Моя воля (СИ) - Нэльте Нидейла

Оба склонились над чем-то. Девушка нахмурилась, потом увидела фамильный перстень Фаара, поняла: над обрывком энергетической нити. Её ищут, что ли?

Лунар вдруг резко поднял голову, всматриваясь словно в глаза. Предводительница не помнила, было ли в корчме зеркало. Но, похоже, какую-то отражающую поверхность он всё же нашёл, где-то над камином. Поднялся, подошёл. Так посмотрел — захотелось завернуться во что-нибудь плотное. Сафира вдруг слишком явственно осознала, что она в одной тонкой ночнушке.

Сзади приблизился Фаар. В его глазах было столько удивления — девушка почти не сомневалась, что он тоже её видит. Лунар кинул на него быстрый вопросительный взгляд. Его светлость кивнул:

— Могу, — послышалось ей.

Лунар что-то произнёс, но картинка начала тускнеть, отдаляться. Желая задержать её ещё хоть на миг, предводительница подняла руку, коснулась зеркала.

Ладонь обожгло болью, словно в неё впились сотни осколков, с той стороны стекла раздался женский крик. Сзади послышались какие-то шорохи, звуки.

Предводительнице вдруг показалось, стоит одёрнуть руку, как зеркало рухнет, разрывая единственную связь с миром, с синеглазым воином. “Боли нет”, — привычно закрутилось в голове. Она нервно оглянулась, никого не увидела. Волосы заструились в руку, исцеляя, передавая энергию. Паутина зеркальных трещин загорелась рубиновым светом.

Неясный отблеск — Сафира скосила глаза вниз, с удивлением обнаружила горящие узоры, которые струились по подолу рубашки, меняли очертания, словно жили. Ожили и задвигались также узоры на полу вдоль стен.

Проскрипела открывающаяся дверь. Предводительница хотела снова оглянуться, но ладонь неожиданно ощутила прикосновение.

— Иди сюда! — как шелест в сознании. Она подняла голову. Рука начала проваливаться, будто и не было никакого стекла. Сафира обнаружила серые глаза, узнала девушку из видения. Та потянула, повлекла внутрь. От неожиданности предводительница сделала шаг вперёд, в памяти всплыли выходящие из зеркал Предвестники.

Тело не ощутило преграды, лишь лёгкий разряд в момент прохождения. По волосам скользнули золотые искры.

— Ну здравствуй, Сафира, — произнесла девушка с неуловимой улыбкой. Такая же худая, почти прозрачная, в тонком дымчатом платье, сейчас она вызывала настороженность.

— Ты меня знаешь? — нахмурилась предводительница.

— Конечно, я тебя знаю. А ты разве не помнишь?

— Ты что-то путаешь… — пробормотала Сафира. Огляделась. Перед ней открывалось отражение зала, но нечто неуловимо было не так. Узоры по полу не горели. И отсутствовала дверь.

Сафира нервно обернулась. С той стороны всматривался в потрескавшееся стекло Адам Хэл. Девушка приблизилась, пытаясь понять, что он видит. Адам встрепенулся, словно наконец заметив.

— Что ж, леди Альяра. Ты сама сделала выбор, — кивнул он, как ей показалось, с некоторым сожалением. Она отступила назад, бросила взгляд на спутницу:

— Что это значит?

— Отсюда не выбраться, — пожала та плечами. — Осколок Зеркального Хранилища.

— Осколок? — нахмурилась Сафира. — Но как…

— Тебе виднее, — хмыкнула девушка. — У тебя такой же.

— Не понимаю… — пробормотала предводительница. Незнакомка внимательно всмотрелась ей в глаза, вздохнула, но ответить не успела. С обратной стороны зеркала раздались какие-то приглушённые звуки, шум, голоса. Сафира снова обернулась, пригляделась.

— Фаар? — прошептала.

— Интересный мужчина, — согласилась спутница.

— Зачем ты меня сюда затащила?

— А ты хотела бы попасться этому психу? Он с ума сходит, хочет жену вернуть.

— Я могла бы найти выход!

— Да, знаешь, сколько таких умных искали? Тебе повезло, что смогла попасть сюда. Здесь скучно, зато организм находится в своего рода стазисе.

— Не понимаю, — Сафира подняла руку, оглядела. Обнаружила, что рубинового браслета больше нет.

— Здесь отсутствуют любые физические потребности, тело не стареет. Но как это происходит, не знаю.

Сафира приблизилась к стеклу, всмотрелась. Браслет отблёскивал с той стороны на полу. Фаар бросил взгляд в зеркало, словно увидел девушку. Предводительница с удивлением обнаружила, что никакого посинения на левом глазу нет. Нахмурилась. Может, в этот раз она видела не настоящую картинку? Где же Лунар?

Узоры по краям зала продолжали двигаться, но почему-то потемнели. Пришла ещё одна мысль, предводительница наклонилась, посмотрела на ногу. Браслет с изначальными камнями до сих пор находился на ней. Почему-то это вызвало некоторое облегчение: раз уж в них заключена сила, может, что-нибудь удастся предпринять? Снова перевела глаза на мужчин.

Те обходили друг вокруг друга, примериваясь. На лице Хэла явственно читалась ненависть. Фаар казался внешне спокойным, но Сафира отчётливо видела, что сейчас всё не так, как когда они с Лунаром мерили друг друга взглядами. Намного серьёзнее, без боя не обойтись.

— Твой? — поинтересовалась девушка.

— В смысле? — не поняла предводительница. И только тогда обнаружила, что весь разговор ведётся на языке Рогов. Снова покосилась на невольную спутницу.

— За тобой пришёл? Как он сюда проник?

— Пытался привязать к браслету энергетическую нить, но она оборвалась.

— Здесь вся энергия обрывается.

Резкое движение, Сафира ещё приблизилась к стеклу, чтобы лучше рассмотреть. Мужчины одновременно бросились друг на друга — молча, почти бесшумно. Чёткие движения, смысла которых она не понимала, пока не присмотрелась. Энергетические удары, блоки, щиты — практически невидимые обычным взглядом. Соперники уходили, отклонялись, снова атаковали, кружились по залу. Движения ускорялись, энергетические плетения усложнялись, так, что начали проскальзывать вполне настоящие искры. Даже привычному глазу предводительницы становилось всё сложнее рассмотреть происходящее.

Показалось, Фаар крикнул — Сафира не услышала, что. Хэл застыл на мгновение, швырнул в его светлость нечто тёмное и оплетающее. Молниеносно бросился к двери.

За те мгновения, что Фаар справлялся с сетью, дверь затворилась за хозяином имения. Брат короля поднял глаза, оглянулся на зеркало, будто надеясь что-то увидеть. Сделал движение к двери, прямо в нём исчезая, словно растворяясь. Наверное, так со стороны выглядит его перемещение, отстранённо подумала Сафира.

— Хм, — произнесла сероглазая собеседница. — Ловко у него получается. Это в доме-то, который полностью закрыт от всяких человеческих сил.

Предводительница хотела сказать, что Фаар не совсем человек, но передумала. Лучше уж самой расспросить побольше.

— Повезло мне, говоришь? — обернулась, посмотрела в глаза. — А дальше? Если не выбраться?

— У нас впереди бесконечность. Когда-нибудь что-нибудь откроется, — отозвалась девушка с лёгкой улыбкой. Как бесконечность? А Лунар? Почему-то самой первой и самой болезненной оказалась мысль о том, что она может так никогда и не увидеть его. Или увидеть — там, снаружи. Это было страшнее, чем если бы они просто разошлись по разным мирам.

Следующим пришло воспоминание о сестрёнке, наставниках, друзьях. О доме.

— Осколок? — пробормотала Сафира. — А выйти в само Хранилище как-то можно?

— Ты где-нибудь видела осколки, имеющие связь с целым? Да и зачем?

— Я видела, как Предвестники выходили… Да и Л… один человек его прошёл.

Спутница удивлённо подняла брови:

— Разве такое возможно?

— Так откуда ты меня знаешь? — не стала отвечать Сафира, ругая себя. Коль уж девушка сказала о Хранилище, предводительница подсознательно решила, что и обо всём остальном она знает. Но зачем первая упомянула Предвестников? Ведь это же так тщательно охраняемые тайны Рога!

Незнакомка какое-то время рассматривала её.

— Действительно, не узнаёшь. Неужели вы не понимаете…

Сероглазая вдруг вздрогнула, резко обернулась, настороженно оглядывая отражение зала.

— Что? — спросила Сафира.

— Это невозможно… — пробормотала девушка. — Сюда что-то приближается!