Альянс мусорщиков (СИ) - Эдвардс Джанет

Доннел повернулся ко мне.

- Блейз, ты говорила, что вы с Раэни подруги. Возможно, ты сумеешь помочь ей вписаться в жизнь Сопротивления.

Его слова прозвучали слишком неестественно. Я нахмурилась.

- Ты пригласил Раэни вступить в Сопротивление, чтобы она стала моей подругой вместо Ханны?

- Ты говорила мне, что Раэни трудолюбива и порядочна, - уклончиво ответил Доннел. - Майор очевидно выгнал ее из Квинса из-за ссоры с Бродягой, поэтому я пригласил бедняжку в Сопротивление, чтобы обезопасить. Признаю, что твое доброе отношение к этой девушке стало дополнительным стимулом.

Он твердо сменил тему.

- Блейз, теперь я бы хотел, чтобы ты доложила об иномирцах. Я пытался поговорить с Брейденом, но едва ли смог вытянуть из него хоть слово. Нацуми, похоже, тоже не продвинулась с Феникс. Ты выяснила у Тэда что-нибудь полезное?

Я постаралась отбросить тревоги об Изверге и сосредоточиться на Тэде.

- По большей части, странное, а не полезное. Но ты был прав: Тэд очень важный человек на Адонисе, поскольку он упоминал могущественных друзей. Иномирцы не работают вместе. Возможно, Тэд работает с Феникс, но Брейдена он встретил в спортзале.

- В спортзале, - повторил Доннел. – Зачем, во имя хаоса, очень важный житель Адониса прилетает на Землю с тем, кого встретил в спортзале?

- Тэду требовался пилот самолета, - предположил Мачико.

- Если Тэд так важен, ему не было нужды нанимать случайного пилота на тренировках, - возразил Доннел. – Что-нибудь еще?

- Тэд слишком много знает, притом о вещах, не имеющих смысла. – Я попыталась вспомнить собственный мысленный список. – Он знает районы Нью-Йорка, может распознать канадских гусей и понимает сообщения на морзянке. И потом Тэд странно реагировал на падающих звезд. Сперва понятия не имел, кто они такие, но потом внезапно заявил, что это звездные птицы с Данаи, и принялся рассказывать, мол, они живут на утесах и охотятся на мышеподобных существ.

- И он прав, - подтвердил Доннел. – Они и есть звездные птицы с...

Он не договорил и повернулся к Мачико.

- Ты думаешь о том же, о чем и я? Знаю, это невозможно, но мальчишка ведет себя в точности так, словно прошел имплантацию и его разум вытягивает информацию из земной сети данных.

- Это совершенно невозможно, - ответил Мачико. – Никого не подключали к сети более полувека. Группа моего старшего брата была одной из последних. Им вмонтировали импланты в семь лет. На следующий год процедуру отложили из-за нехватки деталей, а затем последовало шокирующее объявление. Мы больше не могли производить сетевые импланты. Это была первая технология, потерянная из-за отъезда специалистов в другие миры, и первый сигнал, предупреждавший о развале земной инфраструктуры.

Он издал странный смешок.

- Я ненавидел старшего брата, обладавшего тем, чего у меня никогда не будет. Он мог одной лишь мыслью подключиться к сети данных Земли, просмотреть накопленные человечеством знания и получить прямо в мозг тысячи изображений. Мне приходилось работать с громоздким настенным теликом. Я чувствовал себя глупой черепахой, преследующей легкого кролика.

Мак скривился.

- Потом я выяснил, что мне все же повезло. Имплантированные сети требовали ежегодной настройки для компенсации изменений в мозгу. На Земле не хватало экспертов, чтобы производить необходимые детали, и специалистов по настройке тоже. Я видел, как мучились родители и брат, чьи подключения к земной сети данных становились все более нестабильными, а со временем и вовсе оборвались. Мой блестящий брат потерял свой блеск, и я слышал, как он плачет по ночам о картинках, которые не может видеть, и голосах, которые не может слышать.

- Я моложе тебя на несколько ключевых лет, - сказал Доннел. – И не помню последних имплантированных, только самоубийственное десятилетие, когда сети выходили из строя. В детстве это был настоящий кошмар – не знать, кто из взрослых сломается следующим. Мой дядя, похоже, прекрасно приноровился к жизни без импланта, но затем...

Он покачал головой.

- Прошлое не имеет значения. Главное, что если какой-нибудь мир и обладает технологией имплантации, это должен быть Адонис.

- Да, но даже если Тэд имплантирован, он не мог получить доступ к земной сети данных отсюда, - заметил Мачико. – Ни наши настенные телики, ни другие технологии в Нью-Йорке к ней больше не подключаются и...

Он прервался и нахмурился.

- На самом деле, я могу ошибаться. Имплантированные обладали прямой связью с главной сетью данных Земли, а настенные телики получают программное обеспечение от совершенно другой системы. Но все это неважно, поскольку Тэд не может быть имплантированным. Возможно, он один из тех редких людей с фотографической памятью, которые помнят все когда-либо прочитанное.

Доннел состроил недоверчивую гримасу.

- Я могу поверить, что до прибытия сюда Тэд прочитал много информации о Нью-Йорке, но зачем ему узнавать об азбуке Морзе и звездных птицах с Данаи?

Мачико всплеснул руками.

- О них он прочитал много лет назад совершенно случайно.

- Совершенно случайно. – Доннел встал и направился к двери. – Давайте посмотрим, о скольких еще вещах Тэд узнал по чистой случайности.

Мы с Мачико встали и поспешили за ним. Когда мы дошли до кабинета Б6, Доннел постучал в дверь Тэда, и все трое иномирцев появились из своих комнат.

- Вам нравится учиться рыбалке и охоте? – спросил Доннел.

Тэд кивнул, а Феникс подавленно охнула.

- Мне всегда нравилась рыбалка, - продолжал Доннел. – До восьми лет я жил в Ирландии. У моих родителей был дом в местечке под названием Дарроу. Он стоял прямо у пляжа, мы держали свою лодку, и раз в неделю отец брал меня в море порыбачить.

- Но Дарроу не на побережье Ирландии, - возразил Тэд, - а в глубине острова.

Доннел улыбнулся ему.

- Я знаю. Меня просто интересовало, знаешь ли об этом ты. Конечно, ведь ты имплантированный. Стоило тебе подумать о Дарроу, информация о нем появилась в твое разуме. Теперь расскажи мне, кто ты, хаос побери, и как в твой череп вмонтирована технология пятидесятилетней давности.

Тэд посмотрел на Феникс, затем снова на Доннела, сделал глубокий вдох и ответил:

- Я Таддеус Уоллам-Крейн. 

Глава 15

Я услышала, как Доннел рассмеялся, и громовые раскаты его хохота почему-то не радовали, а пугали. Мои глаза не отрывались от встревоженного лица Тэда. А в голове крутились воспоминания о детях, прыгающих у портала с ритуальной песней: «Включись! Включись! Портал, включись! Мы приказываем тебе именем Ньютона. Велим именем Эйнштейна. Заклинаем именем Таддеуса Уоллама-Крейна!»

Доннел внезапно прекратил смеяться и заговорил голосом ломким, как крошащийся под тяжелыми ботинками лед:

- Таддеус Уоллам-Крейн придумал портал в две тысячи двести шестом году в возрасте сорока шести лет. Будь он жив в две тысячи четыреста восьмом, ему было бы...

Он заколебался, и Мачико посчитал за него:

- Двести шестьдесят шесть лет.

- Конечно, я не тот Таддеус Уоллам-Крейн, который изобрел портальную технологию, - сказал Тэд. – Я его потомок, Таддеус Уоллам-Крейн Восьмой.

Доннел сделал глубокий вдох.

- Существуют порядка двухсот миров в звездных системах сектора Альфа, еще двести в секторе Бета и сотня в Гамме. Выбор из пятисот миров, Таддеус Уоллам-Крейн Восьмой. Любой из них с радостью принял бы наследника баснословно богатой и могущественной семьи Уолламов-Крейнов, но ты решил посетить мой мир, мир, разрушенный порталами твоего предка, Землю!

Голос Доннела становился громче с каждым словом. Краем глаза я заметила движение и, повернувшись, увидела Лютера и Жюльена, наблюдавших за нами из дальнего конца коридора. Должно быть, они пришли узнать, что за шум.

- И из всех городов на Земле ты выбрал Нью-Йорк. Мой город! – Доннел уже кричал, и его голос эхом разносился по коридору. – А из всех зданий в городе именно это!