Бальмануг. Невеста-2 - Полина Лашина

До этого они уже успели пройти до дальнего края сада и сейчас сворачивали на боковую дорожку. Мужчина вновь потянул девушку дальше.

– Слабеньким, да, но была. Именно поэтому отец ее отослал подальше от родного дома. Но именно поэтому мне страшно оставлять тебя в доме герцога. Я вижу, что ты не обучена, видимо, Кристен тебе так ничего и не рассказала, хотя ты как-то смогла выкинуть меня из своей головы. Боюсь, что рано или поздно герцог или твой жених догадаются о твоих способностях. Хорошо, что сейчас можно многое оправдать Зубом Дракона, но... Поэтому ты должна максимально сдерживаться! Помнишь те упражнения на контроль, которыми мы с тобой занимались в детстве? Они помогут и для скрытия ментала. Хелен, это очень важно! – Мужчина заглянул в глаза ведомой девушки. – Или хотя бы носи постоянно кольца и браслеты из набора, что я тебе подарил. Эти украшения вполне пригодны для повседневного ношения, ты видела, что там разные предметы. Те, которые с азуритом, сильнее и как раз выглядят проще, на каждый день.

– О, боги! Я еще и менталист?! По маме? – чуть не взвыла Хелен. – Но я ничего такого за собой не замечала! Может, ты ошибся, и дар матушки мне не передался?

– Не ошибся. Ты и сейчас не даешь заглянуть мне в твою память. А я был гораздо сильнее Кристен...

– Это всё Зуб! – тут же заявила Хелен. Мысль о том, что она тоже менталист, почему-то пугала. – Так вы умели считывать память? То есть матушка тоже?

– Нет, она могла уговорить других людей прислушаться к ее словам, – обтекаемо сказал мужчина, и до Хелен не сразу дошло, что он имел в виду прямое навязывание воли.

А когда сообразила, опять встала столбом.

– Да, как ты понимаешь, это очень опасный вид ментальной магии. Но она была очень слабенькой магиней и пользовалась даром крайне редко, в сущих мелочах. Например, могла заговорить человека так, что он скорее согласится с ее доводами, а не так уж прямолинейно пойдет исполнять ее приказ. И когда я узнал о твоих делах с гевайн, то вначале подумал, что тебе достался дар Кристен. Но когда пообщался с тобой больше, все эти твои слишком странные идеи, неожиданные для юной эйры предложения. Твое мышление, Хелен, скорее... мужское.

Аяр протяжно выдохнул, выпуская облачко пара в прохладу зимнего вечера, а Хелен, наоборот, затаила дыхание. Угадает ли дядя, почему молодая Бальмануг изменилась?

– И я решил, что всё-таки у тебя мог проявиться дар, подобный моему. Возможно, сама того не осознавая, ты берешь все свои идеи у других людей, у окружающих тебя мужчин. Просто озвучиваешь раньше них, пока они сами еще не осознали толком свои мыслеобразы. Ты ведь, насколько мне известно, общаешься с каким-то очень талантливым студентом-артефактором в академии? И с верталом. И с двергами. Могла ли ты озвучивать их мысли? Это очень тонкое искусство, Хелен, и очень редкий дар, возможно, Зуб Дракона тебе помогает. Потому что иначе у меня нет идей, как ты, не получив должного обучения, творишь подобные вещи.

У Хелен идеи были. Да что там идеи: она точно знала, что все свои "сложные" задумки и даже свободную манеру общения, то есть "мужскую", как сказали бы в этом мире, она принесла из мира другого. Гевайн и чужие мысли здесь ни при чем. Это точно не связано с ментальным даром рода Рилминег. Но спорить с дядей не стала, слушала, ошарашенная сведениями. А матушка ее, значит, могла заболтать людей до нужного ей решения. Почему-то Хелен сразу вспомнился Ргол во дворе Управления, когда она его уговорила идти спокойно в гостиницу. И ведь после того она была очень уставшей, вполне подходит под магическое истощение. Правда, тогда она сама списала состояние на стресс после допроса. Да и двергов она удивительно быстро убалтывала и на скидки, и на какие-нибудь необычные для них дела.

– А на гевайн дар матушки распространялся? – спросила Хелен, собираясь с мыслями.

– На нелюдей? – удивился дядя. – Она с ними не общалась, как и положено эйре, так что не могу сказать. Хелен, я хотел с тобой поговорить и об этом твоем поведении, но, подозреваю, что толку уже не будет. С другой стороны, я очень рад, что Ларки за тобой приглядели, когда ты прибыла в столицу. Хотя подобное общение с гевайн несомненно нанесло урон твоей репутации. Ну да жениха тебе уже искать не надо, так что переживем, – хохотнул в конце Аяр. – А также я рад, что именно благодаря шитерам сейчас теневики не могут тебя целиком забрать себе. Что у тебя есть какая-никакая защита от Управления. В итоге всё складывается удачно.

"Возможно, даже если ментал не распространяется на гевайн, то опять же Зуб Дракона мог усилить мои способности?" – думала Хелен, поворачивая вслед за дядей на очередную боковую дорожку, слабо освещенную магическими фонарями. Они уже долго прогуливались, солнце быстро скрылось, но сколько же ей открылось новостей, которые могли бы объяснить происходящее! Но не всё еще было ясно.

– Так если не безопасники устраняли нашу родню, то кто тогда по твоему мнению? Авайны? Этот фель соврал, что непричастен?

– Нет, Тарохофинду не было нужды убивать Кристен. И тогда бы он точно увез тебя в свой Лес, – опять нахмурился Аяр. – Видишь ли, Хелен, чтобы ответить на этот вопрос, нужно заглянуть еще дальше в прошлое.

Оказывается, в роду Рилминег периодически проявлялся ментальный дар, не только наны. Редко, но бывало. На вопрос почему его не регистрировали официально, дядя заявил, что не всё готов сейчас рассказать. Но надеется, что у них с Хелен всё-таки будет возможность пообщаться в будущем. Если нет, то ей придется ехать в дом Рилминегов и искать там тайник с дневниками глав рода.

И да, именно поэтому даже бастардами в роду не разбрасывались, держали поближе к себе и наблюдали. И обучали при необходимости, если у кого-то из незаконнорожденных проявлялись наны или ментал. Но никогда Рилминеги не использовали свои ментальные способности против короны, отдельно подчеркнул Аяр. И не собирались использовать.

Когда еще у совсем юной Кристен Бальмануг нашли ее дар, то не обрадовались. Ментальный талант подобной направленности очень редок и более чем опасен. В первую очередь для самого мага, если кто-либо узнает о