Малина для оборотня (СИ) - Икон Кей

Но всё же грубый властный поцелуй в шею, заставил скривиться и протестующие зашипеть, но одновременно, о блин. Нет...он же несерьёзно.

Я изо всех сил пыталась убедить себя, что мне только слышится звук расстёгиваемой ширинки.

А потом Гор резко отстранился. Я не поняла, что происходит. Удивлённо охнула и раскашлялась, сползая на пол без поддержки. Ноги дрожали, руки тоже, Спина ледяная. В ушах звенело, но я всё же расслышала странный звук, похожий на удар, а в следующий миг в голове зазвенело от грохота металлических тазов или чего-то похожего.

Передо мной будто портал сияла распахнутая дверь. В проходе до боли знакомая спина, но мне не хватало решимости поверить, что это правда он. Алик Гор сидел на полу среди театрального реквизита придерживал нос. Над губой собирались кровавые ручейки. Очень неуместно, но этот придурок улыбался.

– Рехнулся? – глухо прорычал голос, в котором я не сразу узнала Марка.

О, блин. Марик. Марк!!! Как же я рада его видеть в этот момент! Бо-о-о-ожечки. Всё. Ни на шаг не отойду от него, малиной клянусь! Пусть орёт, что угодно делает, лишь бы другие не трогали! Марик…

– Что, одумался, волчара? – хмыкнул Гор. – Она ж наскучила тебе.

– Ты лучше рот закрой, ублюдок. Иначе отбор закончится для тебя прямо сейчас. Жизнь тоже.

Алик не ответил. Глянул на измазанную в крови ладонь и вдруг хохотнул:

– Ясно. Ты её трахнул. Не сдержался, да? – рассмеялся. Глухо и жестоко. – Какого это? Понимать, что пошёл тропой отца и остался одиночкой на всю жизнь? О, или благородный волк заведёт ещё подружку? Это будет о-о-очень смешно.

– Я ударил слишком сильно, и ты оглох?

Тон, которым он напугал меня несколько часов назад, сейчас очень к месту. Алик глянул на меня и подмигнул, на что Марк зарычал. Гор посмотрел на него.

– Мы не закончили с Малинкой, но я позволю тебе поиграть с ней ещё немного. Это всего на неделю-две.

Поднявшись, он отряхнулся и вышел как ни в чём не бывало. Это было так странно и неестественно, что сердце пропустило удар. Музыка звучала очень далеко. Марк выдохнул и присел на корточки. Неуверенно протянул подрагивающую ладонь.

– Иди ко мне. Пожалуйста.

Я на четвереньках подползла к нему и вцепилась в руку. Плевать, как выглядит!

– Марик, спасибо. Блин, спасибо! Прости меня-я-я-я, – я не выдержала и завыла, пряча лицо в белоснежной рубашке.

Он обнял меня, прижимая с силой, но не больно.

– Зачем, – голос странно подрагивал, и Марк стал говорить шёпотом. – Зачем, Алина? Очевидно, что провокация Гора ничем хорошим не закончится.

– Потому что у меня мозги отключились, – продолжала реветь я. – Хотела тебе помочь. С исти-и-и-инной. Я же… – всхлипывания мешали объяснять, – чтоб у тебя получилось всё. И ещё... ещё... зла-а-а-ая была. Старалась для тебя, Алинку упрашивала, хотя и жалко отдавать. Жуть просто!

Он скрипнул зубами и погладил меня по волосам. Мягко, успокаивающе, хотя я слышала, как колотится сердце у него в груди.

– Всё будет хорошо. Он тебя не тронет, – сказал тихо и правдоподобно, что слёзы потекли сильнее. – Я обещаю.

– Ес...сли по-другому с девушками нельзя, то лучше с тобой, – я сама не поняла, что сказала. – Лучше ты.

– Не сделаю. И с девушками нужно по-другому. Гор – ублюдок. Главная причина моего участия в отборе, – помешать ему стать князем. Народ с ума сходит. Я тоже это чувствую. Мысли идут не так. Те, у кого сила воли послабее срываются. У Алика этого качества вообще нет.

Половину я прослушала. Просто сосредоточилась на голосе Марка. Спокойном и внушаемом безопасности.

Глава 29. Выбор напитка

Наконец смогла посмотреть на Марка и выдавить дрожащее:

– Спасибо. Марик, я... буду делать, что скажешь. Правда. Всё, никаких выбрыков. Только отбор и потом тихонечко сижу в комнате и никому не мешаю.

– Не нужно. Ты не пленница, – он смазал слёзы с моей щеки. – Прости меня. Сам дурак, не надо было орать на тебя. Разозлился. Ты важна мне, вот я и… Давай больше не ругаться? Если меня заносит, просто бей по морде, ладно?

– Давай, – я протянула ему мизинец и прижалась щекой к его груди. – Мир?

– Мир, – по голосу казалось, что он улыбается. – Если слишком трудно, могу вернуть домой, ничего страшного.

– И ты этого хочешь? Правда ничего не будет?

Не отрываясь от его груди, я подняла голову и встретилась с золотисто-карими глазами Марк. Некоторое время молчал, прикидывая варианты. Посмотрел на дверь, за которой скрылся Гор и поджал губы.

Мы оба понимали, что «ничего страшного» – ложь. Знали, что Алик угрожает не просто так.

– Не хочу, – признался он. – Насчёт последствий… на отборе много сильных кандидатов. Но нужно наказать гориллу за сегодня.

– А я не хочу от тебя уходить, – позволила я тебе прижаться теснее, вдыхая волнующий аромат. Но тут же исправилась. – В смысле... из турнира выбывать. Ну, ты понял. Хотя, нет. Ты – главнее.

– Тогда не уходи, – улыбнулся он, снова мягко и так приятно погладив по волосам. Божечки, такое простое касание, а мурашки по телу! – И после турнира гнать не буду. Порядок наведём, не тронут. Да и кто рискнёт здоровьем докучать княгине?

Я отстранилась.

– Лучше выгони. Здесь-то я уж точно никому не сдалась. Да и родители ведь ждут.

– Да… конечно, – он опустил взгляд и добавил с тоской. – Семья важнее всего.

– Стая, – я улыбнулась. – У нас тоже. Хоть маленькая, но дружная. Ну, ты же видел, да. Эх, знал бы как мама советовала на тебя открывать охоту, – призналась я.

– Охоту? Не думал, что волк ценная добыча, – Марк посмеялся и поправил рукав моего платья. – Посмотрим ещё. Это лишь первый день. Может к концу так сдружимся, что стая будет общая, – он подумал, как звучит и смутился. – Если я тебя не достану окончательно.

В этот момент он мне показался самым лучшим и совершенным созданием во всех мирах. Улыбка такая тёплая и ободряющая, оборачивала будто мягкий плед. И говорит-то как… Важна ему. Стесняется. Может… всё ещё… не знаю!

Не сдерживая эмоции, обняла его крепко-крепко. Зарываясь лицом в ткань рубашки и вдыхая свежий древесный аромат, означающий защиту и безопасность.

– Прости меня, – шепнула я. – Больше я не буду так тупить.

– И ты меня. Должен был сразу за тобой пойти.

– Нет, – я опустила голову. – Сама ведь напросилась. Значит, и самой отдуваться.

– Не здесь. Я привёл тебя под свою ответственность и буду следить внимательнее, – Марк погладил меня по плечам. – Ты как? Пойдём назад или хочешь ещё подышать?

– Идём, а то проторчим здесь, – я огляделась. – Где бы мы ни находились. А там уже коронуют кого-нибудь, или что там у князей? Придётся устраивать покушение. Но я ради тебя готова, – выпятила грудь. – Рыцарь Алина спешит на подвиги для своего принца.

– Тогда я спокоен за Мунис.

Уже перед выходом я подняла голову и спросила:

– А как нашёл? Просто… я подумала, раз я начудила, ты не захочешь разбираться, где я.

– Ты – моя пара. Когда исчезаешь, я иду по следу, – он шевельнул плечом.

Вроде ничего такого не сказал, а внутри стало тепло-тепло. Будто морозным вечером у камина. Моя пара. Как красиво звучит…

Вышли мы вовремя.

Со сцены унесли рояль и поставили четыре кресла. Хотя правильнее назвать их тронами. И восседали на них… женщины?

Одна из сидящих – уже в годах, но с величественной поистине королевской выправкой, казалась знакомой. Светлые, чуть тронутые сединой волосы уложены в элегантную причёску, на шее ослепительно блестит широкое колье. Обманчиво простое чёрное прямое платье, которое явно стоило как мой дом, а может и больше, подчёркивало фигуру, когда она поднялась и обвела взглядом гостей.

– Наш муж, – оглянулась она на остальных, – и ваш князь, пал от лап единственного непобедимого противника – смерти. Как его истинная пара и старшая жена, я правила Мунисом последние месяцы. Но, как вы знаете, не могу принять силу, в которой нуждается этот мир. Я собираюсь вернуться в Явь, а здесь должен остаться оборотень. Самый сильный из альф, прошедший ряд неординарных испытаниях, которые мы подготовили. Князь должен проявить себя как смелый, справедливый, разумный и креативный. А ещё ответственный и перспективный продолжении рода.