Мой магический год: зима и выпечка (СИ) - Терновская Татьяна

Ричард молча сделал глоток и посмотрел на меня.

— Как хорошо вы знали моего двоюродного дедушку? — спросил он.

Я задумалась.

— На самом деле, почти не знала. Я познакомилась с ним только незадолго до его смерти, — призналась я, — но успела понять, что он очень добрый человек и прожил полную приключений жизнь.

Ричард улыбнулся и кивнул.

— Вы правильно поняли. Именно таким и был мой дедушка, — Ричард устремил взгляд вдаль, — хотя он и родился в семье аристократов, целью жизни которых было сделать карьеру и ещё больше обогатиться, дедушка пошёл другим путём. Выше денег он всегда ценил эмоции, впечатления. Поэтому после совершеннолетия отправился путешествовать, — Ричард улыбнулся, — но это была совсем не такая поездка, какой её представляют в моей семье, когда человек наблюдает мир из окон дорогой кареты. Нет, дедушка предпочитал пробовать всё сам. Он мог идти пешком, спать под мостом, общался на равных с простыми людьми, если заканчивались деньги, устраивался на подработку на постоялый двор или в таверну. Представляете?

— Да. Наверное, его семью это шокировало, — предположила я.

— Это ещё мягко сказано, — усмехнулся Ричард, — такой образ жизни совершенно не соответствовал представлениям семьи, поэтому дедушка быстро стал изгоем.

Взгляд Ричарда стал грустным.

— Поэтому вам тяжело вспоминать прошлое? — уточнила я, догадываясь, каким будет ответ.

Ричард кивнул.

— Я очень любил своего дедушку. Так уж получилось, что из-за занятости родителей, в раннем детстве я много времени проводил с ним. И это были самые счастливые годы жизни, — в улыбке Ричарда читалась грусть, — я мечтал жить как он. Мечтал, что однажды тоже отправлюсь в путешествие, посмотрю мир, но этим планам не суждено было сбыться.

Теперь многое стало понятным.

— Родители запретили вам общаться с дедушкой? — спросила я.

Ричард кивнул. Инстинктивно я протянула руку и сжала его ладонь. Он ответил тем же. Какое-то время мы молча держались за руки, и никто из нас не испытывал смущения. Этот жест был таким естественным.

Я думала о том, каково пришлось Ричарду жить в такой семье. Чем больше я его узнавала, тем сильнее убеждалась, что внешняя холодность — только напускное. На самом деле, у Ричарда доброе, отзывчивое сердце, но травмы прошлого научили его держать дистанцию. Не доверять людям. Не показывать свои чувства.

А если бы всё сложилось иначе, каким стал бы Ричард сейчас? Как бы жил? Возможно, он бы поселился в нашем городке вместе со своим дедушкой, и мы познакомились бы гораздо раньше.

— Мисс Харрис, — позвал Ричард, не отпуская моей руки.

— Мирабель, — поправила я.

— Мирабель. — Ричард произнес моё имя очень мягко, даже с нежностью. — Я хотел у тебя кое-что спросить.

После этих слов моё сердце забилось чаще. Мы сидели в пустом кафе, держась за руки и молча смотрели друг на друга. Мне показалось, что во взгляде Ричарда появилось какое-то новое выражение. Словно он волновался, готовясь сказать что-то важное. Я и сама занервничала, гадая, что же Ричард хочет у меня спросить.

Внутри у меня боролись два чувства: страх и надежда. Мне очень хотелось услышать если не признание в любви, то хотя бы намёк на симпатию со стороны Ричарда. Но я вполне могла услышать и что-то совершенно иное. Например, «вы чудесная девушка, но завтра я возвращаюсь в столицу». Или, «с вами приятно общаться, но у меня уже есть невеста». Почему нет? Мама любила говорить, что жизнь редко складывается так, как тебе хочется.

За моими размышлениями пауза в разговоре сильно затянулась. Я спохватилась и отбросила ненужные сомнения.

— Да? Что вы хотели у меня спросить? — отозвалась я.

Ричард помедлил, словно на самом деле волновался.

— Я узнал, что в эту пятницу в Колдсленде открывается зимняя ярмарка. Ты не хочешь сходить туда со мной? — наконец, спросил он.

Речь о свидании? Я чуть не озвучила этот вопрос, но вовремя спохватилась. Нельзя быть такой прямолинейной. Но на душе всё равно стало легче. Никакой невесты или отъезда в столицу. По крайней мере, пока.

— Если, конечно, у тебя уже нет планов или обязательств перед кем-то, — уточнил Ричард, неверно истолковав моё промедление с ответом.

— Организаторы написали, что для финала не нужно ничего готовить заранее, поэтому я свободна. А насчёт обязательств… Перед кем у меня могут быть обязательства? — растерянно спросила я, не понимая, что Ричард имел в виду.

Он нахмурился и кашлянул.

— Я заметил, что ты близко общаешься с сыном владельца завода, вот и подумал, что вас могут связывать определённые обязательства — пояснил Ричард.

Так вот какие обязательства он имел в виду. Но это же смешно! Я посмотрела на Ричарда. В выражении его лица не было ни намёка на шутку, напротив, он казался серьёзным и даже напряжённым. Неужели он ревнует? Нет, не может быть! Чтобы королевский юрист ревновал такую, как я. Или всё же?

— Бен… в смысле Бенджамин Уотсон — мой друг. Мы общаемся с детства, он почти что мой старший брат, — сказала я.

Это прозвучало так, словно я оправдывалась перед ним. Хотя вроде бы ещё никому ничего не обещала.

— Понятно, — кивнул Ричард, — значит, брат.

Я немного осмелела и решила задать ему ответный вопрос, который давно меня мучил.

— А что насчёт тебя? — быстро выпалила я, даже не успев как следует сформулировать свой вопрос.

Ричард удивлённо поднял бровь.

— Меня? — переспросил он.

— Да, что насчёт твоих отношений с Джеральдиной Мор? — Не намеренно, но мой вопрос прозвучал слишком жёстко, словно я обвиняю Ричарда в чём-то. Я попыталась исправиться, но получилось ещё одно обвинение. — Ты ведь даже называешь её по имени, а меня по фамилии.

Выражение лица Ричарда стало ещё более удивлённым.

— Неужели со стороны это выглядело так, словно меня с ней что-то связывает? — спросил Ричард, скорее у самого себя.

— Именно так и выглядело, — немного обиженно призналась я.

Ричард усмехнулся.

— Забавно, я воспринимал ситуацию иначе, — он пожал плечами, — я познакомился с Джеральдиной Мор в кафе её матери. Точнее, это Джеральдина со мной познакомилась. А после каждый раз подходила и навязывала своё общество. Мне же просто не хотелось показаться грубым. Кстати, именно она сразу же попросила называть её по имени, хотя, на мой взгляд, это чересчур, — объяснил Ричард, — в любом случае такие девушки не в моём вкусе.

— А какие в твоём? — спросила я, не успев подумать.

Когда поняла, что сказала это вслух, то начала краснеть, но вопрос был задан и повис в воздухе. Ричард внимательно посмотрел на меня. Мне стало страшно. Я хотела и одновременно боялась услышать его ответ.

— Мне нравятся… — но Ричард не успел закончить фразу. Под звон колокольчика распахнулась входная дверь и на пороге возникли первые посетители.

Я и Ричард синхронно посмотрели в их сторону.

— Тебе пора возвращаться к работе, — сказал Ричард с сожалением. Или мне только так показалось?

— Ага, — кивнула я, хотя совершенно не хотела от него уходить. Почему нас вечно прерывают на самом важном?

Тяжело вздохнув я вышла из-за стола.

— Я зайду за тобой в пятницу, — сказал Ричард вместо прощания.

— Хорошо, буду ждать, — улыбнулась я.

С моей стороны это была не простая вежливость. Я действительно буду ждать встречи. Неважно, считается ли она свиданием или просто дружеской прогулкой. И хотя я ещё не рассталась с Ричардом, но уже скучала. Когда я успела так к нему привязаться?

Глава 17

Остаток дня прошёл как в тумане. Я готовила, принимала заказы, отдавала десерты, считала монеты, но всё это механически. Мои мысли были заняты только предстоящим свиданием с Ричардом. Точнее, встречей, поскольку ни он, ни я ничего друг другу не обещали. Но ведь про себя я могу называть нашу прогулку свиданием?

Я раз за разом запрещала себе слишком предаваться мечтам. Не известно, в какой роли меня видит сам Ричард и какие у него планы. Если я возложу на свидание большие надежды, разочарование причинит боль. Но моё сердце, как обычно, не хотело слушать доводы разума. Оно радостно трепетало и подкидывало мне один заманчивый образ за другим: вот я и Ричард идём по главной улице, держась за руки. А вот в обнимку любуемся фейерверком. А вот он наклоняется ко мне и… Я затрясла головой. Нет, это уже слишком. Хватит мечтать, Мирабель!