Ключ Берсена (СИ) - Клеменская Вера

— А если кто-то воспользовался для поездки окном в расписании? — возразил лорд.

Я приуныла, потому что он был совершенно прав. Это у нас, студентов, занятия с понедельника по субботу, а у преподавателей бывают и свободные дни. Как же я не подумала! И что теперь? Всё расписание изучать, проверяя, кто ещё в эти даты мог уехать? Вздохнув, я потянулась обратно к листу с расписанием.

— На самом деле ты права, — неожиданно продолжил лорд Маркос, перехватив мою ладонь. — Если преподаватель покидает академию на ночь, он обязан указать свой отгул. Видишь прочерки зелёным? На эти дни их не стоит ни у кого.

— А зачем тогда сказали про окно? — сердито выпалила я, выдернув руку.

— Хотел знать, насколько решительно ты настроена, — невозмутимо отозвался лорд.

— И как, узнали?

— Узнал. Нам здесь ещё нужно что-нибудь?

— Пока не знаю, — вздохнула я.

— Тогда собирай это всё, — решительно распорядился лорд Маркос. — Лучше нам отсюда убраться, пока мэтр Беймарн не явился навестить свои запасы бренди.

Я тут же торопливо принялась складывать листы. Сам мэтр Беймарн был человеком милейшим, и на студенческие шалости закрывал глаза. Но, к несчастью, он не только очень уж любил выпить, но и делал это крайне неумело, периодически попадаясь мэтрессе Фишт в не совсем трезвом виде. И вот тогда-то в панике выдавал всё и всех в надежде переключить гнев досточтимой мэтрессы на кого-нибудь другого. А мне категорически не хотелось объяснять ей, что я делала вечером в архиве в компании лорда Маркоса. Потому что говорить правду в данном случае будет бесполезно.

Забрав у меня заново сложенные и завязанные папки, лорд вернулся к шкафу и одним быстрым пассом слевитировал их по местам. И моё позабытое было желание влепить ему пощёчину переросло в настоятельную потребность. Он ведь и снять их мог точно так же, а не лапать меня за… за… Боги великие, какой же мерзавец!

— Многоуважаемый лорд Маркос, — процедила я сквозь зубы, когда он вернулся обратно, на ходу стряхивая с сюртука пыль, — должна сказать вам, что если вы ещё раз позволите себе…

— То второго свидания не будет? — с совершенно бесстыдной усмешкой перебил меня лорд.

Я пулей вылетела из архива, понимая, что никак иначе сдержаться не смогу. Да какая вообще муха его сегодня укусила?! За кого он меня принимает?! Это ведь не я заявилась к нему с вопросами!

Пробежав через холл, я выскочила на крыльцо и быстрым шагом направилась по боковой аллее, подставляя мелкому дождю пылающее лицо. Но далеко уйти мне не удалось. Позади прошуршали шаги, потом меня схватили за руку выше локтя и потащили обратно.

— Не смей выходить из здания одна, — отчеканил лорд Маркос в ответ на мой испуганный писк. — Мало тебе того раза?

— А вы не смейте… — начала было я, но споткнулась на ступеньке. К счастью, меня всё ещё держали достаточно крепко, и мой нос не познакомился с каменными плитами крыльца. К сожалению, он познакомился с сюртуком вовремя развернувшегося и подхватившего меня лорда.

— Извини, — сдался лорд, так и не отпуская мою руку. — Я не…

— Что тут происходит?

Боги великие. Я ничего ещё не видела, так и стояла, уткнувшись в плечо лорда Маркоса. Но перепутать этот голос не смогу никогда и ни с чем. Определённо, если сегодняшний день и не станет худшим в моей жизни, место в первой десятке ему гарантировано.

— Мэтресса, — медленно выговорил лорд Маркос, и отчего-то это вежливое обращение к учёной даме прозвучало как непристойное ругательство. — Здесь не происходит совершенно ничего, заслуживающего вашего внимания. Девушка всего лишь споткнулась.

— А вы любезно помогли ей не упасть?

Яда в голосе мэтрессы Фишт хватило бы на всё население Глэна. Бесы побери эту старую воблу! Откуда она тут только взялась в такой час?! Ведь обычно перед ужином она инспектирует аудитории на предмет забытых вещей, а заодно и парочек, наивно решивших поискать там уединения.

— Совершенно верно, мэтресса, — невозмутимо согласился лорд Маркос, наконец-то отпуская меня.

Богам ведомо, сколько силы воли мне потребовалось, чтобы не отскочить от него ошпаренной кошкой, а с достоинством шагнуть в сторону, аккуратно поправить юбку, присесть в реверансе и выговорить:

— Благодарю вас, лорд куратор. Прошу извинить мою неловкость.

— Не стоит, — сухо ответил лорд, не двигаясь с места. — С каждой может случиться. После ужина будьте любезны перемыть посуду в четвёртой лаборатории. И более не покидать здание в одиночестве.

— Конечно, лорд куратор, — покорно согласилась я, не поднимая глаз. — Позволите идти?

— Идите, — раздражённо бросила мэтресса, резко развернулась и направилась к дверям учебной части.

Там-то она наверняка и сидела, изучала наши табели и обдумывала взыскания. Собиралась раздать после ужина, на десерт. А самое ужасное, что окно было приоткрыто. И похоже, она не только видела всю сцену, но и что-то услышала. Выходит, мне конец. Три года эта грымза пыталась поймать меня хоть на чём-то серьёзнее двухминутного опоздания, и уж теперь-то отыграется за всё. Особенно за подвал.

Кое-как дойдя до своей комнаты, я вяло порадовалась отсутствию Лики и рухнула на кровать лицом вниз. Дёрнули же меня бесы пойти в архив с Маркосом. Ведь могла бы одна сходить, не такой уж там сложный замок, до ужина бы как раз управилась. Скорее всего. Но нет, побоялась. Хотя кто стал бы караулить меня среди пыльных бумаг? А уж побежать на улицу было и вовсе верхом глупости. За которую в ближайшее время предстоит здорово поплатиться.

Уткнувшись в подушку, я застонала. В памяти как назло раз за разом всплывало всё случившееся. На руке, наверное, синяки остались. И они очень-очень заинтересуют Лику, когда она сегодня будет натирать меня проклятой мазью. Всё, это конец света. Мой, персональный.

— Ди! — радостно выпалила лёгкая на помине соседка, вихрем врываясь в комнату. — Идём ужинать!

— Не хочу, — простонала я в ответ.

— Ничего не знаю, — уверенно провозгласила Лика, выдёргивая из-под меня подушку. — Тебе нужно есть побольше после лечения. — Вставай и идём, пока всю курицу не расхватали, не хочу эти ужасные котлеты.

Мы жили вместе уже четвёртый год, потому я знала: в такие моменты бороться бесполезно. Остановить Лику сможет разве что моя скоропостижная кончина прямо здесь и сейчас, но на столь удачный поворот надеяться не приходилось. Так что я отлепилась от кровати, кое-как привела в порядок волосы и поплелась за соседкой.

К моему несказанному удивлению, моего имени так и не прозвучало. Зато Лике выпала радость два вечера отработать в библиотеке за низкий балл по теории высших зелий.

— Хотя бы узнаете, как выглядят книги, — наставительно проговорила мэтресса Фишт, потом перевела испепеляющий взгляд на меня, но больше ничего не сказала. Захлопнула папку и отбыла восвояси.

— Могло быть и хуже, — философски заметила Лика, вгрызаясь в яблоко.

— То есть? — на всякий случай уточнила я.

— Могли послать отмывать пробирки, — беспечно отозвалась соседка, и я с ужасом вспомнила про своё взыскание, любезно выданное лордом Маркосом. За то, что он сам же и натворил, между прочим. Ну вот где в этом мире справедливость?!

— Пойду работать, — вздохнула я, вставая из-за стола.

— Куда? — удивилась Лика. — Тебя же мэтресса не наказала.

— Потому что лорд Маркос успел первым, — буркнула я, направляясь к выходу.

— Да ладно, — изумилась Лика, идя за мной и на ходу доедая яблоко. — За что это вдруг? Он же тебя любит.

Я возблагодарила всех богов и на всякий случай ещё и бесов за то, что моё молодое здоровое сердце смогло пережить эту фразу, ограничившись лишь небольшим, на один удар, перерывом в работе.

— Ну ты скажешь, — выдохнула я, прибавляя шагу.

— А что такого? — искренне не поняла моей реакции Лика. — Он же тебя один раз всего и наказал, ещё на втором курсе.

Да уж, зато наказал как следует. Пока я отвернулась, задумавшись, как бы подостовернее изобразить привидение, которым традиционно пугали первокурсников, подложил мне в зелье драконий корень. И следующие два дня я проторчала в лаборатории, сперва выясняя, что именно это было, а потом — чем отмыть с лица и рук оранжевые пятна.