Страж Вселенной (СИ) - Сольвейг Дэй

— Именно благодаря вышеперечисленному он и вступил в культ лет сорок назад, и странно, что с этой характеристикой он смог подняться до высокого ранга в их «высшем обществе», в которое, в принципе, кого попало не принимают.

— И с такой обширной сетью разведчиков тебе требуется помощь моих следопытов? Я уверена, что и на меня твоя «Алая стража» насобирала кучу грязи, о которой я даже и не знала. Ладно, забыли про это всё. Ещё я думаю, что процентов тридцать из вассалов моей матери, а теперь моих, к несчастью, также замешаны в этом заговоре. — удивленно спросила Най'Ата.

— Не беспокойся, царица моя, на верных мне вассалов я никогда не начну раскапывать грязь, только на тех, которые в последствии отправятся на плаху за измену, предательство, и пособничество культу. Ты же их рьяно ненавидишь, и ненависть эта сродни той, которая сейчас в тебе пылает ко мне. Но вскоре ты подостынешь и перестанешь меня ненавидеть, а затем и вовсе вновь полюбишь, ведь нам обоим сейчас нужно это как никогда прежде, ведь мы оба много чего потеряли за последние несколько десятков лет. — успокоил Дейвенскард.

— Размечтался ты, Рейн, между нами уже давно поставлена точка, я больше никогда не полюблю ни тебя, ни кого-либо ещё. Кстати, спасибо за дар, который ты мне оставил. Благодаря этой силе я до сих пор жива, да и мама поведала мне очень странную историю про то, что я оказываюсь её приемной дочерью, а моя настоящая мать, скорее всего, не поверишь, Верховная богиня жизни. — холодно ответила Най'Ата на намёки Дейвенскарда.

— Что же, это, похоже, все объясняет, если ты дочка Малль» сайры, то это объясняет и тот факт, что мое божество передало Шалии обличие волка, и внутри меня, возможно, он сейчас живет, скорее всего, именно в этом обличии, — разочарованно ответил Дейвенскард — а еще это объясняет то, как нас друг к другу тянет, ведь тот дар, что дал тебе Кайар, это ничто иное, как душа Белл в её ипостаси, аспектрала Судьбы, и ты неосознанно притягиваешь меня к себе, так что твоя ненависть — временное явление, и вскоре ты поймешь, что зря меня ненавидела. Твои способности управления холодом, скорее всего, тоже имеют божественную природу, я еще тогда понял это, когда ты своими холодными руками прикасалась к моим ранам.

— Ладно, мой ненавистный суженый, — возразила Най'Ата на предложение Дейвенскарда — давай закончим наши пустые разговоры про наше будущее, и наконец займемся делами, которые сейчас будут поважнее, чем выяснение наших отношений. Займемся наконец дворяно-культистскими ублюдками, что пытаются захватить власть в моём царстве. Это тебя, как императора, должно не меньше моего волновать, они все-таки разоряют твою империю!

Закончив беседу, они вышли из шатра, и собрав объединенное войско, направились на штурм укрепленной крепости оккультиста Юниадора Крелла — Хоцвенбрук. По пути они поочередно заезжали во все встречавшиеся на пути города и крепости в поисках других заговорщиков, которых, как оказалось, было немало. Их огромное войско медленно продвигалось вглубь царства, поочередно уничтожая укрепленные крепости и очищая города от заразы культистской лжи, которую те старательно распространяли, набирая в свои ряды все новых последователей из числа жаждавших власти дворян. Те вассалы, кто сладкой лжи культа не поддался, охотно присоединялись к войску Серого владыки и их Великой царицы, которая решила править немного иначе чем её мать — она решила использовать оружие врага против врага же, создав культ своей божественности, и благодаря своему шарму быстро завоевала последователей по всей территории своего царства.

Благодаря чему влияние Культа Падшего стремительно падало, а Культа Аспекта судьбы росло с такой скоростью, что те немногие вассалы и дворяне, что были верны её матери, быстро разносили весть о том, что их царица является дочерью богини жизни, и если она захочет, все мятежники подохнут или даже перебьют друг друга в борьбе за власть, но власти не получат.

Все больше дворян примыкало в ряды войск своей обожествлённой царицы, и спустя несколько месяцев долгой борьбы, практически все мятежные лорды были уничтожены, но оставалось несколько лордов, которые все еще были верны культу богини смерти и чумы, в их числе был и Юниадор, и они вынашивали новый план, заседая в своей крепости Хоцвенбрук, превращённой в одну из черных цитаделей Культа, и убивая любого, кто решит восславить обожествлённую царицу.

Глава XIV

«Дворцовые интриги»

Чтобы хоть как-то выйти из безвыходного положения, Юниадор приказал своим приспешникам возвести в радиусе десяти лиг от черной цитадели укреплённые крепости, чтобы замедлить продвижение сил ненавистного Серого владыки и «Царицы, которую нарекли аспектралом». Затем он собрал своих немногих оставшихся в живых дворян-культистов, на совет для того, чтобы обсудить план наступления на имперские войска.

— Мои дорогие, и не очень, братья и сестры по культу, как вы знаете, презренная царица нашей земли, Най'Ата решила, что если она назовется «аспектом судьбы», то все начнут её почитать как новую богиню в своём пантемате, и многие из тех идиотов, которые не считали нас законными правителями этой Великой северной страны, поверили в её божественное начало, — громогласно произнес Юниадор, после чего, повысив голос до крика, добавил:

— Но я не верю, она такая же полукровка, как и этот Серый император, лже-потомок древнего рода, корни которого якобы уходят во времена, когда наши первородные предки строили свою империю, и когда они впервые заинтересовались тайнами тёмного измерения и призвали в этот мир силы тёмных аспектралов! — воскликнул Юниадор — которых другая половина первородных презренно называла «падшими», «отступниками», но ведь это их предали, а они лишь хотели облагородить эту погрязшую во лжи созидателей, веривших в то, что их целью является следование лживым письменам, начертанных на фреске храма в Архреллия — Мира Аспектралов, из которого впоследствии наших аспектралов изгнали, обвинив в братоубийстве. Теперь же мы вернем им должок, и первое, что мы сделаем, это убьем этих лже-аспектов, что бродят по исконно нашим землям, убивая наших братьев и сестер!.

— И что же ты, Юниадор, предлагаешь нам, низшим чинам дворянской знати, делать в таком случае? Ведь хоть они и лже-аспектралы, они все же обладают теми силами, о которых говорится в легендах, я лично видел, как серый владыка выжигал кровь из предателей, которые были до тебя, всего лишь смотря им прямо в глаза, — недоверчиво сказал приближенный дворянин, — что-то все же внутри него есть такое, чего даже я не понимаю и очень сильно боюсь. Когда тебя схватят, я уверяю тебя, он и тебя укокошит при помощи этого взгляда. Но я с вами не хочу больше бояться этих жутких уродов-полукровок.

— Они казнили Гриммалана! А ведь он был единственным нашим человеком, которому удалось внедрится в совет Альянса крови, туда не каждый может вступить. И погубило его глупое бахвальство! Я был в тот день на совете, когда Владыка-император приказал его схватить, они увели его в темницы, долго пытали, и когда он не сказал им ни слова, они залили в его рот кипяток, а потом вывесили его выпаренное тело на всеобщее обозрение, в центре Р» хаальи! — сообщил старец-культист, сидевший в первых рядах зала.

— Серьезно? Вы боитесь его взгляда?! Это же ясно даже болвану, который прогуливал уроки в академии, что он просто очень искусный чародей, и при помощи магии крови способен нагревать кровь, а затем, просто выводя эту подогретую массу наружу, — усмехаясь, сказал Юниадор, не скрывая презрения к владыке-императору, а затем продолжил свою речь, — я предлагаю, во время внеочередной его речи, напасть на него и убить, тридцать человек будет достаточно. Первый удар нанесет тот, кому он очень сильно доверяет. Есть такие среди сидящих в зале?

— Его агентурная сеть выявляет всех недоброжелателей еще до того, как мы подсылаем к нему, а после он самолично их убивает этим самым взглядом, либо через неделю их находят убитыми в собственных апартаментах, убитых собственной рукой, ведь не зря его кличут Серым владыкой. А вы знали, что он взглядом способен мысли недоброжелателей менять настолько, что они готовы сами себя убить, только бы сгладить нарастающие муки совести! — прокричал молодой дворянин с задних рядов.