Джейн - Ольга Токарева

Джейн опешила от такой просьбы, но потом, подумав, согласилась и, тихо вздохнув, прошептала:

– Дарю, мне не жалко. У меня такого добра заешь сколько, просто завались.

Шмыгнув носом, встала, чтобы подойти поближе к воде. Ей не хотелось еще раз увидеть, как девушка из озера остается без руки, пусть и состоящей из воды, все-таки зрелище неприятное.

Хозяйка озера поднесла свою прозрачную руку к щеке Джейн и дотронулась до нее. От прикосновения рук водной царицы по коже девушки сразу пошли черные разводы. Почувствовав легкое жжение, она приложила свою ладошку к щеке и не видела, как от ее руки идет светлое свечение, заживляя рану.

Маленькая слезинка Джейн слилась с водной стихией хозяйки озера. Валесса стояла с широко раскрытыми глазами, прижимая к себе сферу. Ее лицо опечалилось и стало совсем прозрачным, бесцветным от грусти и боли.

– Какая она маленькая, твоя слезинка, немного соленая, но такая жаркая. Она вся горит от переполняющих ее боли и крика. Это крик отчаянья и тоски.

Хозяйка озера упала потоком воды в свое озеро и по нему прошла небольшая волна.

– Вот и ты ушла, оставив меня одну. А я даже не спросила, в какой мир попала, – посмотрев на солнце, Джейн только сейчас поняла, что оно намного больше привычного ей земного. Всплеск воды заставил очнуться, перед ней вновь стояла призрачная дева.

– Твоя слезинка такая горячая, я не смогла выдержать заложенную в нее информацию боли. Странно, а я никогда не плакала.

Джейн улыбнулась.

– А там, откуда я, говорят, что море и озера тоже плачут. Их слезы – это белые маленькие жемчужинки, которые они прячут в ракушках.

Дева из воды недоверчиво посмотрела на гостью своего мира.

– Я не верю тебе!

Джейн залезла в рюкзак и достала оттуда небольшой пакетик. Открыв его, извлекла ракушку, повернула ее и высыпала на ладонь две белые жемчужины. Этот был подарок отца на день рождения, она так мечтала побывать на море, вот он и подарил ей его дары, объяснив, что, приложив ракушку к уху, можно услышать, как шумит море. А две белые жемчужины считаются его слезами, добавил тогда отец.

Валесса с восхищением смотрела на раскрытую ладонь Джейн, на которой лежали два белых шарика.

– Отдай их мне!

– Я не могу, понимаешь, это подарок родителей, он мне очень дорог.

– Не хочешь отдать, так продай или обменяй, я засыплю весь этот берег золотом или серебром, выбирай сама.

– Извини, но я не могу.

Водная царица замерла в недоумении. Как человек может отказаться от золота?

– Ты не понимаешь, мир, в который ты попала, очень схож с твоим миром только природой. В остальном они совершенно разные, этот мир пропитан магией, живут здесь и обычные люди, и маги, а еще магические существа, о которых ты даже не слышала и, конечно же, не видела. Вот хотя бы драконы…

– Драконы? – перебила ее Джейн, вспомнив дерущихся в небе ящеров.

«Может, эта дева и права. Пора идти к людям. Тот парень, с которым я провела ночь, ушел… и если бы хотел, то давно уже вернулся. Я совершенно не знаю этот мир, может, попаду к плохим людям, а для этого мира жемчуг может показаться большой диковинкой. Но ведь это единственная память о родителях и мире, в котором я жила. Как не хочется расставаться с ней».

Джейн металась от душевных мук, не зная, как поступить.

«Пусть лучше мой жемчуг будет в руках у этой девушки, она кажется такой одинокой и печальной. Как и я».

Тяжко вздохнув, Джейн протянула ракушку, с грустью на нее глядя, а в сердце пылал пожар тоски.

– Возьми, это тебе подарок от меня. Хотя у нас говорят, что дареное не дарят, но все равно у тебя он будет целее.

Дрожащей рукой хозяйка озера взяла ракушку и вытряхнула оттуда себе на ладонь две жемчужины. Было странным видеть, что жемчуг лежит на воде как на твердой поверхности.

– Ты можешь приложить ракушку к уху и послушать, как шумит наше море.

Водная царица осторожно поднесла ракушку к уху и замерла, слушая легкий шум, доносящийся из раковины. Ее бездонные голубые глаза меняли свой цвет от небесного до лазурного. В них плескалось и бурлило удивление, восхищение и неверие.

– А отчего оно шумит?

– Как отчего? Море почти всегда бурлит, ветер гоняет волны или играет с ними, образуя на поверхности белые пенные барашки. Когда ему надоедает игра, он улетает, тогда на море наступает штиль. Как на этом озере... А вот когда ветер гоняет волны, то эхо от удара разносится далеко, в самые глубины, и даже ко дну, на песках которого лежат прекрасные раковины. Внутри они пустотелые и поэтому шум волн проникает в них и остается там песней моря. Разве ты никогда не видела, как играют волны с прибрежным песком?

– Может, и видела, но не помню.

– Какая ты смешная.

Джейн встала.

– Тогда догоняй.

Она легко побежала, оглядываясь на смотрящую на нее с недоумением водную девушку. Когда силуэт Джейн стал едва различим, хозяйка озера кинулась ей вслед и быстро догнала. Водная царица хотела уже обдать своими брызгами непослушного человека, но девушка неожиданно развернулась и побежала в обратную сторону. При этом она уже не хмурилась, по ее щекам не текли горячие слезы, незнакомка весело смеялась, забавляясь игрой.

Хозяйке озера передалось веселье, и она, пенясь и плескаясь, бросала свои воды вдогонку. Вскоре на озере гуляли невысокие волны, весело бились о берега, пенясь и радуясь вместе с царицей.

Уставшая Джейн, тяжело дыша, опустилась на песок рядом с рюкзаком, в ее горящих от веселья глазах отражались лучи солнца. Она посмотрела на взволнованную поверхность воды, на пенистые барашки волн.

– Смотри, как красиво! – восхищенно проговорила Джейн.

Хозяйка озера повернулась и замерла, не веря в то, что видит. Ее озеро, столько столетий молчавшие в мертвом сне, ожило. Волны, гонимые легким бризом, весело наползали на песчаный берег и откатывались назад. Голубая гладь воды переливалась и блестела от солнечных лучей, словно россыпь разноцветных камней.

Если бы Валесса могла видеть берега всех своих водных владений, то была бы удивлена еще и людям, которые все подходили и подходили к волшебному озеру. Люди не верили сначала тому, что видят. Кто-то,