Дело о Черном Удильщике - Мария Карапетян

— Доктор, — перебила старший детектив, — давайте опустим моменты вашего негодования и перейдем к сути.

В трубке снова воцарилось молчание. Марван буквально слышала, как крутятся шестерёнки в голове человека, находящегося на том конце провода.

— Что ж, если коротко, то господин Хек ушел, не забрав своих вещей. Не могли бы вы прийти за ними сегодня? В противном случае нам придется отправить их на утилизацию.

Марван открыла рот, чтобы ответить, но в трубке раздались короткие гудки — главный врач округа Тайных Озер довольно быстро освоил навык сокращения предложений.

Выходя из кабинета, женщина увидела, как секретарша, зажав телефонную трубку плечом, что-то быстро записывает в блокнот. Даже за десять шагов было слышно, как кто-то надрывно кричит Рите в ухо. Девушка положила трубку, но телефон зазвонил снова.

— На улице Белых Китов демонстранты швыряют в окна «коктейли рыба-молот». Несколько квартир пострадали. В основном, разбиты стекла, ничего не воспламенилось. Слава Трём Сомам, люди отделались лёгким испугом.

Если Марван и была удивлена, то не подала виду.

— Я как раз иду в сторону улицы Белых Китов, в окружную больницу, — сказала она, открывая карманный блокнот. — Назови точные адреса пострадавших.

Старший детектив выбежала прежде, чем Рита успела выпытать у нее хоть какие-то подробности.

К полудню улицы округа Тайных Озер опустели. Ядовитые языки, словно ветер, разносящий запах гниющей рыбы, проникли в каждый дом через открытые щели, чтобы принести зловоние дурных вестей. Марван шагала по пустынной аллее, вслушиваясь в тишину. Молчание эхом отражалось от пустот души детектива и металось из стороны в сторону, словно в поисках чего-то живого, способного ответить. Марван поежилась. Узкая улочка, по которой шла женщина, была увита зеленью: морской плющ полз по стенам, устремляясь вверх, к прямоугольнику солнечного света, а мох облепил каменную кладку, гуще обосновавшись в тенистых углах. По обе стороны аллеи в дубовых бочках, контейнерах из-под мусора и старых цветочных горшках громоздились раскидистые растения с широкими толстыми листьями. Детектив замедлила шаг. Дома смыкались, образуя длинный и узкий коридор. Подняв голову, она увидела в окнах плотно задернутые, слегка колышущиеся занавески. Маленькие желтые фонари, висящие вдоль крыш на перекрученных проводах, лихорадило в потоке электрических перебоев, и они то и дело гасли. Вдруг в лоне переулка из ниоткуда возник мальчишка. Его как будто толкнули в спину, и он споткнулся, ошарашенно оглядываясь по сторонам, а потом нашел взглядом Марван. Каблуки её сапог тут же впечатались в землю. Глаза мальчугана (на вид ему было одиннадцать) настороженно бегали, а в руке он сжимал зажигательную смесь «коктейль рыба-молот». Нутро бутылки, заткнутое ветошью, пылало, раскаляя стекло, готовое вот-вот взорваться. Время замедлилось. Мальчуган перевел взгляд на свою руку, словно видел её впервые. Оказалось, что пальцы крепко сжимали смертоносный снаряд. Пламя отразилось от круглых стекол очков, обрамленных черной оправой. Во взгляде читался испуг, смешанный с удивлением.

— Слушай сюда, сопляк, — осторожно начала Марван, медленно снимая с себя пальто. — Если не хочешь, чтобы тебе оторвало руку, медленно вытяни её перед собой и дай мне спасти твои пальцы, которыми ты ковыряешь в носу. Кивни, если понял.

Юнец, сглотнув, качнул головой и осторожно вытянул дрожащую руку. Старший детектив сделала несколько шагов навстречу. Мальчуган не двинулся с места, с надеждой глядя в голубые глаза Марван. Она резко накинула свое пальто на вытянутую руку.

— Разжимай, черт возьми! — крикнула женщина.

Пальцы рыжеволосого мальчугана расслабились, и Марван, отбросив одежду в сторону, закрыла юного бандита собой и присела от приглушенного взрыва сзади. Детектив прижала извивающегося ребенка так крепко, как только могла. Его рыжие вьющиеся волосы пахли табачным дымом и мужским одеколоном. Ни то, ни другое не было свойственно отпрыскам его возраста.

— Отпусти, карпатая! — вопил рыжеволосый. — Я не виноват! Я не хотел! Они заставили!

Извернувшись, мальчуган больно куснул Марван за пальцы, и та была вынуждена ослабить хватку. Малолетний преступник кинулся наутёк. Марван подметила, что шнурки его ботинок развязаны, и вскоре мальчишка, споткнувшись, упал навзничь. Старший детектив выпрямилась и крикнула:

— Принеси самую вкусную козявку своей матери, щучий сын!

— Пошла ты! — раздался удаляющийся ответ, и юный бандит скрылся в проулке.

Старший детектив мотнула головой, словно отряхиваясь от мыслей. «Срезать путь через Зеленую аллею было не лучшей идеей. Рассадник ягодных наркоманов, бандитов и беспризорников. Но когда твою голову посещали блестящие мысли?» — пробормотала Марван, прижимая к губам укушенные пальцы. Бросив холодный взгляд на тлеющее пальто, женщина одернула рубашку. Вдалеке, в маленьком прямоугольнике смыкающихся домов, маячил рыбацкий порт со снующими туда-сюда матросами. Выйдя на свет из темноты переулка, Марван вскинула руку, загораживаясь от яркого солнца. В нос ударил запах соленой воды, мокрого дерева и пота. Чайки кружили над затянутыми сетями с рыбой, которые были свалены вдоль причала. То и дело пикируя, птицы целились в мелкую рыбацкую сетку, пытаясь ухватить легкую добычу за хвост. Марван сделала шаг вперед, но, все еще ослепленная бликами, наткнулась на спину сидящего на причале матроса.

— Извините, я вас не увидела, — оправдалась женщина.

Старик, прикуривая трубку, развернулся вполоборота и посмотрел на старшего детектива. Половина его лица, обращенная к Марван, была покрыта белесой, искрящейся на солнце чешуей. Зрачок, затянутый матовой пленкой, по привычке дернулся и остановился, когда здоровый глаз вперился в её засвеченное лицо. Выдохнув табачный дым, моментально улетевший в сторону моря, старик рассмеялся и произнес:

— Никто не может быть глупее, чем червь, пытающийся спасти ворона от смерти.

Марван с отсутствующим видом полминуты изучала желтые зубы рыбака, который заливался хриплым смехом. «Нужно было ехать на машине», — подумала детектив, доставая карманный блокнот, чтобы сверить правильность адресов. Старая привычка, еще с академии, частенько гнала женщину на частное патрулирование улиц. Еще тогда, во времена учебы, Марван привыкла ходить только пешком. «Как ты надеешься узнать, что происходит в твоем округе, если не будешь гулять по его улицам?» Детектив вспомнила проницательный, сверлящий взгляд Карпуна, который ждал её ответа на свой вопрос. Только что поступившая на службу девушка, смерив тучного наставника взглядом, с улыбкой произнесла: «Так вы попросили у Департамента помощника для того, чтобы он избавил вас от бремени частых одышек?» От такой дерзости Марван глаза старшего детектива округлились, но уголки его губ все равно предательски дернулись вверх. Глядя на нее, Карпун как будто смотрел в зеркало и видел искаженное отражение себя самого.

— Переписала бы ты из своего красивого блокнота заметочки куда-нибудь ещё, — откашлявшись, выдал слепой матрос. — Потеряешь.

Детектив нахмурила брови и, ничего не сказав, двинулась в глубину дворов к небольшим двухэтажным постройкам, где демонстранты устроили дебош.

— Так вы утверждаете, что это были люди из коалиции? — спросила Марван, разглядывая скол на посеревшей чашке, в которой дымился слабо заваренный чай. По его поверхности медленно дрейфовали едва заметные белые разводы.

— Кому ж еще быть? Чокнутые фанатики! — хмыкнула хозяйка квартиры, прикуривая сигарету.

— Насколько мне известно, члены коалиции не единоверцы, их объединяют лишь общие… — Марван помедлила, подбирая слова. — Общие взгляды на конкретные вещи.

Женщина, облаченная в розовый махровый халат, подошла к окну. Вытянув руку через разбитое стекло, стряхнула пепел прямо на улицу.

— Это вы о тех воплях, с которыми они выходят на улицы? — Выбросив окурок, пострадавшая сделала вид, что держит рукоятку плаката, и пробасила: — «Выбор смерти старикам!», «Заводь смерти — не могила», «Ваша мама — ваша рыба!»

Марван подняла ладонь:

— Достаточно. — Розовый халат, потупившись, замолчал. Детектив продолжила: — Почему вы решили, что это были именно они? Вы узнали кого-нибудь?

— Не-е-е, они же все на одно лицо, — протянула женщина, — серые и тощие, как креветки! Эти были вроде на них похожи.

— Напомните еще раз, под запись, как все произошло? — спросила старший детектив, доставая блокнот.

— Я готовила завтрак. Уже рассвело, — подумав