Попаданец для драконши - Алиса Рудницкая

Итак, в большом зале установили множество круглых столов с разноцветными скатертями — под цвет расы гостей, что будут этот стол занимать. Помимо этого в центре стоял еще один стол — квадратный. На каждую сторону этого стола поставили по три стула, итого за ним могло сидеть дюжина гостей. Четыре стула — те, которые стояли посередине сторон стола, были спинками выше других. Их обычно занимали по словам ласлы король, королева, кронпринц и королевский советник. Каждый из этих четверых мог пригласить на свою сторону стола двух людей из зала — любого статуса и возраста.

— Обычно, — пояснила Ласла, — моя семья приглашала за этот стол тех, с кем хотела заключить какие-либо выгодные связи, но сейчас нам это не особенно было нужно. Так как нас двое, каждый мог пригласить не по два человека, а по пять.

— Слушай, но если за столом сидели четверо, то где же вы с Гансом раньше пировали? — спросил я осторожно.

— Для нас и наших приближенных ставили отдельный столик с золотой скатертью, — пояснила Ласла. — Но сейчас в этом нет необходимости.

— Хорошо, — улыбнулся ей я. — И… кого же мне пригласить?

— Во-первых, и это не обсуждается, лавандовую принцессу, — кивнула Ласла. — Оди Лиа Гот — весьма интересная личность, к тому же отказать ей было бы невежливо — слишком уж они были с Гансом дружны.

— Будем ей врать? — потупился я.

— Нет, не будем, — неожиданно покачала головой Ласла. — Лаванды — наши ближайшие союзники. Им уже было сказано, что ты — не настоящий Ганс. А вот остальным придется врать до конца, даже если они будут в лоб уличать нас во лжи.

У меня отлегло от сердца после этих слов.

— Не думал же ты, что я второй раз подвергну твои нервы такому испытанию? — почти обиделась Ласла. — Помни, я — против потопа.

— Да-да, — не сдержал я улыбки. — Спасибо, любимая сестрица.

— Не за что, любимый братец, — в тон мне, почти весело, ответила Ласла.

Потом, спохватившись, мы испуганно переглянулись и королева, вернувшись к серьезному тону, поспешила продолжить свои объяснения.

— Помимо Оди Лиа Гот, — сказала она, — пригласи четырех принцев, которые тебе больше всего понравятся. По какой причине понравятся не важно — хоть за красивые глаза их рядом с собой сажай. Не приглашай королей или королев, не приглашай принцесс, не приглашай советников и рыцарей. Первое растолкуют так, будто я решила передать тебе трон, второе — так, будто ты ищешь себе жену, третье — так, будто ты показательно готовишь заговор. Так же не зови за стол гречей. По традиции мы обязаны пригласить их на пир, но, как ты понимаешь, водить с ними дружбу после двух войн — ниже достоинства Розалиндов.

— Хорошо, запомнил, — кивнул я, а потом осторожно добавил. — Ласла… мне все эти фиолетовые и синие кожи в диковинку. Ты, если я буду слишком на них пялиться, осади меня, пожалуйста.

— Не переживай об этом, — успокоила меня королева. — Вадгард — довольно изолированный континент, у нас тут мало иностранцев. То, как ты будешь на них пялиться, вовсе их не удивит, даже польстит их самолюбию. На знать вообще долгие, рассматривающие взгляды действуют очень хорошо. А сегодня еще и случай особый — ты чистый лист, и они будут буквально драться за твое внимание. Будь морально к этому готов.

Я сглотнул. Все меньше и меньше мне нравилась перспектива отобедать с сильными мира сего.

А потом я узнал, для чего во дворце, полном красивых женщин, имелся гарем. Фигуристые девицы в кошачьих масках под предводительством великолепной Шоны соны Онтерн, наполнили зал, разнося кушанья по столикам. Ласла пояснила, что они будут вместе с нами встречать гостей, помогать им рассаживаться, решать все проблемы с едой и вообще развлекать и разбавлять серьезную атмосферу — петь и танцевать. Помимо кошек пришел целый оркестр девушек в птичьих масках — им выделили небольшой постамент-сцену, и они шустро принялись расставляться.

Гости начали прибывать, как сказала мне Ласла, чуть с опозданием — в пять минут седьмого. Началось все с громкого взрыва, раздавшегося издалека. Я испугался честно говоря, подумав, что вездесущие страшные гречане, которыми меня все так старательно пугали, приехали воевать. Как бы не так! В воздухе за стеклом красивой нежно-голубой лилией расцвел салют. Даже на фоне истощивших свои запас воды туч его было плохо видно, но я все равно впечатлился.

— Сейчас они выпустили всего один, чтобы показать, кто едет, — пояснила мне Ласла. — Но когда пир кончится будет уже темно, и тогда небо просто утонет в фейерверках.

— Они его что, прямо с кареты запускали? — уточнил я, представив себе это.

— Зачем с кареты? С корабля.

— С какого корабля?

— С летучего разумеется. А ты думал просто так мы на крыше собираемся?

И тут до меня дошло, что происходит. Дошло, когда я увидел в небе множество приближающихся точек. И я не выдержал — как маленький ребенок подъехал к стеклу и прижался лицом. Поняв мое желание посмотреть на корабли, Ласла скомандовала, чтобы открыли ворота. Сражницы живо раздвинули в разные стороны стекла и раскатали перед открывшимся широким входом ковер с изображением дракона среди колосьев.

— Пошлите кто-нибудь за Эллой, что она там копается? — раздраженно кинула назад Ласла. — Совсем обнаглела.

— Ваше величество! — раздался как по заказу голос запыхавшийся командирши от двери. — Прошу меня простить!

— Времени нет, давай уже сюда, — позвала ее Ласла. — Но на прибавку к жалованию больше не надейся. Я понимаю, если бы ты занималась чем-то важным, но доказывать Луке что ты лучше ее дерешься на шпагах перед таким важным мероприятием — это уже перебор.

— Простите меня, ваше величество, — пропыхтела Элла. Она подошла поближе и устроилась по левую руку от королевы, я же замер в своем кресле по правую. — Такого больше не повториться.

Небо снова окрасили салюты разных цветов, а потом гости по одному начали пришвартовываться. Корабли — маленькие, совсем не такие громадины как в порту — поворачивались боком к замку, устанавливали трап, выпускали своих пассажиров на твердую землю, а потом отлетали в сторонку и замирали, давая простор для маневра остальным. Надо сказать, что корабли эти отличались не только размером от тех, что я видел. Каждый из них был маленьким произведением искусства, способом выделиться.

— Где же вся эта красота стояла? — тихонько подергав Ласлу за юбку, спросил я.

— В загородном дворце, у которого свой воздушный порт, — так же тихо