Любимый цветок... ромашка?! (СИ) - Ильина Ксения

— Арианна де Борлиад. Как же я раньше не догадался? — пират оскалился в ухмылке. Следом за ним из-за деревьев показались и другие пираты.

Отступив на полшага назад, едва сдержала испуганный вскрик, когда за спиной осторожно, глухо прокашлялись. Обернулась и тут же столкнулась с цепкими, изучающими, вытянутыми к вискам глазам. Затем мое внимание привлекла пламенно-рыжая, даже при таком свете, борода.

— Удивлен, — пробасил Рыжая Борода. — Вот уж не думал, что баба в море добьется таких успехов. Разрази меня гром!

Пираты, столпившиеся вокруг нас троих, гаденько рассмеялись. Они совсем не такие, как Сэм, Ник, Джей и их друзья. Это настоящие пираты. Отбросы общества, убивающие ради собственного удовольствия.

Ссутулившись, приготовилась к нападению, ожидая его со всех сторон. И вновь этот отвратительный смех и предвкушение стаи, загнавшей свою добычу в угол.

— Не стоит злить нас, девочка. В конечном итоге, хи-хи, приятно будет нам, а больно — тебе, — гнусаво протянул Кровавый Барон. Не дождавшись от меня подобающей реакции, он лениво махнул рукой. — Схватите ее. Только постарайтесь без видимых увечий. Товар должен быть неиспорченным. По крайней мере, снаружи, — его мерзкий смех эхом прокатился по побережью.

— Что?! — яростно вскрикнула я. — Руки убрал!

Полоснув мечом по первым же рукам, потянувшимся в мою сторону. Выругавшись и едва увернувшись от еще одного пирата, дала со всей силы навершием в лицо третьему. Тот взвыл, попятившись. Круг стал немного шире. Теперь пираты не торопились опрометчиво кидаться на меня, а изучали, пожирая глазами.

— Как была упрямой, так такой и осталась, — притворно горестно вздохнул Кровавый Барон. — Вся в отца.

— Откуда ты… — стоило мне отвлечься на него, как тут же получила удар по лицу, от которого зазвенело в ушах и помутнело в глазах.

— Эйз, чтоб тебе вечно гнить на чертовой суше! Я же говорил, лицо не трогать! — взвыл главарь пиратов. Его противный голос был последним, что я услышала.

Джейсон

— Где она?! — кричал я, паникуя.

— Поблизости нет, — пыхтя, крикнул Сэм.

— На берегу тоже, — ломая ветки, на поляну вышли Бим, Ник и Майк.

— А если она… — я замолчал. Даже думать об этом было страшно.

— Знаешь, Джей, я уже ничему не удивлюсь, — сокрушенно покачав головой, пробормотал Бром. — Бедовая девка.

— Нужно проверить, — глухо бросил Лонгран.

На берег, туда, где на якоре стояли два корабля мы, не побоюсь этого слова, летели. И все равно опоздали. Песок был весь изрыт ногами. Четко были видны борозды от четырех шлюпок.

— Нет! Нет! Не-е-ет! — кричал я, по пояс забравшись в воду.

— Джейсон, стой! — меня продолжали удерживать, как бы не вырывался. — Так ты ей не поможешь! Приди в себя!

— Эта тварь. Этот ублюдок, пожри его Бездна, он забрал Ари, убил нашего капитана, уничтожил «Шторм»… И вы его так просто отпустите?!

— Месть — блюдо, которое подают холодным, — неожиданно жестко сказал Горан, приводя меня в чувства, — Мы живы и невредимы. Эта… — выругался всегда сдержанный и незаметный штурман, — от нас нигде теперь не скроется.

Столпившись на берегу, полными отчаяния и безысходности глазами наблюдали за тем, как издевательски медленно поднимаются якоря и паруса на «Мести» и «Призраке». С каждой минутой они удалялись все дальше и дальше, увозя с собой девушку, ставшую мне сестрой.

Забрезжил рассвет. Новый день не принес ничего кроме очередной боли. До заката я просидел на берегу в обнимку с мешком Арианны, смотря на уже почти полностью затонувший остов «Шторма». Находясь в каком-то забытьи, мое уставшее сознание уловило точку на фоне закатного неба, а на противоположной стороне пляжа — большой обломок, застрявший меж скал, с чем-то странным на нем. Надо бы посмотреть, вдруг пригодится. Вздохнув, прикрыл глаза, стараясь собраться с мыслями. Кажется, я все-таки умудрился задремать в таком неудобном положении. Разбудили меня легкие похлопывания по плечу. Попытка сбросить руку не удалась. Тогда, уже набрав воздуха для весьма содержательного выражения, поднял голову.

— Невозможно… — это все, на что я оказался в тот момент способен.

Глава 35

В голове стоял гул. Щеку дергало от боли, а правый бок как будто бы находился в воде. Разлепить получилось лишь один глаз. Второй даже не открывался. С губ сорвался жалобный стон, привлекший нежелательное внимание.

— О-о-о, пфифла ф фебя. Долго.

Все плыло. У меня получилось разглядеть лишь гнилую солому, на которой, судя по всему, я лежала, да заплесневелые потемневшие доски. Где-то поодаль вспыхнул яркий источник света. Медленно приблизившись, меня через прутья решетки изучал пират. Тот самый, которому я попала навершием в зубы. Видимо, парочку выбила.

— Слафно тебя потйепали. И не фалко.

— Захлопнись, — каркнула я, — пока остальные зубы еще целы.

— Да фы-ы! — взревел пират. — Фафуфу!

— Да фя-я! — передразнила его я, превозмогая боль в голове и на лице.

— Вон отсюда! — вот и Барон явился.

Следя за ним плывущим взглядом одного глаза, не проронила больше ни слова.

— Думаю, нет, уверен, тебе интересно, откуда я знаю твоего отца? — спросил пират, словно умалишенный, вцепившись в прутья и прижавшись к ним лицом. Так и не дождавшись моего ответа, продолжил, — Сделка, условия которой твой драгоценный батюшка не выполнил. Как же приятно играть на дворянской чести! — он расхохотался, — Я напал на их корабль около двадцати лет назад. Твой отец слезно умолял не трогать его беременную женушку. Жалкое зрелище. Честью клялся исполнить любое мое желание, — теперь лицо Кровавого Барона «украшала» кровожадная ухмылка, — Я согласился. Знаешь, что было дальше? — вновь вопрос без ответа, — Спустя несколько лет я потребовал свой долг. Тебя-я-я, — я дернулась, застонав от боли. Сил держать голову больше не было, — Как думаешь, кто устраивал все эти попытки похищения? В последний раз даже сам явился, но твой рыжий молокосос подстрелил меня! А теперь, спустя столько лет, после стольких неудачных попыток ты наконец-то со мной, на моей «Мести». Только вот планы поменялись. Женишок твой много золота отвалил взамен того, что вы у меня украли. Я должен доставить тебя ему, однако, решил немного повременить, — ржавое железо натужно звякнуло и заскрипело. — О невинности невесты речи не шло. Да и этот капитанишка, уверен, уже постарался. Одним больше…

Страх сковал тело. Я хорошо понимала, что не в том состоянии, чтобы оказать достойное сопротивление мужчине. Однако когда в поле зрения оказались толстые пальцы, дернулась и вцепилась в них зубами. Во рту сразу начал ощущаться железный привкус крови. Барон заорал, наотмашь ударив меня по лицу, а затем и вовсе пнул в живот.

— Паскуда! Скотина! Ты подчинишься мне! — орал он, вновь накидываясь на меня.

С каждой секундой мое сопротивление слабело. На глазах появились слезы, а с губ срывались стоны отчаяния и боли. Несмотря на все это, я продолжала отбиваться, тратя последние силы.

— Капитан! — не в первый раз уже кричал кто-то.

Барона с меня стащили. Он рычал, оскалившись, и тянул ко мне окровавленные руки. Судорожно вздохнув, попыталась отползти, но не смогла. Все тело болело так, что даже терпеть сил не было. Однако спасительная тьма так и не приходила. Я все прекрасно слышала и понимала. Хриплое сопение барона не могло заглушить крики и звон металла. После того, как хлопнул выстрел, стало окончательно ясно, что на палубе не все спокойно. Тихо выдохнув, обмякла и, наконец, отключилась.

— Открывай глаза, тварь! Это ты виновата! Из-за тебя меня бросил Борода! Все несчастья в моей жизни только по твоей вине! — Барон нещадно тряс меня за плечи, брызгая слюной во все стороны. — Дура! Я заберу тебя с собой!

Пират потянулся к пистолю, заткнутому за пояс, но я была быстрее. Нащупав в голенище сапога рукоять кортика, резко вытащила и вонзила куда-то. Животный рев оглушил. Это чудовище отползло от меня. Из бедра, вогнанный по самую рукоять, торчал мой кортик.