двери. Он со скрипом открыл ее и вышел на крошечный кованый балкон. Внизу на улице начали танцевать пары, горели праздничные бумажные фонарики. Себ перегнулся через перила и посмотрел вниз.

Днем у него была цель. В основном он обыскивал Боск-де-Чапультепек, но ходил ив другие парки. Он непрерывно сканировал местность и не позволял себе пи на секунду поверить, что он не найдет девушку. Это в другие, спокойные времена сомнения обволакивали его и охлаждали пыл. А что, если он не так понял сон девушки? Что, если этот парк не в el DF вовсе, а где-то еще? Она американка. Может, это место где-то в Америке — эта страна простирается на тысячи миль, и в ней, быть может, миллионы парков. Если это так, то он скорее всего никогда ее не найдет. Знать, что она действительно существует, но никогда не найти ее… Себ сглотнул. Нет. Он не верил в это. Он не мог в это поверить.

Открылась дверь.

— О, привет, Себ.

Это был Майк, один из американцев, живших в хостеле. Он был одним из немногих постояльцев, кто не пострадал от ангелов.

— Привет, — сказал Себ с балкона. Майк присоединился к нему. Ему было девятнадцать, у него были растрепанные каштановые волосы и дружелюбная улыбка.

— Что происходит? — спросил он и оперся на перила, рассматривая танцующих. — Как будто Четвертое июля.

Себ прогнал от себя беспокойные мысли и попытался вспомнить, что он слышал об американском празднике.

— А что бывает четвертого июля? Фейерверки?

Майк чисто по-американски удивился, что Себ ничего не знает. Хотя он сам понятия не имел о Дне Революции.

— Это день, когда мы получили независимость от Великобритании, — объяснил он. — Бостонское чаепитие[21], Пол Ревир[22] И да, много фейерверков.

Себ кивнул, припоминая.

— Здесь что-то вроде того. Празднуют день, когда мы начали борьбу с dictador Порфирио Диосом[23].

— Вы избавились от диктатора? Круто! — весело сказал Мик. — И в конце концов, для вечеринки любой повод годится, так?

Себ рассмеялся, сам того не желая.

— Да, если ты мексиканец. Мы любим праздники.

— Чувак, вы не одни такие. Тебе надо поехать в Америку. Там народ любит повеселиться.

Себ знал, что ему придется туда поехать, если поиски в el DF не принесут результата. Хотя как он мог уехать, если все остальное в ее сне происходило здесь? Ее светло-голубая рубашка по-прежнему аккуратно лежала в рюкзаке. Себ то и дело порывался ее вытащить, но подавлял это желание. Каждый раз, когда он прикасался к мягкой ткани, образы становились слабее. Он разбавлял энергию девушки своей собственной.

Постепенно темнело, ярко светили фонари, доносились ликующие звуки гитар и труб. Майк принес холодного пива и предложил Себу; они пили пиво и смотрели на водоворот танцующих.

— Завтра собираюсь в Тепито[24], — сказал Майк. Он прислонился к стене и вытянул ноги. — Не могу ничего найти в путеводителе, но он же на севере, так?

Себ курил сигарету. Он опять подумал о парке. Возможно, ему следует поискать в лесистой третьей части, а не в более людных первой и второй. Услышав Майка, он выпустил струю дыма и удивленно на него посмотрел.

— Что? Зачем?

— Посмотреть, чувак. Я хочу посмотреть это место.

— Нет! — отрезал Себ. — Не езди туда.

— Почему нет? — моргнул Майк. — Это же просто рынок.

— Это худшее barrio[25] в городе. Гринго с камерами и телефонами, почти не говорящие по-испански! Ты для них будешь чем-то вроде рождественского подарка. Тебя ограбят через несколько минут, или случится что похуже.

Себ там родился. Темные улицы Тепито, пластиковые крыши лавок были знакомы ему, как шрамы на теле. Жить там было не приятнее, чем получать эти шрамы.

Американец посмотрел с недоверием.

— Не может же там быть настолько плохо?

— Может. Поверь мне и держись оттуда подальше. Ходи туда, куда советует путеводитель. Они не просто так не стали писать про Тепито. — Он улыбнулся и выпустил еще струю дыма. — Байдарки в парке Чапультепек хороши.

Майк поморщился. Он хотел что-то еще сказать, но уставился вниз.

— Эй, посмотри сюда! — рассмеялся он и оперся на перила. — Вот ведь маленькая негодница!

Потушив сигарету, Себ проследил за его взглядом и увидел бродяжку, которая лавировала сквозь толпу, собравшуюся посмотреть на танцоров. Девочка лет семи или около того, с растрепанными темными волосами. Сверху было видно, как она сунула руку в чей-то карман пиджака, а потом вытащила и быстро засунула за пазуху все, что нашла. Себ ухмыльнулся, вспоминая это чувство — быстро размять пальцы, схватить, вытянуть, не дотрагиваясь при этом до стенки кармана.

Майк снова заговорил про Тепито. Себ смотрел на то, как девочка маневрирует в толпе. Худенькая, такая юная, с карими глазами и грязным лицом. Он знал, что она живет в одном из заброшенных зданий неподалеку от centro или в канализации. Это была нелегкая жизнь, очень нелегкая и очень опасная. Даже сейчас, спустя годы, он иногда поражался тому, что остался жив.

Но даже такая жизнь была лучше, чем то место, куда его запихнули.

— Ладно, а рынок Лагунилья? Туда можно пойти?

— Да, там получше. Только ходи по улицам Франсиско Боканегра и Комонфорт. Там безопаснее.

— Ладно, спасибо, — улыбнулся Майк — Слушай, я, может, предложу этим француженкам пойти со мной, если смогу вытащить их из собора. Ты не хочешь с нами? По-моему, одна из них, Селин, запала на тебя.

Себ собрался ответить, но увидел ангела над головой и замолчал. Он сменил ауру на уныло-серую и прижал ее к себе как можно ближе, так что она сморщилась. Аура Майка выглядела чересчур здоровой. Себ придвинулся к нему, чтобы хоть немного ее спрятать. Ангел бесшумно скользил на одном уровне с ними. Себ сделал вид, что не замечает его, но сияние ангела обжигало. Гордое, свирепое лицо, мощные крылья светились сине-белым, каждое перышко было четко очерчено.