Мятежница (СИ) - Гринберга Оксана

Расставаться с надеждой оказалось также отчаянно больно, как и каждое утро, когда он просыпался с осознанием своей утраты.

Но он не собирался сдаваться без боя. Еще в Канберге продумал план действий на разные случаи. Включая тот самый, если на корабле начнутся глобальные поиски… его сосудов.

Стоило вестерхофским магам подняться на корабль, как он тут же принялся действовать.

Сперва внимательно за ними наблюдал. Оценивал их способности и величину магического дара каждого, прикидывая, каким заклинаниями они станут пользоваться на "Королеве Солнца".

Даже затеял скандал, перетягивая на себя внимание, чтобы найти того, кто будет руководить поисками. Оценил по достоинству силу его магического дара, после чего выиграл еще несколько минут, получив доступ к своей каюте.

Шагая к себе, мысленно улыбался.

Справиться с прибывшими магами ему было вполне по плечу.

Без сомнения, они оказались сильными поисковиками. Магами Воды и профессионалами своего дела, тогда как он… В последние, наполненные отчаяньем годы его Универсальный Дар заметно усилился.

Вполне вероятно, даже достиг своего максимума.

Поэтому, вернувшись в каюту, он принялся действовать. Знал, что его жилище будут обыскивать с особой тщательностью. Об этом свидетельствовал задумчивый взгляд бриаронца, не спускавшего с него глаз.

Тот явно начал что-то подозревать.

Значит, они обязательно что-то почувствуют – не могли не почувствовать, раз были профессионалами своего дела. Следовательно, затирать магические следы нет никакой нужны – маги это тоже обнаружат.

Вместо этого он собирался дать им ответы, которые объяснили бы отголоски иллюзорных заклинаний, под которыми он прятал девушек от навязчивого персонала, являвшегося каждый день в его каюту с уборкой и едой для его сосудов.

Еще перед прибытием в Вестерхоф он разбросал повсюду свитки и книги по иллюзорной магии, оставив на письменном столе раскрытыми свои собственные труды. Его изыскания и описания экспериментов, посвященных Высшим Иллюзиям, которые он начал за несколько лет до того, как с Эмилией произошло несчастье.

Заканчивать работу над исследованиями у него не было никакого желания, но Магический Контроль Вестерхофа об этом не знал. Не должен был догадаться, что увиденное в каюте всего лишь постановка.

Оглядев свое жилище, он добавил несколько заклинаний, чтобы окончательно запутать поисковиков. Перед самым прибытием в порт он перенес спящих девушек в гардеробную, спрятав под развешенной одеждой и за коробками с обувью и шляпами, не забыв перед этим погрузить похищенных в стазис.

Использовал Высшее Воздушное заклинание, вибрации которого вряд ли будут по зубам поисковикам. После этого накрыл драгоценные сосуды иллюзорными заклинаниями – работал старательно, создавая несколько слоев.

Слой за слоем; добавлял еще и еще…

Не только в гардеробной, но прошелся по всем комнатам своей каюты, чтобы усилить царивший магический хаос - тот самый хаос, который был описан на страницах его собственных научных трудов.

Если кому-то из умников взбредет в голову потребовать у него ответы, он скажет, что работал не покладая рук над исследованиями, и совсем скоро выступит с докладом на Магическом Конгрессе Джосейры, куда и отправлялся.

Впрочем, он сомневался, что кто-либо посмеет потребовать задавать ему вопросы – подобные заклинания были им не по зубам. Точно также, как им не найти пропавших девушек в его гардеробной.

Любой поисковик, попытавшийся работать в его каюте, очень скоро сдастся. Заклинания начнут сбоить, магические потоки взбунтуются, поэтому картину произошедшего им не восстановить.

Правда, был еще въедливый Огненный Маг Райан Харт-Онде, который порядком его беспокоил…

Беспокоил настолько, что, покидая корабль, он уже ни в чем не был уверен – тот ведь мог и докопаться до истины!..

Именно тогда, спускаясь по трапу, он решил, что медлить больше нельзя. Если Боги окажутся на его стороне, и его сосуды не найдут, он проведет ритуал быстрее, чем планировал.

Провернет задуманное уже этим вечером.

Пусть в древних свитках советовалось проводить ритуал в том месте, где возвращаемая душа рассталась с телом, но…

Он понятия не имел, где это произошло.

Несчастье случилось, когда они находились в открытом море. Вечером предыдущего дня «Королева Солнца» миновала мыс Каннери; он же проснулся позднее обычного и обнаружил, что его жены рядом нет…

Воспоминания оказалось настолько болезненным, что заставили его застыть на месте – к этому времени он успел спуститься по трапу и очутиться на твердой земле. И тут же потряс головой, разгоняя убивающие разум мысли.

Затем повернулся и уставился на величаво стоявшую возле пристани «Королеву Солнца», пытаясь прийти в себя.

И снова – уже в который раз! - ему показалось, что в корабле есть нечто неправильное. Такие же мысли приходили ему во время посадки в Канберге и, порой, в течение плаванья, когда он натыкался на стены или замечал изменения в планировке корабля.

Что бы о нем ни говорили другие, утверждавшие, что он помешался от горя, он всегда отличался крепким рассудком и великолепной памятью.

Тогда, в Вестерхофе, пять лет назад, они тоже отправились с Эмилией в город, где были несказанно счастливы. Он помнил, как в тот день также стоял и смотрел на величественный корабль…

Зато сейчас он с уверенностью мог сказать, что в тот раз отверстия для якорных цепей располагались чуть ниже и правее. К тому же, его беспокоили редкие иллюминаторы на палубах третьего и четвертых классов – было что-то неправильное в этих иллюминаторах!

Кажется, в нижнем ряду их должно быть на несколько штук меньше.

Он вновь потряс головой, заявив себе, что сейчас это неважно.

Какие бы изменения ни произошли с «Королевой Солнца», его касались только собственные дела и дела Эмилии. Поэтому ему не следует маячить перед кораблем, стоя в одиночестве в опустевшем порту – пассажиры давно разбрелись кто куда или же уехали, поймав извозчиков, в город.

Подобное поведение могло привлечь к нему нежелательное внимание, ведь он во всеуслышание заявил, что отправляется жаловаться.

Но он так не смог… Ему так и не удалось заставить себя уехать.

Вместо этого он несколько часов подряд расхаживал по территории порта, дожидаясь, когда закончится обыск на корабле. Чтобы не сойти с ума, снова и снова прокручивал в голове то, что ему предстояло сделать уже этим вечером.

Как только корабль пройдет маяк на мысе Каннери, но скалистый берег все еще будет довольно близко, он проведет ритуал, вернув свою жену из небытия.

Эмилия какое-то время будет довольно слаба, поэтому он отнесет ее на одну из спасательных лодок, которую после этого незаметно спустит на воду. За мысом Каннери до берега и рукой подать – хотя скалистые отмели и представляли собой определенную опасность.

Но он не только старательно изучил карты, но даже побывал во этих местах, выбирая удобные бухты для высадки. Разбиться о скалы он не боялся.

Когда их хватятся – если, конечно, их хватятся, - к этому времени он с легкостью преодолеет путь до берега на веслах и с помощью магии.

Неподалеку от бухты находилась рыбацкая деревушка со сговорчивым старостой, который без вопросов приютит их на ночь.

К утру он раздобудет повозку или коляску, после чего они с Эмилией вернутся в Вестерхоф, где останутся столько времени, сколько ей понадобится, чтобы прийти в себя. Свыкнуться с тем, что вернулась в мире живых.

Документы на другие имена давно уже были выправлены; деньги он тоже положил на новый счет. После этого они уедут – и весь мир будет у их ног. Возможно, отправятся на восток, где никому и ни до кого нет дела. Либо на юг – его Эмилии всегда нравилось тепло.

Оставалось лишь раздобыть два недостающих сосуда для ритуала – для этого ему нужны четыре девушки.

Три из них исчерпают себя полностью, отдав жизненные силы на то, чтобы он смог распахнуть врата в другой мир. Еще одна примет и воплотит в себя душу своей жены.