Начать заново (СИ) - Котова Екатерина

— Привет! — белозубо улыбнулся приятель.

— Напугал! — обозначила ему нехорошую привычку подкрадываться.

— Прости. — пожал он плечами. — Что вы здесь делаете?

— Показываю Айрис знаменитую воскресную ярмарку. — отрапортовала Тиль. — И мы дико проголодались! Собственно, последнее важнейшая причина нашего визита.

— Тогда пошли за мной. — взяв нас под локотки, парень бодро повел нас в другую сторону от обжорного ряда к шатрам, что стояли вокруг огромных костров на берегу реки.

— Куда? — обернулась я, наблюдая как заманчивые котлы с дразнящими обоняние ароматами удаляются из виду и оглядывая зону, куда не суется ярморочный люд, а в основном отдыхают «свои».

— Доверься, Айрис. Надо знать места.

Я смерила его прищуренным взглядом, но уже через минуту нашего блуждания между шатров, мы вышли похоже к тем, кто здесь по-настоящему жил и правил «балом».

Женщины и мужчины разных возрастов встретили Марко с распростертыми объятиями, а пожилая полная дама с цепким взглядом и пестрым платком на плечах расцеловала его в обе щеки. Незнакомый язык звучал певучей скороговоркой. А любопытные взгляды все же вызывали во мне настороженность.

Пожилой мужчина с изогнутой трубкой и кожаной шляпе бросил какую-то фразу низким бархатистым голосом, кивая на нас, и люди поддержали его понятливыми улыбками и тихим смехом. Не понимание языка волновало, но Тиль, казалось, это не беспокоило. Она бодро уселась около костра, утягивая меня на огромное бревно, призванное заменять здесь скамейку. Похоже дриаду обстановка не сильно смущала. Может, и мне не стоит зажиматься?

— Что он сказал? — прошептала я цветочнице.

Но не успела она раскрыть рта, как молодая девушка с большими зелеными глазами и длиннющей черной косой поднесла дымящиеся деревянные плошки: мне с мясным рагу, а Тиль с овощным. А рядышком примостился Марко.

— Скоро полнолуние и я вовремя привел невест. — перевел нам приятель, потирая руки, подставляя их к пламени.

Дриада зарделась, а я улыбнулась маленькой девочке, что внимательно меня рассматривала. Цыганская юная красавица держалась за звенящую монетами юбку мамы, у которой на руках агукал младенец, но увидев, что я тоже отвечаю ей вниманием, застеснялась.

На колкость я не обратила попросту внимания. Похоже любимые шуточки о замужестве у старшего поколения распространены были на всем континенте Геи.

— И что ты ответил? — спросила цветочница.

— Что вы уже заняты. — подмигнул он ей, и та смущенно зажевала вопрос дымящейся вегетарианской похлебкой. А все та же девушка поднесла нам в добавку хлеб и деревянные стаканы.

— Одна так точно. — голос Каира за спиной раздался громом среди иностранной речи.

Удивление окатило меня изнутри. Мы слаженно обернулись и увидели, как из шатра вышел Торренс старший. Почему-то сердце забилось быстрее. И мне стало неловко. Братья последнее время активно проявляли себя, но не пересекались и, я понятия не имела, куда это все зайдет дальше…

— Марко. — кинул он острый взгляд на своего брата. Младший подобрался, изогнул бровь, но поздоровался в ответ. Что за переглядки происходили между ними, оставалось для меня загадкой. Каким образом оба Торренса вообще оказались здесь с нами в одно время? Хотя, что я, собственно, про них знаю? Ведь это их народ. Возможно, свободное время они проводят здесь или вообще, может, у них тут родственники?

— Это просто совпадение? Или у них семейное сборище? — шепнула мне Тиль на пределе слышимости, похоже тоже впечатлившаяся торжественным воссоединением братьев, которые смерили друг друга выжидающим взглядом.

— Дамы. — произнес Торренс старший галантно, точно на званном вечере склонив в нашу сторону голову.

— Каир, мальчик мой, кто эти очаровательные феи? — мужчина средних лет, со слишком загорелой кожей и крупным носом прервал наши переглядки и подошел к нам, плавно покачиваясь и небрежно бряцая открытой фляжкой. Широкие жесты говорили о том, что горячительное пьется давно и значительно поднимает градус веселья незнакомого господина. В мужчине ощущалась та самая натура нестареющих дамских угодников, которые флиртуют для острастки на право и налево для своего удовольствия с любой дамочкой и при любом удобном случае. От него пахло мятным табаком и крепленым вином.

— Ангус, очаровательные леди сегодня с нами. — Марко встал и веско положил руку на плечо заинтересовавшегося Тиль мужчиной, пресекая любые качания корпуса в нашу сторону.

— Понял. — выставил он мозолистые ладони, — Эх, где мой нежный возраст? Я бы…

— Ты бы! Лучше бы вардо переколотил! — низенькая круглобокая женщина очень быстро возникла рядом и в сердцах стукнула пьяницу в плечо, подбочениваясь, — Ух, котяра! Я тебе! — замахнулась она на него. Тот не слишком сноровисто откланялся, вызывая смешки вокруг праздно бранящейся парочки.

— Ишь ты и не бояться. — бойкая женщина присмотрелась к нам получше, чуть прищурив один карий глаз, высматривая только одной ей понятные детали. — Любопытно. Своди-ка их к Персее. — качнула он головой на Каира.

— И без нее разберемся. — Марко мягко отстранил от нас активную женщину, — А вот Ангус без тебя точно пропадет. — подмигнул он ей, и женщина сощурилась на нерадивого муженька, толкая того в бочину, — А, ну, пойдем! Нечего тебе с молодежью прохлаждаться!

— Кто это? — спросила я, провожая взглядом бранящуюся парочку.

— Арна и Ангус — супруги. Не знаю, как они дожили вместе до своих лет, — облокотился Марко на коновязь, стоящую рядом, — Полные противоположности друг друга.

— И в тоже время они счастливы. — добавил Каир, бросая на меня взгляд темных глаз в свете пляшущего пламени.

Братья пересеклись взором. А у меня в этот момент сложилось ощущение, что они все же обсуждали момент соперничества. Даже любопытно к чему они пришли? Но думу прервала женщина, что щедро целовала Марко в щеки. Раскачивая округлыми боками и позвякивая монетами на платке, цыганка проговорила что-то братьям Торренс на чужеродном наречии. Каир тут же среагировал и подошел к тощему чернявому парню в пестрой жилетке и взял у того длинную кожаную торбу с горлышком. Громко и почти ласково старший из братьев начал произносить певучие слова на незнакомом языке, привлекая внимание тостом и разливая в наши чаши гранатовое вино. При этом сверля меня гипнотическим темным взглядом. Я слышала, как засопел Марко, но не могла отвезти глаз. Говорят, цыгане и в правду обладают даром туманить разум. Затем он передал торбу дальше, налив себе и громко крикнул:

— Уларэ!

— Уларэ! — поддержали цыгане в один голос.

Чаши вознеслись к небу, опаленному искрами костра. В кругу опрокинули стаканы и с яркими задорными выкриками и улюлюканьем, стали о чем-то смеяться, приговаривая дополнения к озвученным словам. Заиграла по струнам души низким аккордом гитара в руках мужчины, что держал трубку, девушка с черной косой зазвенела в бубен, а бархатный голос пустил мурашки по телу, тягуче, проливая незнакомые слова на простой люд, что собрался у огня.

— Айрис… — шепнула Тиль следя, как мужчины и девушки пускаются в круг танца, а Марко уволокла настойчивая круглобокая женщина с громким голосом. — ты встречаешься с Каиром? — спросила она, и я не сразу отвела взгляд от пластично двигающегося Торренса старшего, который, сделав круг с одной из девушек, ринулся к ошарашенным нам.

— Я… — сглотнула, но не успела ответить, как мужчина потянул меня за руку и закружил в танце. Сначала меня окатило смятение и смущение, но то, как свободно вокруг держались люди и мужчина напротив меня — заражало. Вскоре по крови пустилось веселье, и музыка затянула водоворотом. Так странно… еще недавно Каир будил во мне раздражение и не приязнь. И как быстро все изменилось, а главное — когда?

После таких откровенно необусловленных фигурами танцев, я чуть пришла в себя и обратила внимание на реальность вокруг: Тиль выплясывала с чернявым парнем в жилетке, а Марко… резко отдернул меня, сменив мою картинку мира. Злобный взгляд Каира мелькнул перед глазами. Я вопросительно посмотрела на Торренса младшего, но тот лишь улыбнулся и закружил так, что голова пошла кругом, а юбки взметнулись вверх. Мне пришлось остановиться, ловя равновесие двумя руками. Но не успела перевести дыхание, как старший с младшим в безмолвном танце стали кружить вокруг меня, желая утянуть в свою сторону. Молодые цыгане захлопали в ладоши одобряя. Похоже братья решили устроить состязание? Оба сошлись близ меня, и я оттолкнула ерепенистых петухов в грудину так, что им пришлось отступить. Они это серьезно? Если так, то я не участвую в этом фарсе! Вот еще! Я вновь выставила руки и помотала головой с извиняющейся, но обескураженной улыбкой, покидая это безумное соревнование. Тиль уже отдыхала и смотрела на меня с округлившимися глазами.