Наследие (СИ) - Олейник Виктория

— Ты чертов!.. — сдавленно выругалась она, отплевываясь от пышной пены. Ариан с усмешкой облокотился на край ванной.

— Прости, но от тебя банально воняет, — вежливо прокомментировал он и бросил на бортик ванной платье. — Твоя домашняя форма, мой феникс. Если не нравится, можешь воспользоваться скатертью...

Он зажмурился, когда девчонка от души плеснула ему в лицо водой. Воинственная! И забавная. Он скользнул взглядом по ее фигурке, скрытой пеной. Уязвимость и обнаженность ей к лицу. Захотелось забыть о том, как правильно, и поступить так, как хочется. Провести ладонью по ее округлым бедрам, коснуться красивой кожи... Она была красива всегда, но сейчас особенно желанна.

Возможно... Однажды?..

Он постучал пальцами по краю ванной и выпрямился. Девушка настороженно и почти не дыша, следила за ним. Ее сотрясала мелкая дрожь.

— Принимай ванну. Жду тебя к чаю, — сухо приказал он, а заметив, как девушка удивленно вскинула брови, зловеще улыбнулся. — Нальешь его, — пояснил он. — Очень в горле пересохло, дорогая. Так что поторопись, я быстро теряю терпение.

Невнятное рычание и шипение прозвучало ему вслед. Кажется, девушка его проклинала, либо ругалась, на чем свет стоит. Закрыв дверь, он услышал короткий звук удара, будто форма полетела вдогонку.

— Хм...

Хорошо, что он не сказал насчет ночной сорочки, новых форм и корсетов. Носить она будет то, что выбрал он и на что наведены чары защиты. Но, кажется, девушка не выдержала бы подобных новостей.

Вздохнув, Ариан вернулся в кресло, ожидая возвращения мокрого феникса, и помрачнел. Ее участие в турнире может стать большой проблемой. Он был бессилен что-то изменить, но предсказание банши обеспокоило его. Он швырнул сахар в чашку чая, помедлив, добавил еще кубик. Любит ли она сладкий чай? Все девушки любят сладкое или нет? Он сам ненавидел сахар в чашке, но ради феникса приобрел сахарницу, пусть порадуется.

Ее ждут непростые времена, ей понадобятся силы. Все, что он может сделать, это выгнать ее из турнира. Первые испытания будут не такими сложными, но из последних выйти можно только через смерть. Там начнется совсем другая игра...

Пока турнир не вышел в финальную стадию, она должна оказаться в выбывших любой ценой. Если придется действовать жестко, он пойдет на это. Те команды, которые войдут в финал, не станут ее жалеть, как и многочисленная нечисть — без сомнения, последние испытания будут кишеть тварями разных видов.

Ариан прищурился, наблюдая за дождем. Что-то подсказывало, Мирра не оставит идею добыть Маску. Отказаться от турнира она не сможет, требовать этого от нее — значит, навлечь на нее гнев богов. От Оракула никогда и ничего не скрывалось, ее добровольный отказ от турнира могут расценить, как бегство.

Что ж, есть и честные методы... он заметил, что в задумчивости отхлебнул из чашки, и поморщился, решив, что зелье было лучше по вкусу… если придется, он выгонит Мирру из отбора, хочет она того или нет.

Глава 30

Мирра

Стоило двери закрыться за Арианом, как меня с головой накрыло отчаянием.

— Он все видел... — шепотом взвыла я, обхватывая коленки покрепче и утыкаясь в них лбом. Крепко зажмурившись, подавила приступ паники.

До последнего надеялась, что Ариан пошутил насчет формы... Какое там! Он будто задался целью смутить меня до смерти. Было неловко и стыдно, как ему теперь в глаза смотреть?

В одном он прав... Я принюхалась к себе и грустно вздохнула... После встречи с банши, я, словно облезлая мокрая кошка.

— Сладострастные сады, — схватив первую из склянок, я вспыхнула еще сильнее и взялась за следующий флакон. — Сорванные розы... Любовные утехи... Да вы издеваетесь!..

Я отбросила флакон, и тот с бульканьем ушел под воду. Ну и названия у косметики в этом мире! Сердце заколотилось быстрее, я быстро облизала губы. Надеюсь, это все не намек? Уже не знаю, чего от Ариана вообще ожидать!

— Непредсказуемая колючка, как налью тебе чая, пожалеешь, что связался, — воинственно стиснула я кулаки, пытаясь убедить себя, что сердце сжалось вовсе не сладко от одной мысли о шайне. Это от злости, точно.

Я облокотилась о бортики ванной, выискивая глазами, чем можно прикрыться. Взгляд наткнулся на комок формы, сиротливо валяющийся у двери... Ух, до одежды еще добраться надо! Ариан обо всем позаботился, водичка была идеальной температуры, шампуни пахли потрясающе. Интересно, для кого куплены все эти флаконы — косметика явно женская. Они предназначались мне или... Ашии?

Пальцы стиснули бортик ванной. Только сейчас сообразила, что у Ариана уже вроде как имеется подопечная, и это озарение мне совсем не понравилось. Ревность стала для меня неожиданностью, зато отрезвила.

Очнись, Мирра! Ты здесь потому, что Ариан едва не убил Лиона! Выдохнув, я резко поднялась, всколыхнув воду...

Но не рассчитала!

— А-а-а-а! — Вскрикнув, я уцепилась за занавеску, занавеска за меня. Флакончик треснул под ногой, склизкий и мокрый под толщей воды, и бодро прокатил меня на пару шагов вперед, будто мстил за то, что его отвергли.

Оступившись, я вцепилась еще и в полку, и та с грохотом обрушилась в воду, разливаясь благоухающим облаком шампуней. Кажется, передо мной вся жизнь промелькнула! Взвизгнув, проехалась на пузырьке еще разочек и полетела спиной в ванну, испугавшись до полусмерти.

— Мирра!.. — зарычали позади после сильного всплеска. И столько досады было в этом слове! Сильные руки сомкнулись вокруг моей талии, пытаясь удержать на ногах. Но боюсь, я слишком запуталась в занавеске. Горестно охнув, я обрушилась на шайна.

А потом громкий всплеск, и шипение шайна, погребенного подо мной. Он так и не отпустил меня, лишь громко выругался, когда половина ванны выплеснулась на пол.

— Надо было догадаться, — охнув, прокомментировал он, пока я шумно пыталась перевести дыхание.

Мне было не до его иронии, сердце колотилось, как бешеное. Судорожно вцепившись в бортик ванной, пыталась осознать, что жива и цела. Разве что нога побаливает, куда впились осколки флакона. Ох, если бы не шайн!..

Я встрепенулась, внезапно охватив всю картину. Ванна. я, прикрытая лишь занавеской. лежу в объятиях притихшего Ариана. осторожно повернув голову, чуть не взвыла, натолкнувшись на его прямой взгляд.

Щеки вспыхнули, как маков цвет. Я поспешно, судорожно дернула на себя занавеску, пытаясь прикрыться по самое горлышко, но Ариан недрогнувшей рукой прижал меня к себе сильнее и предупреждающе сузил глаза.

Его волосы намокли на концах, путаясь с моими. Вот так, разместившись между его ног, слишком к нему близко, я поневоле затаила дыхание, испытывая одновременно неловкость, стыд, но и волнение. Его пальцы вжались в мой живот, кажется, что мое сердце стучало так громко, что вода подрагивала. Я почти задыхалась от его близости... и от взгляда его вмиг потемневших глаз.

Он коснулся пальцами моего лица, от этого движения по воде пошла рябь. Подцепив пальцами мой подбородок, он заставил меня поднять голову. Его глаза задумчиво сузились, взгляд опустился на губы, отозвавшись в моей душе трепетом. Это был даже не поцелуй, а едва уловимое касание губ, легкое и порхающее, почти невинное, если бы оно не углубилось через пару секунд, закружив меня в водовороте эмоций.

Его руки крепче обхватили меня, будто шайн не желал меня отпускать. Пальцы стиснули ткань занавески, сминая ее… но…

В следующий миг он выдохнул, раздраженно и досадливо. Я не успела опомниться, как меня словно подхватило черным туманом и вытолкнуло совсем в другую комнату. Пискнув, я свалилась в любезно оказавшееся поблизости кресло. Поморщилась от впившейся в бедро пружины и, спохватившись под внимательным взглядом шайна, испуганно дернула на себя первую ткань, которая попалась. С громким треском гардина сорвалась с потолка, а я судорожно стиснула у груди портьеру и виновато подняла на шайна взгляд.

— Не зря говорят, фамильяры похожи на своих хозяев, — невозмутимо поднял бровь Ариан.