Изменчивая судьба (ЛП) - Блэквелл Тэмми

Мы едва успели. Лиам обратился в рекордное время и совершенно не сопротивлялся упряжи даже в волчьем обличье, но я действовала неуклюже и неуверенно, и под конец тряслась от попыток сдержать обращение. Как только все было закреплено так, как надо, я едва спряталась и сняла одежду, а затем сразу упала на землю. Даже без засекания времени я знала, что это мое самое быстрое превращение, но вместе с тем самое болезненное. Когда я наконец-то сумела поднять голову, на меня смотрели знакомые серые глаза.

«Привет, — подумала Волчица-Скаут, обращаясь к своему другу. Уши Лиама встали торчком, и он наклонил голову, словно услышал шепоток моих слов и силился расслышать что-то еще. — Ты меня слышишь?» — с надеждой спросила я, но когда он продолжил шевелить ушами, я осознала, что не бывать этому.

Поскольку к спине Лиама крепились сани, я взяла на себя задачу по поиску ужина. Первый найденный мной след пах незнакомо, но я все равно пошла по нему. Может, если бы я узнала в этом запахе бобра, я бы нашла что-то еще, чтобы не окунаться в ледяные воды. А так я все еще вытряхивала влагу из шерсти, когда вернулась к Лиаму. Когда он засмеялся надо мной (или издал некое подобие смеха, доступное волкам), я подумывала не делиться с ним добычей.

Путь, по которому повел меня Лиам, был узким и петляющим, нам пришлось много раз перелезать через что-либо. Волчице-Скаут это не нравилось, ей хотелось бежать как можно быстрее, чтобы показать свою силу и проворство. К счастью, бобра оказалось достаточно, чтобы Человек-Скаут вставила свои пять копеек. Следовать за Лиамом раздражало, но когда сани начинали заваливаться, и их приходилось поддерживать (точнее, подталкивать носом), я была рядом. Путь занял большую часть ночи. Рассвет почти наступил, когда деревья стали редеть, и перед нами оказался маленький коттедж, примостившийся у основания маленького холма.

Как только мы подошли к нему, Лиам повалился на землю, устав тащить груз по такой непростой местности. Лунного света почти не осталось, но я все равно отправилась на поиски еды. К счастью, я весьма быстро поймала маленького кролика. Его не хватило бы для нас двоих, и Волчица-Скаут правда думала, что раз она поймала, то ей он и достанется, но я отдала добычу Лиаму, который сожрал его с благодарностью в глазах.

Когда первые лучи солнца начали превращать заснеженный пейзаж в поле бриллиантов, я посеменила за хижину, чтобы обратиться. В какой-то момент трансформации Человек-Скаут взяла верх. Ее первая мысль была не о боли или измождении, а о том, что она понятия не имеет, где ее одежда.

Глава 17

Никому не порекомендую стоять голышом в снегу, даже если ты оборотень, который обращается в полярного волка. Даже если температура воздуха и мокрый снег под босыми ногами тебя не волнует (а между прочим, будет волновать), то ледяной ветер, хлещущий по твоим неприкрытым интимным местам заставит дрожать так, будто от этого зависит твоя жизнь. Полагаю, так и было. Я имела очень примитивные представления о переохлаждении.

Я стояла, спрятавшись за углом хижины, и думала. То, что я дрожу — это хорошо или плохо? И когда мне надо беспокоиться о потере пальцев? Тут до моих ушей донесся грустный, раздраженный скулеж.

Лиам все еще был в волчьем обличье.

«Ну естественно, — сказала та часть моего мозга, что была совершенно человеческой и не помешалась на том, как мне холодно. — Как он обратится, если ты запрягла его в упряжь?»

Если бы мои руки не были зажаты под мышками для тепла, я могла бы сделать фейспалм. Лиам будет оставаться в волчьем обличье, пока я не освобожу его от упряжи. Конечно, он может попробовать обратиться в ней, но будет больно, и если он не порвет ее в процессе… Ну, я точно не знала, что случится. Он застрянет где-то посередине между двумя формами? Он просто снова станет волком?

Я ни за что не заставлю его решать эту дилемму, а значит, надо что-то делать с собственной наготой.

— Тебе придется закрыть глаза, — крикнула я. — Я выйду и найду себе одежду, а потом освобожу тебя от этой штуки, но только если ты обещаешь держать глаза закрытыми до тех пор, пока я не разрешу их открыть.

Лиам тявкнул.

— Это да или нет?

Его низкое рычание сообщило мне, что я веду себя нелепо. И если так подумать, еще и воображаю себе всякое. Как будто Лиам Коул хотел увидеть мои сиськи.

Я бросилась к саням, с ужасом осознав, что хижина заслоняла меня от самого сильного ветра. Я нигде не могла найти свою сумку, но сверху лежали вещи Лиама. Я нашла кофту с длинными рукавами и натянула ее. К счастью, она доходила почти до колен, потому что его штаны на мне не удержатся. Если бы я заимствовала одежду Джэйса или Чарли, я бы схватила их боксеры, но множественные визиты в прачечные научили меня, что Лиам предпочитает белые облегающие трусы, и их я надевать не собиралась.

Лиам забыл упомянуть, как надо снимать упряжь с волка, но после нескольких ошибок (из-за одной из них мой любимый волк рыкнул на меня), я сумела освободить его.

— Твоя одежда там, — сказала я, показывая на место, где отложила для него комплект одежды. — Знаю, ты устал, так что я подожду с другой стороны хижины.

Где ветер не будет продирать меня до костей.

Он зарычал на меня и наградил взглядом, который явно что-то значил. К сожалению, я перепутала словарь Волка Лиама со словарем Человека Скаут, но попыталась угадать смысл.

— Ладно, ладно, — крикнула я через плечо, уходя. — Я обещаю не смотреть.

Дожидаясь, когда Лиам обратится, я пробовала разные способы сохранить тепло. Я рьяно растирала конечности. Попрыгала на месте. Даже попробовала мысленно призвать тепло в свою плоть. Я пыталась свернуть свое тело как можно более тесным клубочком, но тут разъяренный волк в человеческом обличье вылетел из-за угла.

— Идиотка, — пробормотал Лиам, поднимая меня с земли как непослушного карапуза. Одна рука оказалась под сгибом моих колен, другая обхватила за плечи. Я очень старалась не думать о том, насколько эти руки близки к моей голой заднице.

Дверь в хижину поддалась после трех ударов плеча Лиама. Я попыталась заглянуть внутрь, но Лиам развернул меня так быстро, что все вокруг превратилось в размытое пятно. Он буквально швырнул меня на деревянный стул, затем опустился передо мной и сжал руками мою ступню.

— Ты чем думала, черт возьми? — зарычал он. — Так сложно взять носки и обувь? И футболку? Просто футболку? Думаешь, раз волчица, значит, неуязвимая? Подумай еще раз, Снежинка. Даже ты можешь отморозить пальцы на ногах. И у нас же нет доктора, чтобы провел ампутацию. Ты умрешь от заражения крови, и что мне тогда делать?

Мои зубы обнажились, Волчица Скаут срывалась с поводка.

— Да, я едва не превратилась в Смурфика, потому что считаю себя крутой. Да, конечно. Это никак не связано с тем, что какой-то придурок убрал мои вещи под кучу других сумок.

Лиам застыл, а затем сделал движение, которого я бы ни за что не ожидала увидеть — он обнажил передо мной свое горло.

— Прости, — сказал он. — Я подверг твою жизнь опасности. Я соглашусь на компенсацию, которую ты потребуешь, — затем он просто продолжил неподвижно сидеть.

— Лиам?

Он посмотрел на меня, но не изменил позу.

— Это один из тех обычаев оборотней, о котором я ничего не знаю?

Он по-прежнему не шевелился, если не считая закатывания глаз.

— Ты должна наказать меня за то, что я оставил тебя в ситуации, где ты могла умереть из-за моей тупости.

— О, — я задумалась. — А какое наказание?

— Такое, которое соответствует преступлению.

Я рассмеялась, но его лицо говорило, что он серьезен. Я не хотела никакой компенсации. Он забыл положить мою одежду там, где я имела бы к ней доступ. Невелика проблема. Меня с моей одеждой связывала долгая история амнезии. Я вечно забывала класть вещи в корзину для грязного белья или доставать из стиральной машины. Но я понимала, что Лиам не отступит, и я реально не могла вынести еще больше его подчинения.