Карательница (СИ) - Прекрасная Василиса

Подошла к окну и выглянула наружу. Солнце уже стояло в зените, озаряя вид, моментально отдавшийся в памяти вспышкой узнавания. Я уже видела его. Тот самый сад, на который я пялилась будучи на собрании оборотней. Значит моё местоположение тот самый особняк.

Это не слишком меня порадовало. Лучше бы привезли ко мне домой. Среди моей коллекции оружия выздоравливать как-то лучше. Уж точно лучше, чем рядом с Алексом. До меня доходило. Медленно, но верно, доходило почему на меня всё же подействовала сила Асмодея. А ещё пришло и воспоминание, почему нашедшие свою пару Валькирии никогда не ходили на поимку демонов глубин, специализирующихся на желаниях и страстях, бушующих внутри каждого существа.

Всё дело в уязвимости перед таким родом демонов. Обычно бесстрашные Валькирии, если прикипают к кому-то душой и сердцем, становятся слабыми и их самообладание даёт трещину, что неприемлемо в битве. И если в борьбе с другой нечистью это неважно, то демоны глубин открывают всё то, что сокрыто в глубине.

И откровенно говоря, это был не лучший способ осознать, что я по-настоящему неравнодушна к Алексу Коннеру. Хотя и достаточно действенный. Вот уж чего не отнять. То, что я всё же смогла побороть вспыхнувшее желание, говорило о том, что чувство ещё не дало полноценных плодов и ещё есть дорога назад. Но чего же на самом деле хочется? На этот вопрос было сложно ответить. Убегать от самой себя недостойно воительницы. Даже такой неполноценной, как я. Всё ещё стояла у окна, предаваясь размышлениям, когда дверь за моей спиной распахнулась.

— Кара! — зашёл в комнату непосредственный объект моих мыслей. — Ты очнулась? Ты в порядке?

Развернувшись к нему, подняла бровь.

— Где моё ожерелье?

— У меня в сейфе, — кивнул Барсик, рассматривая моё тело стремительно темневшими глазами. — Тебя осматривал наш врач и снял всё, что на тебе было. Твою чистую одежду тебе скоро принесут. Она была вся к крови, к тому же с огромной дырой в области живота.

— Понятно, — кивнула. — Сойдёт любой более или менее сносный наряд, пока не переоденусь у себя. Ещё мне нужно моё оружие.

— Оно тоже в сейфе, — сообщил Алекс, по-прежнему не сводя с меня взгляда.

— Мои глаза тут, котик, — усмехнулась, привлекая его внимание.

— Прости, — он поднял взгляд на моё лицо. — Сложно сосредоточиться, когда перед тобой само совершенство. Ты удивительно прекрасна.

— Ты говоришь это любой более или менее стройной голой девушке? — насмешливо протянула.

— Малышка, — тихо рассмеялся мужчина. — Ты же и сама не веришь в эти слова, не так ли?

— Возможно, — пожала плечами и отошла от окна поближе к оборотню. — Не хочешь поцеловать само совершенство?

— Учитывая, что ты недавно была при смерти, и нам с Эриком пришлось в буквальном смысле собирать твои внутренности с асфальта, то не думаю, что это хорошая идея, малышка, — он судорожно сглотнул и отвёл глаза в сторону.

Хмыкнув, положила свои ладони на грудь Алекса и с чувством провела ими вниз до вставшего члена, который ничуть не скрывали брюки достаточно широкого кроя.

— Валькирия… ты играешь нечестно, — мужчина прошипел сквозь зубы, впрочем не отстраняясь от моих рук, а наоборот слегка подаваясь вперёд и толкаясь.

— Значит, всё помнишь? — скривилась, убирая руки и снова отходя к окну.

— Под «всё» ты подразумеваешь, что ты дева-воительница, путешествующая по молниям? Разумеется, я всё помню, — задумчиво произнёс перевёртыш за моей спиной.

— Что ещё?

— Хоть и как в размытом тумане… но я помню всё, Кара. Или ты всё же Хлекк? — от чего-то его голос был полон горечи и какой-то непонятной мне злобы.

— Хлекк это моя мать, — повернулась, задирая подбородок.

— Ты же говорила, что не умеешь создавать порталы… — не отпуская свою обиду, произнёс мужчина.

— Поправка… я сказала, что не умею этого делать в другие миры. Так что максимум, куда мне удалось зашвырнуть Асмодея, это в нескольких километрах от города.

— Значит, ещё ничего не кончено, — вздохнул Алекс.

— Не кончено, — подтвердила кивком. — Боюсь, всё только начинается.

— Жаль, — бросил он.

— Не то слово. Хотя радует, что он дважды применил силу и ни разу не получил достаточно энергии, а значит снова будет бессилен сутки, а если сильно повезёт, то и двое.

— А это правда? — на меня пристально посмотрели и на этот раз изучая только лицо.

— О чём ты? — вздохнула, уже понимая, о чём говорит Барсик, но желая потянуть время.

— Я… я твоя слабость? — взгляд был тем же изучающим, но и с долей самодовольства, которое почему-то так бесило в других, но шло этому кошаку.

— Назвала бы это по-другому, — поморщилась. — У меня было немного времени подумать и проанализировать свои чувства до твоего прихода. И не буду отрицать, я хочу тебя и очень даже неравнодушна к тебе. Не думаю, что влюблена. Скорее увлечена. Возможно немного больше, чем мне бы того хотелось.

— И ты так просто признаешься в этом? — озадачился Алекс.

— А что? Ты думал, я буду врать и изворачиваться? — усмехнулась.

— Ну, это обычно свойственно женщинам, — пытался втолковать очевидные для кого-то вещи. — Они не признаются в таком… первыми.

— Я Валькирия, — гневно сверкнула на него глазами. — Хватит сравнивать меня с остальными! Это бесит нас. И мы смотрим в глаза любой опасности с широко открытыми глазами. Даже если это наши собственные чувства.

— Поверь, я последнее существо на свете, которое будет отрицать твою уникальность, — он поднял руки. — Тем более что я и сам неравнодушен к тебе. Как ты там сказала? Возможно немного больше, чем мне бы того хотелось.

— Ты передразниваешь меня? — расхохоталась, снова чувствуя смещение взгляда оборотня вниз от моего лица, от чего грудь напряглась, а внизу живота разлилось тепло. — Осторожнее, котик! Иначе я наплюю на свою якобы слабость и изнасилую тебя.

— Ещё никогда мне не говорили ничего более приятного, малышка, — усмехнулся барс.

Глава 38

— Коты спокойны, и смотрят глазами гораздо прекрасней любых человечьих, что я вообще видела. Разве ты не знаешь этого?

— Чтобы смягчить самое чёрствое сердце, вперёд всегда выдвигались самые пушистые и милые из животных!

— Чем не повод развлечь страдающую от желания Валькирию? — облизнула губы, опуская взгляд на его пах.

Мужчина прищурился и непроизвольно сделал шаг ко мне, но словно усилием воли заставил себя остановиться.

— Ты ещё слишком слаба! — воскликнул, будто убеждая самого себя.

— Это не так, котик… — с улыбкой покачала головой, изгибаясь и выставляя напоказ напрягшуюся грудь, но и это не дало нужных мне результатов.

Это одновременно наполняло меня разочарованием и гордостью за того, кого почти выбрало моё сердце. Ну, какой мужчина, да ещё и оборотень, устоял бы перед таким?

— Ладно, — с сожалением покачала головой. — Раз так…

Пройдя до кровати, улеглась, расставляя ноги и опуская руку к своему влажному лону, погружаясь туда пальцами и начиная ласкать саму себя, отрешаясь от перевёртыша, находящегося в этой комнате. Не могу сказать, что это получилось… хотя бы, потому что при мысли, что он смотрит на это зрелище, возбуждение становилось всё более нетерпимым и неподдающимся контролю.

Прошла всего пара минут, когда мою руку откинули в сторону и её заменил горячий рот Алекса, сводящий меня с ума. Закричав, почти мгновенно поднялась на пик, слушая громкий стук своего собственного сердца в ушах. Стоило прийти в себя, как заметила, что кошак уже разлёгся рядом со мной, не сводя пристального взгляда.

— Ты довольна? — усмехнулся он.

— Нет, — покачала головой, резко протягивая руки к мужчине и разрывая его рубашку, рассыпала повсюду пуговицы и, перебравшись на него, уселась сверху, чувствуя под собой полное неравнодушие к своей персоне.

Пожалуй, в жизни не видела ничего лучше, чем исказившиеся черты лица этого перевёртыша, сквозь которые проглядывало что-то звериное. Трудно было отметить что-то одно. Может это были зрачки, ставшие вертикальными, или вены, разошедшиеся по лицу и телу, придавая ему почти зловещий вид… а может совокупность всех этих факторов и его несомненного возбуждения.