Академия (СИ) - Левин Анна

— Но почему отец тогда не предостерегал…

— Что у отца в голове — тайна за семью замками. Могу лишь предполагать, но мои рассуждения тебе не понравятся.

Естественно. Первое, что пришло в голову — отцу было выгодно особое отношение ко мне Матвея, чтобы остальные драконы почувствовали азарт, конкуренцию. Надеюсь, я ошиблась, хотя сомнений не оставалось.

— Однако, если тебя это утешит, сердце Матвея не будет принадлежать принцессе так, как ей бы того хотелось.

Наоборот, мысль, что Матвей даже принцессе предпочтет смертную, еще сильнее причинила боль.

— Хреновое утешение.

— Полегче, сестрица, — Ярогнев весело рассмеялся. — Какие слова пошли в ход! Мы не на службе, твои любые сливки общества не поймут вульгарщины.

Хотелось поспорить, сказать каких-нибудь гадостей, выплеснуть из себя злобу, но так ничего и не ответила, пребывая в тени обрушившихся надежд.

Глава 12. Турнир

Давно я не спала так хорошо. Всего-то и нужно было ощутить боль и разочарование из-за дракона, битву за которого я не просто проиграла, но и бессмысленно начала.

Открыла глаза так резко, будто всю ночь готовилась к пробуждению. Села на кровати, ощущая, как тело быстро приходит в себя, ускоряется биение сердца. После разговора с Ярогневом мне хотелось самой устроить драку, так закричать, чтобы мой голос услышали во всех уголках мира, но кто расслышит драконицу, кому есть дело до женских чувств? В том-то и беда, что мы копим эмоции, и либо однажды взрываемся ими, удивляя общество, либо они мрут внутри нас, взрываясь изнутри, уничтожая только нас самих.

Я всегда была идеальной сударыней Беломорской, которая обратилась впервые в пять лет, несла службу на севере, отлично училась, не перечила отцу и матери, и была достаточно идеальной невестой, чтобы принести достойное родство с какой-нибудь такой же идеальной семьей.

Но теперь этому пришел конец.

— Сударыня, пора просыпаться, — после короткого стука вошла служанка матери, и изрядно удивилась, увидев меня почти одетой.

Знатным драконицам не положено быть такими самостоятельными в быту, но долгое время я была солдатом, и умела справляться без чьей-либо помощи. Представив Ярогнева, которого одевают несколько слуг, засмеялась. Нет, на севере неженкам не выжить.

— Все в порядке, велите подать ча и мои любимые пирожные. Живо! — добавила, увидев глупо открытый рот служанки.

До чего же все вокруг бестолковые! Вряд ли дождешься от нее ча, сейчас она явно побежала докладывать матушке о моем недостойном поведении. Ну ничего, на угощения я и не рассчитывала. Специально отослала ее, чтобы без ненужных наставлений отправиться на турнир.

Простое платье мало соответствовало пышным нарядам, в которых гости Академии с удовольствием щеголяли, но мне было важнее, чтобы с меня не посмеялись, когда я буду записываться на соревнования. И так дракониц среди добровольцев не было, я оказалась единственной девушкой. Мне выдали костюм для трансформации, и отправили переодеваться.

Натягивая эластичную ткань, я едва сдерживала дрожь в руках. Это был страх, пробивавшийся сквозь безрассудную ярость голос разума, но также и азарт, будоражащее кровь желание вновь взмыть в небо. С начала учебного года у нас еще не было практики, и я заскучала по полетам, так как дома летала постоянно. Это было одним из наибольших удовольствий в моей жизни.

— Так и знал, что ты меня не разочаруешь.

Ярогнев в летной одежде выглядел еще более внушительно. Плотно прилегающая черная ткань вызывающе облепила его мощное тело, открывая миру старый идеал мужской красоты. Мало кто из учеников или гостей нашей Академии мог похвалиться такими сумасшедшими мышцами, но никто и не имел такой же боевой подготовки, как Ярогнев. Помимо обычных физических тренировок он непосредственно работал с родовой стихией, что влияло на тело соответствующе. Ему повезло, что он природы очень высокий: Всеслав давно казался вширь больше, чем в высоту, хотя у него не было ни капли лишнего веса.

Помимо кофты с длинными рукавами и брюк на мне был безрукавный плащ, основной смысл которого заключался в сокрытии некоторых частей тела. У мужчин вместо плащей были особо скроенные полосы тяжелой ткани, надежно прикрывающие бедра спереди и сзади. Цветом они были темнее брюк, поэтому смотрелись весьма экстравагантно.

— Кто-то точно останется разочарованным, — представила вид отца.

Он усмехнулся.

— Главное — чтобы ты была счастлива здесь. Когда настанет время прощаться с Академией, тебе станет невероятно тоскливо, если на память не останется несколько особых воспоминаний о проведенных здесь годах.

От сказанных слов мне уже стало тоскливо, и я поспешила прогнать гнетущее чувство привычным вызовом.

— Покажем им, каково связываться с братом и сестрой Беломорскими?

Вместо ответа он продемонстрировал хищную улыбку, и тогда я узнала своего полного энергии и жажды борьбы брата.

***

— Дорогие ученики и гости Академии! Приветствуем вас на первом турнире по полетам и трансформации!

Голос Яркана потонул в восторженных аплодисментах. На его лице была написана радость от того, что они вняли совету профессора Расколова, и решились на эти соревнования. Теперь о них будут говорить еще долго, гости останутся довольными, обойдутся без обычных в последние годы жалоб на скуку. Да и в следующий раз сюда прибудет больше драконов.

— Сам турнир пройдет в три этапа, за три дня. Первым испытанием для наших храбрых участников станет полоса препятствий, которую нужно будет преодолеть за максимально короткий срок. Каждого участника будут судить индивидуально.

Снова гвалт, охвативший зрителей от вида подготовленной площадки.

— Второй этап — полет на скорость, здесь будут участвовать все наши сорвиголовы, и мы узнаем, кто из них — самый быстрый.

Еще одна порция аплодисментов.

— Заключительный этап следующий: двое участников в каждой группе, набравшие наибольшее число баллов, сразятся в поединке с применением родовых стихий, для чего им нужно будет продемонстрировать свои навыки в обращении силой и трансформации.

Смелая идея, но она пришлась по вкусу драконам, уважающим силу и демонстрацию своего превосходства. Они не любят проигрывать, но ценят чужую доблесть, умеют признавать мужество победителя.

— А теперь давайте поприветствуем наших добровольцев! Первая группа состоит из учащихся на первых двух курсах, аплодисменты им!

Кровь вскипела в венах, и резко остыла: стоило выйти на публику, как леденящий страх уступил место безразличию. Шок трибун достиг апогея, когда они увидели меня — единственную девушку, дерзнувшую поучаствовать в турнире. Такое же изумление было написано на лицах Олега Скуратова и его дружка Демьяна Клеверова, когда они меня только увидели, зато остальные парни с младших курсов оглядели меня с куда большим интересом, видя не соперника, а красивую драконицу. Тем хуже для них: нельзя сбрасывать со счетов даже самого слабого врага. В поле зрения попал отец, и его взгляд не сулил мне ничего хорошего, но да это все потом, сейчас меня ожидает веселье.

Следом вышло десять драконов со старших курсов, среди которых не было Матвея, зато присутствовал Хельги. Его ледяной взгляд скользил по трибунам, словно он кидал вызов каждому присутствующему, а потом глаза резко метнулись ко мне. Ответила не менее твердым взглядом, и с удивлением заметила, что он как раз видит во мне равную, и не удивлен моим появлением.

Последними пред публикой предстали десять взрослых драконов, и, уверена, девяносто девять процентов внимания присвоил себе брат. Для меня его мощь была уже привычной, но у всех присутствующих дракониц напрочь снесло головы при виде его мускулистого тела и уверенной походки. Костюм для трансформации не хуже полной наготы демонстрировал великолепную физическую форму, закаленную севером и морскими штормами.

Любопытно, а сможет ли он снова ввести в моду ушедшие эталоны мужской красоты?