Мой Истинный Альфа (СИ) - Даль Ри

— Я уже сказал, — тихо произнёс Макар. — Ты — одна из нас. Вот и весь ответ.

— Из кого «из вас»? Я ничего не понимаю!

— Успокойся, — Сава несколько раз вдохнул и выдохнул. — Я сам тебе всё объясню.

Он снова включил зажигание и вывел автомобиль обратно на трассу.

Глава 38. Дилар

В жадном танце пламени догорали последние головешки, уже распавшиеся на отдельные трухлявые осколки. На их месте мне представлялись кости моих врагов. И мне ничего не стоило в подробностях нарисовать с помощью воображения, как уместно бы смотрелся Сагарт среди этих алых огненных языков.

Тем временем Свирая заканчивала вправку костей Нетае. Несколько часов кряду я слышал душераздирающие крики, от которых вздрагивали даже глухие стены. Свирая опустилась на ковёр и устало привались спиной к дивану.

Я слышал, как тяжело дышит моя бедная глупая волколица. Наверняка мне бы пришлось самому свернуть ей шею, если бы за меня так услужливо не постарался Сагарт.

Но скоро придёт и его черёд наслаждаться хрустом своих позвонков.

В комнату вошёл Отор. Тоже уставший, с напряжённой челюстью. Он подошёл к сестре и взглядом задал ей вопрос. Эти двое умели понимать друг друга, даже пребывая в человечьих шкурах. Единокровие — ещё более сильная магия.

— Как он? — спросил я, не поворачиваясь к немой сцене, происходящей у меня за спиной, и продолжая пожирать взглядом оранжевые всполохи.

— Нормально. Но ничего не помнит, — ответил Отор.

Я кивнул, окончательно убедившись, что Горану не просто настучали по голове. Ему чуть мозги не расплавили. А сделать это мог всего один волколак.

Марлок.

Марлок, пёс бы его подрал. Мой самый верный боец. Мой самый крепкий боец. Самый юный. И самый перспективный.

Именно на него, а не на Горана, я полагался больше остальных. Именно ему, как мне казалось, я во многом мог доверять, многому мог бы его обучить.

Марлок обладал всеми задатками идеального исполнителя: уравновешенный, выносливый, непривередливый, прямолинейный. Марлок, которого я нашёл, вернул в семью, и которого потерял по неизвестной причине.

Как это произошло?..

— Я убью её… — прохрипела Нетая.

Из её горла в разные стороны брызнула скопившая кровь.

— Мы вместе её убьём, сестра, — поддержала Свирая.

— Она тебе не сестра, — констатировал я. — В отличие от…

— Сестра — та, что стоит с тобой в бою плечом к плечу. Кто не жалеет собственных клыков и когтей, защищая свой Клан.

— У тебя уже было два Клана, — напомнил я. — Стало быть, не всё так однозначно.

— Пока мы тут, — заговорил Отор, — мы остаёмся едины и верны Стае. И Свирая права. Мы должны убить человечку.

Я тяжело вздохнул.

Кровожадность Отора и Свираи можно было легко понять, да и мстительность Нетаи была взята отнюдь не с потолка. Но и у меня имелись свои, достаточно веские претензии к обоим моим пострадавшим соплеменникам.

— Двое из нашего Клана пострадали неслучайно, а по собственной глупости. И Нетая, и Горан ослушались моего намеченного плана и устроили самодеятельность, за что и поплатились. Все знали мой приказ: ни в коем случае не действовать в одиночку. При обнаружении врага нужно было немедленно сообщить мне, а не кидаться в бой.

— Они могли уйти, — со злостью проскрежетала Нетая. — Мы могли их упустить…

— Мы и так их упустили, — перебил я, повысив голос. — Дважды. Теперь мы не знаем ни где они, ни в каком составе. Горан напал на Марлока — это понятно. Но у меня есть серьёзные сомнения насчёт того, что Марлок мог единолично побить Горана. Ему кто-то помог.

— Сагарт… — Нетая глухо завыла, не в силах пошевелиться.

Боль в её теле после переломов и в процессе уже начавшейся регенерации отупляла и превращала в жестокую пытку самый простой вдох. Температура зашкаливала до такой степени, что я, даже находясь на расстоянии, ощущал исходящий от Нетаи жар.

— И Марлок тоже был там… — продолжала волколица, скрепя зубами. — Я не видела его, но он там был. Я только хотела забрать девчонку…

— Ну, конечно, — невесело усмехнулся я, — Сагарт вот так бы легко тебе её вручил. На блюдечке с голубой каёмочкой.

— Но они уже уходили, — настойчиво оправдывалась волколица. — Я еле успела. Мне сообщил мальчишка-продавец. Он там в салоне связи работает…

— Я знаю его. И собираюсь хорошенько проучить. Потому что сообщить он должен был мне, а не тебе.

— Дилар, я уже скоро оправлюсь, — со слезами в голосе умоляла Нетая. — Разреши мне её убить… Прошу тебя…

— Нет, — я встал с кресла и прошёлся по комнате.

Отор и Свирая зорко следили за моими перемещениями. Нетая же при всём желании не могла повернуть даже голову.

Обойдя комнату по кругу, я остановился у дивана, на котором корчилась в невыносимой болезненной агонии переломанная волколица. Я аккурастнос стёр ладонью солёную росу, густо покрывшую её лоб.

— Бедная девочка, — проговорил я, проводя подушечками пальцев по белой бархатной коже. — Когда ты оправишься, я посажу тебя на цепь. В качестве наказания. И защиты.

— Зачем ты так?.. — задрожала Нетая, всецело понимая, что я не шучу. — Я хотела как лучше…

— А в итоге навредила. И себе. И мне. И всему Клану.

— Я всё исправлю. Я…

— Тс-с-с, — я прислонил к её пересохшим губам палец. — Судя по тому, как отчаянно оберегает эту девчонку Сагарт, она именно та, кого я ожидал. Маша будет с нами. Она встанет под моё начало и обеспечит нам всем то, чего мы хотим. А ты, моя бедная глупая девочка, её только напугала. Зачем? Ради чего? Как мне теперь исправить твою ошибку, не подскажешь?

Глядя прямо в глаза волколице, я произносил слова медленно и спокойно, почти баюкая её размеренностью своего голоса. Но с каждой произнесённой фразой Нетая дрожала всё больше и больше. Она чувствовала мою внутреннюю злость, она боялась. Она, наконец, осознавала свой фатальный промах.

— Из-за тебя, — мягко продолжал я, — Маша наверняка решила, что мы ей враги и ещё больше доверилась Сагарту. В то время как мы — её последняя надежда, и именно это она должна была понять. Именно для этого я относился к ней ласково и бережно. А из-за твоей тупой ревности, — мой голос стал заметно жёстче, — всё пошло псу под хвост. Тщеславие Горана тоже сыграло свою негативную роль. И вот теперь мы упустили чуть ли не самого главного союзника. По вашей вине!

Заключительную фразу я выкрикнул, крепко прижимая ладонь к раздавленному в фарш горлу волколицы.

— Дилар, — позвал Отор, — мы всё ещё можем исправить. Мы вычислим беглецов. Потребуется больше времени, но мы вычислим. Прошерстим всё вдоль и поперёк…

— Нет, — я резко двинулся обратно к камину и снова занял своё кресло. — Маша сама к нам придёт.

— С чего бы это? — удивилась Свирая.

Да, сил в наших маленьких и в человеческом виде хрупких волколицах не меньше, чем в самых стойких волколаках. Это правда. Шутка природы, должно быть, что эти создания с рождения своего обманчивы и коварны. Они с малых лет привыкают носить маску чуть ли не невинных овечек, чтобы в любую секунду иметь возможность вонзить свои клыки поглубже.

Волколицы — большая редкость. Так было всегда, и объективных причин к тому так и не нашлось. Просто данность, с которой приходилось считаться всем волколакам на протяжении всего времени своего существования.

Тем не менее, далеко не все из столь редких женских особей обладали блестящим умом. Свирая совершенно точно не была в числе гениев.

А мне сейчас совсем не хотелось разжёвывать свой план даже перед потомками одного из самых знаменитых волколаков за всю волколачью история. Видимо, всё-таки в данном случае природа решила отдохнуть на детях Нетарха. Но, по крайней мере, и Отор, и Свирая оставались хорошими бойцами, и я нисколько не сомневался, что их пафосный порыв пожертвовать жизнями ради благополучия Клана — не просто красивый бред для услады слуха, а именно та единственная истина, в которую эти двое сами верят.