Песнь Морской Девы (СИ) - Романова Маргарита "Margari Vlaiser"

Вдруг все мое поле зрения заняла одна златовласая сирена. На ее милом личике постоянно менялись эмоции. Сначала она смотрела на меня с восхищением, потом в ее больших серых глазках, обрамленных веером черных ресниц, промелькнуло сочувствие. А когда она заговорила прямо-таки ангельским голоском, с уст ее не сходила милейшая улыбка.

— Привет, я Аврора. Мы будем с тобой лучшими подружками, вот увидишь.

Честно говоря, ничего кроме легкого раздражения у меня Аврора не вызвала. Всегда недолюбливала таких невинных овечек, которые ведут себя слишком… приторно. Я уважаю прямоту и силу, в крайнем случае сдержанность, как у Марии.

Аврора обняла меня так, что теперь кроме ее кудрей я ничего разглядеть не могла. Лишь из вежливости я обняла ее в ответ. У нее очень гладкая кожа, к тому же белая, как мраморные стены этого дворца.

Когда она отстранилась, мне протянула руку вторая девушка. У нее были пышные рыжие, почти красные волосы. Это бросалось в глаза.

— Я Елена. Не делай такое лицо, ты еще привыкнешь к жизнелюбию Авроры. — С красивой, доброй улыбкой сказала она. Я вдруг почувствовала себя серой мышью среди всех этих красавиц. Я бы хотела такие пухлые, четко очерченные губы, как у Елены. И большие выразительные глаза, как у Авроры.

— Ой, отойдите уже. — Возмутилась яркая брюнетка с резкими чертами лица, придающими ей дерзости. — Я Доротея. Не обращай внимания на них, к нам давно не заявлялись новенькие. А ты ничего… Только эту тряпку надо сменить.

Доротея брезгливо дотронулась до моей рубахи, разорванной и прогнившей, которую я подвязала так, что бы она хоть немного прикрывала грудь.

— Мы подберем тебе что-нибудь, не переживай. — Одновременно сказали две одинаковые шатенки с зелеными глазками. Они обе были маленького роста, по сравнению с другими. У них были маленькие грудки и короткие, но изящные белые хвосты. Из-за этого они казались самыми младшими среди нас.

— Я Фаина. — Сказала одна.

— А я Фиона. — Тут же добавила вторая.

Обе рассмеялись, не понятно над чем. Но я почувствовала, как и по моему лицу расплывается улыбка. Наверняка глупая. Все сирены улыбались. Даже Доротея, которая закатила глаза и скрестила руки на красивой, объемной груди.

— Я готова тебе все рассказать. Наверняка у тебя куча вопросов! — затараторила Аврора, хватая меня под руку.

— Да дайте вы ей хоть слово вставить. — Возмутилась Елена.

— Успеет еще наболтаться. — Вильнув хвостом, ответила Доротея.

— Знаешь, я до сих пор удивляюсь, как ты сиреной стала. — Все тем же возмущенным тоном воскликнула Елена.

— Сама удивляюсь. Иногда вы мне так надоедаете, что я начинаю жалеть о том, что не осталась русалкой.

— Хочешь сказать, ты была русалкой, но стала сиреной? — Удивилась я, придя наконец в себя.

— Поднялась выше по званию.

— Такое возможно?

— Как видишь. — Доротея обернулась вокруг себя. Ее пышные черные кудри обвились вокруг ее плечь и снова рассыпались за спиной.

Мы все вместе поднялись на поверхность. Там оказался целый остров, поросший джунглями. Его красота меня впечатлила. Я завороженно глядела на него, пока кто-то из сирен не подтолкнул меня к скалам, выступающим из воды. Мы разместились на них. Отсюда был виден весь остров и океан, простершийся до горизонта.

— Вот возьми. Ты наверняка проголодалась. — Мария протянула мне нечто, похожее на пирожок. Вот только это был вовсе не он. — Это копченые водоросли. Попробуй. Они вкуснее, чем кажутся.

От одной мысли, что водоросли можно есть мой желудок чуть не вывернулся на изнанку. Но я все же попробовала. И это действительно оказалось вкусно.

— Ну теперь рассказывай, как ты угодила… сюда. — Потребовала Доротея.

— Да-да, нам всем очень интересно! — Захлопала в ладоши Аврора.

И я рассказала им все с того дня, как попала на "Акулий Зуб" и до того момента, как похоронила Олафа.

— Все еще не понимаю, как мне удалось вырастить коралловый гроб.

— Ничего удивительного. — Сказала Мария. — Мы, сирены, обладаем магией. Можем управлять морем, погодой, кораллами… Русалки этого не могут, только при помощи трезубцев. Их магические способности заключаются в том, что бы одурманивать мужчин.

— Знаешь что плохо? — после недолгого молчания заговорила Доротея. — Если твоя подруга стала русалкой, то скорее всего "Акулий зуб" скоро будет лежать на дне океана.

— Она бы не смогла убить всех этих людей. — возразила я.

— Она русалка. — Ответила Елена. — А все русалки мстят тем, кто их убил.

— А где они живут?

— У них есть остров, как и у нас. — Мария указала рукой на зеленый холм посреди синей воды. — Он к западу отсюда. Достаточно далеко, что бы мы не пересекались.

— А почему ты спрашиваешь? — Вдруг заговорила одна из близняшек. Фиона, вроде бы. А может быть и Фаина.

— Я хочу найти Анабель.

28 [Анабель]

Мне придется еще ко многому привыкнуть. В подводной жизни все по-другому, но я уверена, что приспособлюсь. И эту жизнь я проживу для себя, в свое удовольствие. Здесь никто не посмеет мне указывать что делать, никто! Я так решила и теперь ничто не сможет переубедить меня. Всю свою жизнь на суше я думала только о том, как бы не огорчить маменьку, как бы не опозорить папеньку. Постоянные заботы о мнении окружающих. Ах что же подумают люди, если увидят меня с простым моряком! Надоело! Я больше не намерена поступаться со своими принципами ради кого-то или чего-то, что меня не касается.

Кивнув своим мыслям, я выбралась на берег. Уложила волосы и принялась намазывать хвост мазью из каких-то водорослей и стружки кораллов, которую одолжила у Виолы. Взяла щетку, которую мне тоже дала на время подруга, и принялась начищать хвост. Мне сказали, что от этого он будет сиять еще лучше, чем прежде. Проверим. Я, кстати к хвосту уже привыкла и мне нравится наблюдать, как он переливается сине-зеленым на свету.

— Я все ждал, когда же ты ко мне заглянешь. — Со спины ко мне подкрался Себастьян. Это было неожиданно, но я не вздрогнула. Даже не оборачиваясь, я продолжила заниматься своим делом. — Да так и не дождался Ну как, нашла гада?

— Больше не боишься приближаться к лагуне. — Игнорируя вопрос, рассуждала я. — Уже все равно, зачаруют тебя или нет?

— А что вы сделаете то? Самое страшное — соблазните и умотаете, ненасытные. Так я то и не против. Столько красивых женщин! Это же рай! Только ты тут всех так запугала, что все красотки меня сторонятся.

— Я тут не при чем. Может ты просто не в их вкусе.

Я не сдержала надменной улыбки. Себастьян сел рядом со мной, ни как не отреогировав на мои слова. Я так и не подняла на него глаз, пытаясь дотянуться щеткой до сгиба хвоста.

— Давай помогу. — Усмехнулся он, выхватив у меня из рук инструмент и положив мой хвост себе на колени.

— Нежнее. Не палубу драишь!

— А мне вот вдруг стало интересно. Как устроин этот ваш хвост?

— Этот ваш хвост… — хмыкнула я.

— Я о том, вы же можете при надобности ходить по суше? Так вот, ваши прелесные ножки, они там — под чешуей?

Он стал водить ладонью по хвосту, словно пытаясь что-то нащупать. Щетка при этом осталась лежать без дела. Руки себастьяна поднимались все выше и вот, когда он достиг того самого места, где заканчивается чешуя и начинается кожа, он поднял на меня глаза, лукаво улыбаясь. Я прищурилась, уголки губ слегка приподнялись. Наши лица были в паре дюмов друг от друга. Я потянулась вперед, сокращая дистанцию. Было смешно наблюдать за тем, как лукавая улыбка Себастьяна преврящается в самодовольную, как он медленно закрывает глаза в предвкушении. И как его губы касаются щетки, до которой я наконец дотянулась и поставила между нашими губами. Я едва сдержала смех от того, как быстро он скрыл разочарование.

— Понял. — Себастьян снова нацепил свою дежурную лукавую улыбочку и вернулся к чистке моего хвоста. На этот раз он действовал нежнее и аккуратнее. Я забылась на некоторое время, закрыв глаза и наслаждаясь прахладой пальмовой тени.