Карра для Лаки (СИ) - Савченя Ольга "Мечтательная Ксенольетта"

Сегодня в тренировочном зале Лаки находился один. Но даже, если бы боевики проводили свою очередную тренировку, Карре и ему не о чем было переживать. Слухи неизбежны, но вместе со всеми слухами по институту бродило одобрение преподавателей. Успеваемость Карры повысилась в короткие сроки, а Лаки обещал к концу года написать работу об уникальном случае Скойлок. На счет Уолсана Квинфа опасения пропали даже у Ювена: этот парень был помешан на своей рыжеволосой девушке, совершенно не интересуясь делами собственной невесты. Его интересовали только негативные слухи, и пока их не было, он лишь кивал Лаки при встречах, не проявляя больше никакого внимания.

Карра вошла в зал, и Лаки не сдержал улыбку, чувствуя облегчение от того, что дождался ее. Он спрыгнул с невысокой преграды, за которой прятались боевики, когда разыгрывали бой, и направился к своей девушке. Хоть он и терпел всего лишь ночные объятия, ему нравилась мысль, что Карра именно его девушка. От этого все сводило внутри, и голова немного кружилась.

— Ты опоздала. У тебя все нормально? Как самочувствие? — Он, не увидев привычной бесценной улыбки на ее лице, сильно обеспокоился.

Он внимательно смотрел на меня, чуть хмурился, но терпеливо ждал, соизволю я ответить или нет. А его улыбка несколькими секундами ранее... Разве убийцы такие? Агнети просто жить не может, не омрачая реальность. Ее предположения определенно ошибочны.

— Самочувствие прекрасное, а настроение плохое.

— И кто посмел испортить настроение Карре Скойлок? — вновь улыбнулся он и медленно направился в угол зала.

— Лаки, я должна была раньше признаться, но все надеялась, что сама виновата. — Я побрела за ним следом. — В воскресенье утром я заметила, что твоя куртка пропала.

— Может, завалилась куда. — Он пожал плечами, оставаясь равнодушным.

— Было бы куда. Я все обыскала, а потом еще и заметила недостающую фигурку.

— Они выглядят дорогими. — Глянув на меня, он нахмурился. — Хочешь, подарю тебе взамен новую?

— Такую же не подаришь.

— Найдем другую или две других, если они тебе так нравятся.

Не то чтобы нравились, скорее я привыкла к ним. Когда-то я стремилась быть похожей на многих, но у меня ничего не получалось. Коллекционирование бесполезных вещей не изменяло мою суть. Все равно рано или поздно я для многих оказывалась ненормальной и с причудами. Фигурки остались, как и увлечение, но желание не выделяться пропало. Я нашла новое спасение. Иногда во мне пробуждалась злость, когда на меня оглядывались парни: может, я им приглянулась, а может, кто-то из них запомнил мой влюбленный взгляд на себе, несмотря на то, что я уже успела все забыть. Кому понравится такое насмешливое внимание? Когда волосы приобрели ярко-синий цвет, стало проще списывать все взгляды и внимание к себе именно на них. Яркая Карра Скойлок. В любом случае, запоминающаяся. Причины потеряли былую важность — растворились в яркости моего восприятия.

— Лучше подари мне еще какую-нибудь свою вещь, — попросила я.

Лаки улыбнулся шире, оборачиваясь ко мне возле невысокого стола, и обрадовал. Молча закатал рукав кофты и стал развязывать один из браслетов. Он любил их, но не за красоту, а за целебные и защитные свойства.

— В этом вкрапления акрода. Защитим тебя от мелких паразитов вроде москитов и клещей. Зимой почти бесполезно, но в остальное время не лишнее. Давай руку.

Он аккуратно повязал мне шнурок, с виду напоминающий обычный кожаный браслет. Глядя мне в глаза и прикусывая язык, провел пальцами по запястью к ладони, явно наслаждаясь моей реакцией. Моя влюбленность так точно не пройдет никогда.

— Начнем, Карра. — Лаки в мгновение поменялся из игривого парня в серьезного и собранного студента. — Сегодня я принес половинки сухофруктов.

Я глянула на стол разглядывая горку из одинаковых оранжевых полукружечков. Тяжело вздохнула, понимая, что ненавижу магию истины. Самая ужасная магия, которую только можно придумать!

— Пока они были цельные, я обработал каждую разным зельем. Мы сможем по реакции целительного заклинания узнать, какая половинка к какой принадлежит. Вот только сделаем это после того, как ты разберешь их, собирая пары.

— А… И каким заклинанием я должна определить? — Я растерялась, вспоминая все, что вынуждал меня учить Лаки.

Если бы не моя влюбленность и желание впечатлить парня, я бы сразу все к демонам послала. Надо было послать.

— Не знаю. — Он пожал плечами, но насмешку не прятал, а значит, все прекрасно знал. — Я целитель, а не маг истины. Но я уверен, что в учебнике видел его. Вперед, Карра. У тебя два часа. Если ты не против, то пока ты занята своей магией, я займусь своей.

Я тяжело вздохнула, усаживаясь на стул, и чуть скривилась, строя жалобное личико, но Лаки остался беспристрастен. Он отвернулся, будто знал, чего от меня ожидать, и разместился на скамье неподалеку, вытаскивая конспект из сумки и полностью выпадая из реальности. Мне только и оставалось, как разбираться с поставленной задачей самостоятельно. Печали добавлял тот факт, что Лаки запрещал приносить с собой конспекты. Я и не поняла, как за короткое время превратилась в затворницу, стараясь зубрить все, что требовал возлюбленный. Мне нравилось, когда он хвалил меня за ум, особенно, если забывал напомнить, что мой главный враг — лень.

Воспоминания приходили туманно, но толк все равно был. Примерно через десять минут, я отсеяла десяток заклинаний, которые не подошли только потому, что они связывали предмет с живой сущностью. Из тех, которые оставались, довольно быстро вспомнилось одно самое подходящее. Вот только пример его использования в учебнике мне не понравился. Маги истины, расследуя убийства явно больных людей, использовали заклинание Валковран, отыскивая убитого по частям. От воспоминания мне стало дурно, но я быстро переключилась на практику, придуманную Лаки. Даже наши преподаватели не додумались до того, чтобы заставлять нас перебирать горку сухофруктов. На экзамене, скорее всего, для этого заклинания будут использовать муляж человеческого тела. Ненавижу магию истины!

Я вытащила первую половинку и постаралась сосредоточиться на ней. У каждого предмета есть аура, и если правильно влиять на нее, то можно добиться многого. Валковран подразумевал не просто связь и тонкую ведущую нить к владельцу, а должен отделить все части одного целого от всего мира. И границей для них стану я.

— Ларинио алконс итва, — тихо произнесла я, поглаживая воздух над оранжевым кусочком безымянным пальцем.

Палец укололо невидимой иглой. Я скривилась, стиснув зубы, но руку не отдернула. Где-то в произношении допустила ошибку. Возможно, неверное ударение. Повторяй, Карра, пока не получится. Со второй попытки все получилось — меня чуть пошатнуло и глаза закрылись, будто я сутки не спала. Несколько секунд забвения, теплота в руках немного отвлекала, но вскоре я ощутила трезвость, легкое волнение и прилив бодрости. Опасаясь упустить шанс, я очень быстро разбросала горку по поверхности стола. Отчетливо почувствовала, в какую сторону меня тянет, занесла руку, прикрыла глаза и полностью доверилась слепому чутью. Когда положила ухваченную половинку ко второй, волнение отпустило, а значит, ошибки быть не могло. Я улыбнулась, отодвигая первую пару, и потянулась к следующей дольке. Во времени я потерялась, как и в пространстве. Вновь и вновь концентрируясь на заклинании поиска, я упустила Лаки из виду, поэтому вздрогнула от негромкого высказывания на ушко:

— У тебя неплохие способности. Даже обидно, что они пропадут в безделье и беззаботной жизни Скойлок.

— Тебе ли говорить, выдающийся целитель, но будущий владелец ресторанов? — Я повернула голову и выдохнула, не сводя взгляда с его губ.

Он меня когда-нибудь еще раз поцелует? Или моя влюбленность закончится, и я упущу возможность вскружить себе голову в очередной раз за этим приятным занятием?

— Рестораны... Я надеюсь, открыть свое дело, — шире улыбнулся он.

— А мне не рассказывал! — обвинила я его.