Универсальные истины (ЛП) - Головачёв

Она начала копаться в своей небольшой сумочке, вытаскивая из нее книгу, багет, сыр, баночку с инжиром, разделочную доску, соломенную шляпу, тюбик солнцезащитного крема, фляжку с водой, что-то похожее на небольшое маггловское электронное устройство, несколько журналов, колоду карт и, наконец, сложенный квадрат из мягкой ткани. С каждым новым предметом, что она доставала из сумки, глаза Драко становились все шире и шире от изумления.

— Господи, женщина, что еще у тебя там?

Гермиона закатила глаза.

— И почему волшебников так шокируют ведьминские сумочки? Что, никогда не видел заклинание незримого расширения?

Он только покачал головой и усмехнулся, когда она развернула синее покрывало и расстелила его на мягкой траве. Грейнджер разложила вещи, пробормотала быстрое отталкивающее заклинание, чтобы никто к ним не подходил, а затем села, удовлетворенно вздохнув. Драко опустился рядом с ней, упершись локтями в колени и скрестив запястья, и осмотрелся вокруг. Некоторое время они сидели молча, вдыхая сладкий воздух и остывая после жаркой прогулки. Гермиона передала ему фляжку с водой, и он сделал большой глоток, немного пораженный интимностью момента, когда прикладывал свой рот туда, где только что был ее.

Неподалеку от них расположилась компания молодых женщин, которые к полудню уже изрядно набрались, если судить по количеству пустых бутылок из-под вина рядом с ними. Они также играли во что-то типа догонялок, а в их состоянии это предполагало много падений и хихиканья. Что очень веселило группку парней по соседству, которые глазели на девушек, когда те светили трусиками во время своих игрищ. Сидящие рядом мамаши с маленькими детьми бросали на молодежь косые взгляды, фыркая и цокая на их хулиганское поведение.

— Ах, маггловский Лондон, — вздохнул Драко, наблюдая за ними из-под солнцезащитных очков.

— Не будь снобом.

— Ни в коем случае, никакого снобизма, — обиженно запротестовал он. — Я питаю очень теплые чувства к маггловскому Лондону. И мне нравится то, что я вижу сейчас.

— Хм, ладно, — Грейнджер подозрительно посмотрела на него.

— Я серьезно, — он снял очки и оглянулся. — Когда после войны становилось тяжело — сразу после того, как меня выпустили из тюрьмы, но люди по-прежнему откровенно ненавидели меня, — я часто приходил сюда. Вообще-то, ты знаешь, что у меня есть подопечная? Сестра Дафны? — Гермиона кивнула. — Ну так вот, когда она была маленькой, я водил ее в тот игровой парк прямо там, — Драко махнул рукой. — А потом мы покупали мороженое вон там, — он указал на магазин через улицу. — Никто меня не знал, все были вежливы и любезны. Это было как глоток свежего воздуха, и, боюсь показаться банальным, это исцеляло.

— Я понимаю, — Грейнджер тепло на него посмотрела.

В тот момент, вероятно, в десятый раз с тех пор, как он увидел ее на том дурацком приеме, Драко захотел, чтобы между ними не было веса их истории. Поэтому пробормотал:

— Знаешь, прости меня.

— Простить? — удивилась она. — За что?

— Да за все, — произнес он внезапно очень серьезно, глядя ей прямо в глаза. Гермиона в ответ приподняла брови. — За то, что издевался над тобой, когда мы были детьми. Обзывал тебя. Плохо думал о тебе из-за твоего происхождения. За то, что не сделал больше, чтобы остановить мою психотичную тетку.

— Драко, пожалуйста, — она остановила его, прервала воспоминания и положила руку ему на плечо. — Спасибо, но в этом нет необходимости. Я понимаю, как тебя воспитали, но с тех пор ты так много сделал, чтобы показать, кто ты есть на самом деле. Твоя работа. Мерлин, ты помог вырастить военную сироту! И я правда верю, что люди могут измениться. Давай оставим прошлое в прошлом. Того, что мы здесь, вместе как… друзья, уже достаточно.

Он положил свою руку на ее.

— Прошу, позволь мне.

— Хорошо… тогда я прощаю тебя.

Драко не отрывал от нее взгляда, и атмосфера становилась довольно напряженной. Но вдруг Грейнджер ухмыльнулась.

— В таком случае, я тоже приношу свои извинения за то, что ударила тебя по лицу на третьем курсе.

Малфой засмеялся и убрал свою руку, запустив пятерню в волосы.

— Ой, я тебя умоляю. Обычная пощечина.

— Ты тогда так не думал! — засмеялась она. — Признайся, что я уложила тебя на лопатки!

— Стерва, — хихикнул он, надевая очки и откидываясь на сложенные руки. — У тебя случайно нет подушки в этой твоей безразмерной сумке?

Она вытащила маленькую подушку и швырнула ему. Он поймал ее и сунул под голову, пока Гермиона продолжала рыться.

— Что же она вытащит дальше, дамы и господа? — вопрошал Малфой. — Клавесин? Три тома иллюстрированной «Истории Хогвартса»? Диван?

— Придурок, — пробормотала она, достав еще одно маленькое электронное устройство. — Это маггловский музыкальный плеер. Ты ведь упоминал, что изучал музыку, когда мы были у Тео?

— Да, да, все верно, и это теперь еще один мой интерес, — ответил он. — Намного превосходит любую волшебную музыку, которая на девяносто девять процентов состоит из дерьма.

— Так, ладно, я знаю, что ты изменился и все такое, но сказать, что что-то маггловское гораздо превосходит что-то из волшебного мира?

— О, есть много маггловских вещей, о которых я того же мнения, — поделился он, искоса взглянув на нее.

oOo

Гермиона внезапно очень заинтересовалась своим музыкальным плеером, когда Драко откинулся на подушку. Он что, флиртовал с ней? Она не была уверена. Тогда в пабе он определенно был намного теплее. А теперь напросился на прогулку с ней, говорил намеками, извинялся? Если бы это был кто-то другой, она бы заподозрила, что он с ней заигрывал, но сейчас совершенно запуталась в трактовке его поступков. Она просто не могла поверить, что привлекала его, а может, это ее собственное влечение к нему посылало все сигналы. Джинни думала, что он заинтересован в Гермионе, но подруга была предвзята. И безумно уверена. Грейнджер и самой уверенности не занимать, но в сравнении с младшей Уизли она временами выглядела робкой овечкой.

По правде говоря, часть ее была от него в восторге. Ее интеллектуальная ровня, остроумный, интересный и обходительный, способный одним взглядом ускорить ее пульс? Годрик, да на нее подействовала простая прогулка рядом с ним. Но все же ее осмотрительность преобладала. Как она неоднократно говорила Джинни, это же Малфой, черт возьми. Гермиона просто не могла забыть или проигнорировать это. С их общей историей и его репутацией… Она категорически отказывалась быть просто еще одним номером в списке его завоеваний. Грейнджер напомнила себе, что он играл в очаровашку со многими девушками, особенно с той красивой девушкой с вечеринки.

— Музыка, автомобили, одежда, дизайн и архитектура, еда и