Тень чужой луны (СИ) - Журавликова

— И что же это за минерал? — не утерпела я.

- Это горная порода с Эсефео. На спутник в разное время были направлены три наших экспедиции, одна из них — с астронавтами. В двух других использовались исключительно машины. Один из зондов собрал и доставил на Сомасту геологические образцы. Так вот, ваш камень в точности похож на них. Я сам участвовал в исследовании того ценнейшего груза.

— И как это возможно? Почему геологические образцы из космической экспедиции пошли на ювелирные поделки?

— Хотел бы я знать. Мне ничего неизвестно о краже камней Эсефео. Возможно, материал, из которого сделан ваш кулон, попал сюда каким-то иным способом. Но в любом случае, теперь я понимаю, почему он настолько усиливает ваш и без того огромнейший потенциал.

Мне ещё больше захотелось найти свою антикварную мадам, но пока времени не было. Меня не только изучали, помощники Омли оказались инструкторами, которые после основного рабочего дня со мной занимались, показывая основные приёмы, которыми владеют здешние жители, обладающие природной силой и деньгами, достаточными на покупку хаппоора. Я в совершенстве изучила, какие точки надо нажимать, чтобы увидеть «карту линий», могла вызывать её не только ночью при свете Эсефео, но и в любое другое время. Правда, в темноте линии было видно лучше.

— Жаль, некоторым вещам мы не можем тебя научить никогда, — сказала мне Обоне, один из инструкторов. — Потому что до твоего уровня нам самим не развиться. Поэтому в будущем, возможно, ты сама сможешь открыть школу энергетического мастерства и придумать собственные приёмы, поверь.

А как же это было увлекательно, чувствовать свою силу, открывать волшебные возможности. Иногда мы заканчивали очень поздно и я просила Даймаана не забирать меня после рабочего дня, оставалась ночевать в своей служебной квартире. Пару раз он это проглотил, на третий всё равно приехал, чтобы остаться со мной. Так мы начали жить на два дома. Выходные у меня, впрочем, тоже были. Боюсь, их отсутствия мне Даймаан точно бы не простил.

Хочу немного отступить от повествования и больше рассказать о том, как на Сомасте ведётся летоисчисление. Планета совершает полный оборот вокруг Звезды за 364 дня и 8 часов. Так что год здесь чуть короче нашего. И называют его просто и ясно «оборот». При этом в одном обороте 14 фальец, в каждом по 26 дней, если произвести простые расчёты, быстро можно выяснить, что каждые три года бывает и местный «високосный год», в котором есть один фальец из 27 дней. С временами года своя история. Как понимаете, 14 не делится поровну ни на одно число. Но сезона на Сомасте тоже четыре, они соответствуют нашим лету, зиме, весне и осени, но занимают разное количество фальец. В зиме и лете их по четыре, так как это основные времена года, в остальных, промежуточных, по три. Я пишу «фальец», а не месяц, потому что это деление на периоды по 26 дней никак не связано с циклом ни одного из двух спутников планеты. Тут были какие-то явно компьютерные расчёты, в которые я не углублялась. Но для простоты дальше буду продолжать писать «месяц» и «год», ладно?

Итак, местный месяц делится на недели, в каждой из которых 6 дней, то есть две тройки. Для тех, кто работает или учится стандартно есть один полный выходной и один день, когда можно выполнять свои служебные и учебные обязанности, не выходя из дома. Увы, при моём характере деятельности удалённого рабочего дня мне не светило, требовалось только личное присутствие. Но раз в две недели мне дозволено было отдыхать два дня подряд. Даймаан же работу посещал по сменному графику, так что порой мог не появляться на своей службе дня по три.

— Это очень удобно, когда ты состоишь в сообществе противостояния, можно совмещать работу и тайную деятельность, — говорил он. Правда, что делать с этим сообществом сейчас, когда Сфата болезненно относилась ко всему, что связано с перемирием, было не очень понятно.

Дело близилось к зиме, по моим подсчётам, у нас в Подмосковье был конец ноября. В Аофабо дули холодные ветра и временами сыпал мелкий колючий снег, однако в целом климат был теплее, чем тот, к которому я привыкла с детства. Громоздкая зимняя одежда была здесь без надобности. У нас там, наверное, уже торговые центры заполняются ёлочными игрушками и глянцевыми Дедами Морозами. На Сомасте праздник перехода на новый оборот отмечают при смене зимнего сезона на весенний, поэтому с местными обычаями по этой части мне ещё предстояло познакомиться в будущем.

Был выходной и мы с Даймааном лениво валялись в кровати, в полуодетом виде. Я показывала ему разные трюки с длинной лентой, которая крутилась под потолком. Завязывала и развязывала на ней по несколько узелков, складывала в буквы алфавита сфата и различные фигуры.

— Рядом с тобой у меня начинает развиваться комплекс неполноценности, — сказал Даймаан. — В твоём возрасте ещё отчитываются папочке о каждом своём шаге, а ты делаешь вещи, которые не каждый зрелый преподаватель по биоэнергетике способен повторить.

— Я в перспективе могу пойти учиться на тренера, мне уже предлагали! — гордо сообщила я.

— О, свет полной Эсефео! — Даймаан то ли притворно, то ли вполне искренне схватился за голову. — Ты меня добила! Я столь ничтожен рядом с тобой, что мне срочно нужно хоть как-то продемонстрировать своё доминирование.

Он забавно зарычал и уже было схватил меня, как дом наполнился мелодичным звоном.

— К нам посетители, как же невовремя! — Даймаан вскочил с постели, натягивая штаны. — Но мы с тобой ещё не закончили. Далеко не уходи.

Я рассмеялась и Даймаан вышел из комнаты. По пути ему на голову свалилась подопытная лента. Не было его как-то слишком долго, я уже начала волноваться. Может, в стране опять переворот и нас похищают? Я встала, оделась и пошла искать своего любимого мужчину, прислушиваясь по дороге. Очень удобно обладать развитой сверхчувствительностью, можно хоть через стены разговоры улавливать. Поэтому беседу, происходящую на кухне, я услышала задолго до того, как сама туда дошла.

— Сынок, мы знаем, что ты человек благородный и серьёзный. Но поступаешь слишком поспешно и опрометчиво. Человек из другого мира — это само по себе опасно. А для отношений и вовсе непредсказуемо. Тем более, настолько близких.

Это произносил приятный женский голос. Грудной, чуть хрипловатый.

— Если всё в порядке, почему ты нам её не показываешь?

— Папа уже знаком с Гретой, — отвечал Даймаан, — так что, несправедливо говорить, будто я её прячу.

— Знаком, — я услышала голос Стама Сафона. — Но чисто в деловом плане, не как с парой моего сына.

— Мама, папа, вы сами знаете, какая сейчас ситуация в Аофабо и Сфата. Сплошные беспокойства. Да и мы сейчас просто ужасно заняты, все в работе. Грета пошла навстречу… тебе же, отец, между прочим, в том числе. И её не оставляют в покое днём и ночью. Не представляешь, как она устаёт.

— Настолько, что не в состоянии прийти на обед к родителям своего мужчины? — вновь женский голос. — И даже сейчас она к нам не торопится.

— Она не знает, что вы пришли.

Тут я решила, что будет вполне вежливо присоединиться к обсуждению, тем более, раз оно посвящено мне.

— Здравствуйте, — сказала, входя в помещение. — Я уже здесь, приятно вас видеть.

— Да она же совсем девчонка! — ошарашенно произнесла красивая и очень изящная женщина. По нашим земным меркам ей могло бы быть чуть меньше пятидесяти лет, но здесь вообще не угадаешь. Да и не может мать быть немногим старше собственного сына.

— Здравствуй, Грета, — кивнул мне Стам. — Извини за неожиданное вторжение, моя жена жаждала тебя увидеть. Да и мне интересно, как живёт мой сын.

Даймаан поднялся из-за стола, за которым угощал родителей прохладительными напитками, подошёл ко мне и безотчетно встал так, будто прикрывал от пуль.

— Дай, мы не нападаем на твою девушку, — вполне мягко заметила супруга главы совета Аофабо. — Проходите, дорогая, посидите с нами. Моё имя — Тфайсо, я родила этого молодого человека и иногда хотела бы понимать, насколько у него всё хорошо.