Цена мира, или Леди для варвара (СИ) - Мия Вереск

- Илис, - позвала Сейла. – Оставь посуду Герте. Мне нужна твоя помощь.

Девушка неохотно оторвалась от своей грязной работы.

- Иди помой руки, - доброжелательно попросила Сейла. – А после расскажешь мне рецепт вашего знаменитого гироля? Мне никогда не испечь его без тебя!

Илис испытующе посмотрела на неё, словно ища подвоха, но Сейла доблестно выдержала этот прямой взгляд.

- Хорошо, госпожа, - наконец, сказала девушка.

- Не надо звать меня госпожой, - мягко попросила Сейла, но отступилась, заметив, как гритка упрямо сжала губы.

Илис ушла, а Сейла разогнала поварят, освободив достаточно свободного места, чтобы готовить национальное блюдо гритов – закрытый пирог гарен. Женщина хитрила – рецепт гарена она давно знала наизусть, и её сын обожал этот острый мясной пирог, приправленный сочными травами.

Но хмурая Илис, которая скоро вернулась, вытирая руки мягкой тряпкой, не усомнилась, что ей придётся терпеливо учить любопытную ринку, которая то и дело допускала ошибки – то забудет потолочь острую зелень, то прикажет принести вовсе неподходящий сорт мяса.

Девушка была терпелива, и скоро увлеклась процессом готовки. Сейла нарадоваться не могла, как оживилось лицо гритки.

Пирог удался на славу. Поставив его остывать и пропитаться соком острых трав, женщина вновь задержала готовую убежать к своим сковородкам Илис. Теперь они вместе чистили орехи и перетирали их со сладким корнем лума в однородную пасту. После десерта пришло время напитков. План Сейла удался – всю тяжёлую работу на кухне постепенно переделали поварята, и когда освободившаяся Илис попыталась прийти им на помощь, заявили, что лучше бы она погуляла на свежем воздухе, чем путаться под ногами.

Девушка вспыхнула и вышла из кухни, но, к досаде Сейлы, скоро нашла ведро и принялась мыть пол на лестнице. Она скребла его так самозабвенно, что женщина, тяжело вздохнув, сдалась.

- Пожалуйста, зайди ко мне, когда закончишь, - попросила Сейла. – Я опять что-то напутала со счетами.

- Хорошо, - кивнула Илис.

Девушка разрумянилась, волосы на висках взмокли, и отдельные волосинки, которым посчастливилось избежать туго затянутых кос, вились и горели золотом на открытой шее.

Сейла привычно нахмурилась, увидев клеймо. Илис не случайно снова подобрала волосы. Она не собиралась облегчать жизнь Тауру, не давая забыть, что он сделал.

Женщина печально вздохнула. Ещё вчера она была полна надежд, а сегодня уверенность её покачнулась. Но сдаваться нельзя! Путь к примирению не будет лёгким, но первый шаг Таур сделает уже сегодня! Пусть только попробует не сделать!

Сейла ушла, оставив Илис на лестнице. Ничего, после дороги Таур наверняка проспит ещё несколько часов. Надо попросить Илис переодеться перед обедом. Не пойдёт же девочка на первое в жизни свидание в этом коричневом платье прислуги!

Глава 14

Глава 14

Переодеться Илис согласилась, скрепив сердце, просто потому, что не хотелось обижать Сейлу. Заходить в спальню не хотелось. Она наивно мечтала провести весь день, изнуряя себя работой, чтобы не думать о Тауре Керте и как можно дольше не встречаться с ним.

Перед дверью девушка невольно приостановилась. Спит ли ещё варвар или уже проснулся? Лучше бы спал, чтобы она успела быстро взять платье. Переодеться можно и в ванной. Илис подозревала, что, если мужчина уже проснулся, он вряд ли выпустит её из комнаты быстро.

Но когда она неслышно приотворила дверь, оказалось, что варвара в комнате и вовсе не было. Илис проскользнула внутрь, схватила платье, раздумывая – переодеваться здесь или идти в помывочную. Если Таур Керт уже встал, он, скорее всего, пошёл освежиться с дороги.

Девушка невесело усмехнулась. Когда он лёг с ней сегодня утром, варвар вовсе не думал о том, как он пахнет. Честно говоря, и она не думала об этом, плавясь в его объятиях.

Илис с досадой прикусила губу. Она сердилась на него за то, что он заставлял её забыть стыд и наслаждаться откровенными ласками, но больше того, она сердилась на себя. Можно говорить о поруганной чести, когда тебя берут силой, но, честная от природы, Илис признавалась себе, что после бесстыдных ласк варвара близость с ним казалась единственно возможным продолжением.

Когда же она смирилась? Таур Керт незаметно поработил её тело, и, самое страшное, что и душа, которая до сих пор сопротивлялась его власти, маялась и металась.

Разум понимал, что он враг, что варвар просто пользуется телом Илис, потому что оно молодо и желанно. Приходя в себя после оглушающей развязки, девушка со стыдом думала, что он говорит о ней друзьям. Смеются ли они вместе над тем, что неприступная крепость пала?

От родовой чести Илис остались грязные лохмотья, но ей отказали даже в малости не называться гордым именем Гритов.

Вот и сейчас, при мысли об этом, губы девушки сложились в горькую гримасу.

Задумавшись, она не видела, что Таур Керт открыл дверь и уже некоторое время внимательно смотрит на Илис, и вздрогнула, когда он спросил:

- Что-нибудь случилось?

- Нет, ничего, - коротко ответила Илис, приходя в себя. – Я зашла переодеться.

- Я и об этом хотел поговорить, - нахмурясь, промолвил варвар. – Почему ты носишь платье прислуги?

- Так честнее, - ответила Илис, прямо взглянув в глаза варвара и тут же нахмурилась, сердясь на себя.

Он застал её врасплох. Она вовсе не собиралась объяснять ему того, чего он был не в силах понять. По-своему варвар заботился о ней – купил платья и драгоценности, чтобы его игрушка выглядела достойно, затаврил, чтобы не потерялась, пока его нет.

- Объясни, - он подошёл вплотную, так близко, что она с трудом подавила желание отступить.

- Это платье дают за честный труд, - неохотно сказала Илис. – Поэтому мне не стыдно его носить. Когда я надеваю ваш подарок, мой господин, я никогда не забываю, за что он мне достался.

Он потемнел лицом, светлые глаза сузились, как в тот первый раз, когда он смотрел на Илис, стоящую на стене замка.

- И за что же? – холодно спросил варвар. – Ты решила, что я подарил тебе платья за то удовольствие, что ты даришь мне в постели? Я лишь хотел, чтобы моя женщина не ходила в лохмотьях.

Илис вздёрнула подбородок.

- Не пойму, в чём разница…мой господин.

Он готов был ответить резко, но сдержался. Слишком много