Найти и потерять … - Елена Терешкова

Каково же было моё удивление, когда я её не нашёл. Закрыл глаза, сосредоточился, попытался уловить её волчьим чутьём. В этом большом доме её не было. Чёрт бы её побрал, она сбежала. Меня словно окунули в ледяную воду, барахтаюсь, захлёбываюсь, запас кислорода на исходе. А потом я вынырнул и сделал этот болезненный вдох, вместе с которым пришла ярость. Нестерпимые удары пульсировали в висках. Пытался успокоиться, прийти в себя, не получилось. В бешенстве рвал, бил всё, что было в её комнате. Все платья, которые я так тщательно подбирал, изодрал в клочья. Она даже на них не взглянула. Следы моих когтей были повсюду, включая стены. Не контролировал переходы из человека в зверя, это опасное состояние, такого со мной ещё не случалось. Лёг на кровать, точнее рухнул от бессилия. Там, на белье остался её запах. Как сумасшедший жадно вдыхал его ноздрями, прижимал к себе подушку. В этот момент я был противен сам себе. Сейчас я понимаю, что такое зависимость, она ломает, крошит даже самых непокорных. Чувствую себя рабом, безумцем, который не стремится к свободе. Никогда не думал, что мне может быть так больно. До одури хотел, чтобы она принадлежала мне, только мне, хотя знаю, что её сердце отдано другому. Я это исправлю.

Сейчас для меня важно понять, кто помог Тионе с побегом. Друзей у неё здесь не было, знаю точно. Прислуге запретил с ней общаться, всё держал под контролем. Где я просчитался? Интересно. И всё же кто? Это Илва, без сомнений. Не побоялась смерти? На каком этапе выпустил её из виду? Решил выяснить всё немедленно. Нашёл её быстро. Девушка занималась уборкой комнат, когда я ворвался. Никакого испуга, видимо ждала. Хотя, по правде, надеялся увидеть другую реакцию, но точно не презрение.

– Зачем? – сдерживая гнев, сквозь зубы прошипел я.

– Пусть хоть одна останется живой, ни калекой, ни уродом, – она посмотрела мне в глаза, зная, что прислуге так делать нельзя, запрещено.

– Ты же знаешь, что я накажу тебя?

– Знаю.

– Ты готова умереть ради неё, предав меня?

– Готова, ради её малыша.

– Что ты несёшь?

– Я всегда чувствую зарождение маленькой жизни. Это мой дар.

– Этого не может быть.

– Она далеко от вас. Она будет жить. Она испытает то, что не дано мне. Вернее, то, что вы у меня отняли.

– Если ты мне соврала, вырву твой язык. Я сдержу обещание.

– На ней закончатся мои муки, я смогу дышать свободно. Все те девушки больше не будут приходить ко мне во сне. Они не будут просить о помощи, и кричать от боли. Устала так жить.

– Почему же ты не убежала вместе с Тионой? У тебя была возможность.

– Вы бы наказали какую-нибудь другую служанку, которая ни в чём не виновата.

– Умная девочка, ты правильно поступила. Сегодня от боли будешь кричать ты и просить, нет, умолять меня о смерти.

Подошёл к Илве, сдавил её горло не сильно, хотелось поиграть. Она начала задыхаться, но не сопротивлялась. Смотрела на меня своими большими синими глазами, в которых отражалась вся ненависть, отвращение, неприязнь по отношению ко мне.

– Проси меня о пощаде, – властно потребовал я. – Проси, – повторил.

Девушка покачала головой, показывая, что она не будет этого делать. Со злости отбросил её в сторону. Мне ничего не стоило задушить её, но нет, она не уйдёт от меня так быстро. Илва осталась сидеть на полу, тяжело дыша и всхлипывая, она уже была не далеко от истерики.

– Хочешь, сегодня ты станешь моей игрушкой? А потом сможешь присоединиться к тем, кто просил тебя о помощи. Тебе будет, о чём с ними поговорить.

Девушка молчала. Видно было, как она сдерживает слёзы, страх и панику давящую её изнутри. Она давно уже свыклась с мыслью о смерти, но всё – равно ей было страшно.

– Знаешь, нет желания с тобой сегодня играть, это сделают другие. У меня появились дела важнее. Пока ты будешь жить, но лишь на волосок от смерти. Я найду её. Хочу, чтобы она взглянула на тебя и поняла, что зря так поступила.

Не знаю, что почувствовал, когда узнал о ребёнке. Не скажу, что радость, потому что с человеком это невозможно. Скорее всего, я просто не поверил словам Илвы. А если это всё-таки, правда? Тогда кто может быть отцом кроме меня? Никого другого у неё не было. От ликана может забеременеть и выносить только ликан. Тиона ликан? Вот почему меня так к ней тянет, выворачивает нутро от желания. Я – слепец, который ничего не видит у себя под носом. Сейчас мне всё понятно.

– Заберите эту тварь. Можете пользовать её, но она должна остаться живой, – дал указания вошедшей охране.

– Замолчите, – вдруг начала громко кричать девушка. – Прошу вас, замолчите.

Подошедшая к ней охрана не понимала в чём дело и с кем она вообще разговаривает. Они переглянулись, не зная, что делать дальше. Илва сидела на полу, зажав ладонями уши, и выла. Со стороны это выглядело так, как будто её чем-то оглушили.

– И как давно это с тобой? – поинтересовался я. – В глаза смотри, – приказал грубо.

– Моя голова сейчас взорвётся. Эти голоса, их много, они одновременно раздаются у меня в голове. Они все стоят у меня перед глазами, все пришли ко мне. Неужели вы не видите?

– Ты сломалась, девочка. Жаль, что так быстро. Почему-то думал, что ты сильная, ошибся. Ты такая же, как и все они, … мои игрушки.

– Я не безумна, – уговаривала она сама себя. – Перестаньте меня терзать. Уходите. Не хочу ничего слушать.

Девушка, сжавшись комочком на полу, скулила. Она пыталась взять себя в руки, но ей это не удавалось. Голоса в её голове всё говорили и говорили. Так плохо ей ещё никогда не было. Гул голосов нарастал, уже казалось, что эти безликие тени пришли за ней, не понятно только спасти, или уничтожить. Сил сопротивляться почти не осталось, головная боль разрывала на части.

– Я хочу всё забыть и не вспоминать о них больше никогда, – прошептала Илва.

– Скоро у тебя появятся новые воспоминания. Они будут напоминать о моих крепких, здоровых ребятах. Не могу сказать, сколько их будет, но точно не мало. Тебе будет, о чём