Последнее письмо (СИ) - Райли Грэйс

Так было раньше, так происходило сейчас. Эль знала, что поддержит Ричарда несмотря ни на что, но ей отчаянно хотелось, чтобы брат сумел справиться со своей болью без магии.

— Ты же не считаешь, что объятия изменят мои мысли? — с отчаянием обнимая брата, проговорила Эль.

— Знаю, что не изменят, — подтвердил мужчина. — Но я хочу, чтобы ты услышала меня. Я понимаю твоё беспокойство. Но я не могу иначе. Я прошу попытаться принять моё решение. Киару значила… Киару была для меня всем. Теперь мне предстоит учиться жить без неё. Теперь у меня нет возможности позвонить ей и спросить, как у неё дела. Теперь у меня нет возможности увидеть её. Поэтому… можешь считать меня эгоистом… но я должен воспользоваться единственным способом, который позволит мне увидеть жену и проститься с ней. Я должен. Понимаешь? У меня нет времени для полноценного траура и я не могу позволить себе горевать слишком долго. И я боюсь… что, когда мы закончим все дела с Джозефом… когда не надо будет опасаться его действий… моя боль станет тише… или… Есть другой вариант. Ещё хуже. Моя боль будет настолько сильной, что я не смогу никого защитить. Понимаешь? Поэтому… я воспользуюсь магией. Так будет лучше для меня. Так будет лучше для всех.

Эль тяжело вздохнула. Она не торопилась отстраняться от брата, а мужчина продолжал обнимать сестру.

— У меня были аргументы. Чтобы отговорить тебя, — проговорила девушка. — Но… хорошо. Я не буду отговаривать. Но знай, что мы здесь, мы рядом. Мы окажем любую поддержку. Ты… просто не забывай об этом… Но перед тем, как ты воспользуешься магией, ты разберёшь коробки. Чтобы в этой комнате было видно, что тут живут… Ты сделаешь это? Ради меня?

Эль знала, что если бы Ричард выслушал её, то, вероятно, изменил своё решение и не стал использовать магию в своих целях. Но девушка понимала, что её брат раздавлен горем и цепляется за малейшую возможность ещё раз увидеть жену. Она понимала, что может быть, если магия даст желаемое, то брату станет лучше. Поэтому девушка уступила, согласилась с решением вампира.

— Обещаешь? — прошептала девушка, когда молчание слишком затянулось, а Ричард не спешил отвечать.

— Обещаю, — подтвердил мужчина.

Он понимал, что для сестры это важно. В их прежнем доме, когда они оба были ещё людьми, в его комнате всегда было лишь самое необходимое, а личные вещи хранились в походных сундуках. Слугам запрещено было касаться его вещей, а сам мужчина не считал отцовское имение домом. Много лет спустя, когда клан вернулся из Лондона и Ричард позволил разместиться в своём поместье, вампир также не собирался распаковывать вещи. Вот только на следующий вечер после переезда, спускаясь по лестнице, он увидел юную Киару. Через два года сундуки были разобраны. Ричард признал то место своим домом и впервые не захотел, чтобы клан куда-либо уезжал.

Глава 44

Обещание, данное Эль, Ричард выполнил.

Стоило ему проводить младшую сестру из комнаты и закрыть за ней дверь, как мужчина, немного подумав, повернул ключ. Вампир не хотел, чтобы его кто-нибудь побеспокоил.

— Знаю, ты была бы с ней согласна, — прошептал Ричард. Он понимал, что ему следует избавиться от попытки пообщаться с Киару, но не мог этого сделать. Мужчина отчаянно цеплялся за память и готов был создавать иллюзию того, что его жена всё ещё жива. — Первое, что ты делала… это разбирала вещи… даже в мотеле… даже если мы останавливались всего на ночь… и сейчас ты была бы очень рассержена… или молча стала бы разбирать вещи… Наверное, ты бы просто разобрала вещи.

Тяжело вздохнув, Ричард покачал головой. Ему хотелось верить в то, что Киару его слышит, но умом он понимал, что супруга мертва. Вот только сердце отказывалось в это верить.

— Скоро мы увидимся… Я надеюсь на это… Просто в последний раз увижу тебя… Затем смогу отпустить. Одна встреча. Одно касание… — вампир надеялся на то, что ему этого хватит. — Вернусь и буду помнить тебя молча. Обещаю. А пока… потерпи ещё немного… пожалуйста.

Чтобы не думать о Киару, Ричард занялся тем, что заняло все его мысли: разбор вещей. Что-то отправилось на стол, что-то в шкафы, а иные вещи он просто запихнул под кровать, лишь бы те не попадались на глаза.

Когда Ричард выставил пустые коробки за дверь в коридор, солнце уже было высоко. В комнате, как и в коридоре, было безопасно. Электрический свет разгонял темноту и сумрак, а тяжёлые портьеры не позволяли в помещение проникнуть ни единому лучику света. Чарльз Доминиг предупреждал, что в его имении есть дневные слуги, верные ему люди, которые проверяют каждую комнату и заботятся о том, чтобы вампиры спали спокойным сном, а волчата не тревожили ночное крыло имения клана «Рассвет».

— Господин Ремингтон, могу вам чем-то помочь? — старик, который сидел в кресле, оторвался от газеты.

Ричард покачал головой.

— Благодарю, нет, — вежливо ответил мужчина. — Мистер Доминиг сейчас не спит?

— Сейчас всего начало второго дня. Я уверен, что хозяин спит, но я могу дойти до его покоев и уточнить у другого слуги.

— Не стоит… — пробормотал Ричард.

Он не привык к подобному. В клане «Ночной Огонь» не было дневных слуг. Почему-то никто о подобном не задумывался или задумывался, но считал, что люди обязательно предадут. Но для Киару мужчина лично нанимал прислугу, особенно зная легкомысленное отношение девушки к происходящему и, судя по отчётам, которые ему предоставляли, Блэк частенько забывала задёрнуть шторы и могла пострадать, если бы о ней не заботились.

— Я могу что-то для вас сделать?

— Благодарю, нет, — повторил Ричард.

Вернувшись в комнату, бывший глава клана «Ночной Огонь» по привычке запер дверь, а затем пришло осознание усталости. Долгая поездка вымотала его. Несколько последних недель мужчина спал урывками, а сейчас, зная, что в доме безопасно, он позволил себе дойти до кровати и, не раздеваясь, рухнуть на мягкую постель, мгновенно провалившись в сон.

Ричард вынужден был признать, что дневные слуги — это очень удобно. Когда он займётся кланом «Изумруд», то в новом доме обязательно будут те, кто поможет днём.

Во-первых, его никто не беспокоил. Проснувшись поздним вечером, он обнаружил под дверью несколько записок. Первая и вторая записки были связаны с ерундой: его хотела потревожить Эль (младшая сестра хотела убедиться, что мужчина хотя бы приступил к разбору вещей), а также с ним поговорить планировал Самуэль. А вот третья записка была самой интересной и наиболее полезной: слуга написал, что господин Доминиг направился в свой рабочий кабинет и планирует заниматься бумаги до рассвета.

Во-вторых, в его комнату всё же кто-то заходил. Все вещи остались на месте, никто ничего не тронул, но вот на столе теперь стояла маленькая сумка-холодильник. В подобной Элизабет хранила маленькие бутылочки с алкоголем.

Открыв сумку, Ричард не сдержал смеха.

— Браво! — со смехом проговорил вампир.

Пока многие предпочитали охоту и делили территорию городов, Чарльз Доминиг по-своему решил проблему с питанием. Иначе как объяснить то, что в сумке-холодильнике находились два пакетика с донорской кровью?

Подобная забота была непривычна Ричарду, но мужчина понимал, что это практично и удобно.

— Тебе бы это понравилось, но ты бы возмутилась, — прошептал вампир, отодвигая кресло и усаживая в неё винтажную куклу. Фарфоровая красавица была точной копией юной Киару и это было единственное, что содержало в себе частичку любимой. Кукольных дел мастер использовал в работе локоны девочки. Когда-то у куклы был богатый гардероб, но всё осталось в тринадцатом доме, за исключением куклы, которую он взял в спальне и положил в коробку. — Вот так…

Ричард, со вздохом, вновь посмотрел на сумку-холодильник. Он был голоден и глупо было отрицать очевидное.

Глава 45. Со стороны Киару. Прошлое

Киару была голодная. Это видно было невооружённым взглядом, а нервные, поспешные решения лишь подтверждали то, что девушка теряет контроль над собой, поддаётся всепоглощающему голоду и уже не способна принимать взвешенные решения и всё чаще ловила себя на опасном желании: наброситься на первого попавшегося, вонзить клыки в шею несчастного и наконец-то утолить удушающий голос.