Полночная злодейка - "Elza Mars"

Внезапно дела начали спадать, и Лафитос задумался над тем, что сделать для нового броска вперёд. Именно тогда Лафитос проявил заинтересованность в пиратской и каперской деятельности, с ними он и раньше вступал в выгодные обоим сторонам отношения. Когда выпустили закон, запрещающий ввозить рабов в Грецию, у контрабандистов на Лесбосе появились новые возможности получения прибыли, поэтому беспорядки на острове усилились до открытой войны. Лафитос превосходно понимал, что необходима твёрдая рука, которая сможет предотвратить всё уничтожение торгового государства в заливе Лесбоса. Лафитос осознал, что настало его время. Лицо его излучало благополучие, но пиратам он не являлся. Пираты атакуют любые корабли в море, без забот о том, из какой они страны. Лафитос законно подошёл к этому делу.

Он взял на себя контроль над Лесбосом, настоял на том, чтобы во время битвы с Британией капитаны, которые находятся под его командованием, получали юридически составленный каперский документ и держались подписанного ими договора, грабя лишь британские корабли.

Британия…инквизиция… Лафитос наполнялся злобой. Он всю жизнь воевал с Британией и знал, что это никогда не кончится. Конечно, он не был пиратом, но мотивация Пуанти была ясна ему с самого начала. Губернатор Клейборос высоко оценил денежное пожертвование мистера Пуанти, который отказался сотрудничать с Лафитосом.

Клейборос всяко разно подчёркивал расположение к своему добренькому дружку и советнику уже много лет, отчего его престиж вырос, а это для Пуанти являлось важнее доходов, которые он мог бы получить, если бы согласился сотрудничать с господином, который обладает настолько сомнительной репутацией. Пуанти проявлял заботу о престиже, пренебрегая прибылью? Это ему не соответствует. Лафитос углубился в думы. Нет, у него нет доверия к Пуанти. Те сведения, получаемые им о ночных похождениях Пуанти в злачных местах Аргоса, имея при этом слишком прекрасную любовницу, было поводом не доверять ему. Лафитос старался угадать, что сказано в письме Пуанти, которое доставил в его особняк нервозный посыльный. Этот господин успел оповестить, что весь Аргос только и твердит, что выкрадена дочь Пуанти из монастырской школы. Непорочная и миловидная дочь Пуанти… Хммм…

Лафитос был уверен, что посыльный Пуанти пристально следит за ним, когда распечатал письмо и прочитал содержимое:

≪Мистер Лафитос! Я изъявляю вашего согласия посетить Вашу персону на Лесбосе по срочному делу. Я сознаю, что именно губернатор Клейборос является основным препятствием на тропе признания законности Вашего дела в Аргосе. Признаюсь Вам, что моё долгое и претеснённое сотрудничество с губернатором Клейборосом поставило нас на разные стороны. Но я полагаю, что пора бы забыть прошлые обиды, и уверяю вас, что наша встреча станет выгодна нам двоим. Прошу Вас сохранить конфеденциальность в данной аудиенции. Ваш незамедлительный ответ жизненно важен для меня. Я наставил своего человека соответствующей инструкции и он незамедлительно передаст Ваше письмо моей персоне. Я жду вашего ответа с огромным нетерпением. Искренне ваш, Жером Пуанти≫.

Хммм… Взглянув вдруг на посыльного Пуанти, Лафитос увидел, что парень полностью взмок, хотя погода была в такое время года прохладной.

Лафитос резким тоном спросил посыльного:

— Что за инструкции дал тебе твой господин касательно моего ответа?

— Мистер Пуанти приказал мне незамедлительно вернуться с ним в Аргос.

— Он сообщил что-нибудь ещё?

— Он сообщил… — молодой человек вздохнул, — что если я задержусь, то это будет стоить мне жизни.

Так… Пуанти в отчаянии. Выходит, что сплетни о похищении его дочки правдивы. Лафитос удивлённо вскинул брови, раздумывая над этим. Конечно, Пуанти вряд ли думает, что это он украл его дочь. Каждый знает, что Лафитосу нет надобности усложнять свои и так натянутые отношения с властью. Нет, Пуанти остро нужна его помощь. Лафитос принял моментальное решение, уселся за письменный стол.

Он молниеносно накидал ответ на маленьком листе бумажки, вложил послание в конвертик и развернулся к посыльному, замершему в ожидании:

— Это доставь своему господину.

Посыльный ожил и моментально растворился.

Габриэль, отвратительно морщась, отодвинула поднос, который ей принесли пару минут назад.

Девушку мутило лишь от одного взора на эту еду. На тарелке лежали кусочек чего-то копчёного и варёные бобы с тонкими кусками грубого хлеба. В монастырской школе никто и никогда бы не решился предложить ей подобную еду. К сожалению, тут не школа, а выбор простой: или кушать это, или не есть вообще. Девушка, конечно, лучше бы голодала, но после пары дней вынужденного голода её аппетит разошёлся, что Габриэль не сумела его унять. Она поглядела в окошко. Надвигалась ночь, а проклятая Раптор до сих пор не показалась! Габриэль запнулась на такой мысли. Конечно, она уже возвратилась на судно. Габриэль слышала её голос. Её низкий и рокочущий приказной тембр нельзя было спутать с любым другим. Габриэль прислушивалась к её голосу, раздававшемуся либо на палубе над её головой, либо в коридоре трюма, либо в момент оживлённой беседы, когда она проходила мимо её комнаты. Затаив дыхание, Габриэль ждала её каждую секунду, но девушке слышались лишь удаляющийся перестук каблуков… И опять ждала… Дьявол бы её побрал! Что она задумала? Намерена свести Габриэль с ума от ожидания? Разве эта особа не знает, что Габриэль из-за неё полностью отделена от всех, что её люди совсем бесчувственны к ней в такой мучительной ситуации, и Габриэль желает знать, что пиратка намерена делать с ней. Внезапно направление мыслей прервалось. Нет, пиратка всё знает, прекрасно понимает, что творит. Она полностью держит ситуацию под контролем и стремится таким способом Габриэль поставить на место. Она была карой, посланной на голову Габриэль… гнусная особа…зверь без сердца.

Вдруг стал слышен стук каблуков за дверью.

Габриэль задержала дыхание. Дверная ручка дёрнулась, повернулась, и дверь открылась.

Габриэль увидела Раптора. Тут же ярость заполонила её, стоило ей её увидеть. Будь она проклята! Явилась и стоит в проёме, высокая, сильная, без капли жалости, с длинными, изредка заплетёнными волосами чёрного оттенка…лицо мужественное и серьёзное и пристальный взор её тёмных глаз… Завязки белоснежной блузы немного развязаны, оголяя её объёмную часть груди, что Габриэль приковалась к ней глазами, вспоминая прошлую ночь! Пиратка выглядела большой! Её кожа смугла от свежего и лёгкого загара, и выглядит она бодрой, словно морской ветер и дела, которыми она занималась весь день, придали ей новые силы! Габриэль же в такой узкой комнате, где отсутствует свежий воздух, потихоньку чахнет в старых обносках какой-то неизвестной негодяйки. Да…чахнет!

Габриэль набрала в грудь побольше воздуха и едко спросила:

— Как вы могли?

Раптор перешагнула порог каюты и закрыла дверь за собой. На лице её появилась угроза.

— Как я могла? Всё просто…я что хочу, то и творю.

— О, я не сомневаюсь, что это так, капитан Раптор! — Габриэль говорила вызывающе. — Вы можете делать всё, что вам угодно, ведь вы — негодяйка без сердца и души, которая под предлогом возмездия за нафантазируемые преступления способна сделать любую подлость!

— Нафантазированные преступления? — Раптор ожесточилась. — Вы тешете себя иллюзиями насчёт вашего папочки. Но меня это не касается.

— Вот где зарыли собаку! Да? — Презренно девушка усмехнулась. — Вам на всех наплевать, но только не вас саму и свои удовольствия! Вы…

— Габриэль, меня не интересует то, что вы про меня думаете.

Габриэль сжала челюсти, когда пиратка произнесла её имя. Спина её покрылась знакомой ей дрожью. Пиратка шагнула к ней, но остановилась, увидя на столе нетронутый поднос с едой.

Губы пиратки скривились и она спросила:

— Почему вы ничего не съели?

— Не голодная.

— Вы ведёте себя, как маленькая девочка!

— Я не хочу!

— Нет, вы хотите есть. Накануне днём вы также не прикоснулись к подносу.